Мрачный Вампир (ЛП)

Клэр улыбнулась.
— Я в порядке. Можно было подумать, что беременность почти на девять месяцев изнурит меня, но я никогда не чувствовала себя лучше. Если кому и нужен отдых, так это тебе. Тебе нужно покормиться, Брия? Мы можем позвонить Лукасу. Или ты можешь питаться от меня, если хочешь.
— Нет. — Она не видела Лукаса с той ночи, когда Дженнер объявил, что убьет его за то, если тот коснется ее. То, что Дженнер заявил на нее права в ту ночь, взбудоражило что-то в Брии. Она почувствовала, что он может хотеть ее. Так много изменилось с той ночи, и она не знала, как оправится от чувства потери, которое пронзило ее. Что касается питания от Клэр, Брия сомневалась, что Михаил будет счастлив, пыталась ли Клэр помочь или нет. — Со мной все будет хорошо. — Клэр с сомнением посмотрела на нее. — Правда. Но спасибо за предложение.
— Если передумаешь, дай мне знать, — сказала Клэр. — И тебе лучше подняться наверх и проверить его.
Взгляд Брии вернулся обратно к столу. Она не знала, готова ли она остаться наедине с Дженнером, без сознания тот был или нет.
— Стол, — сказала она. — Мне нужно очистить его.
— Не беспокойся об этом сейчас, — сказала Клэр. — Мы разберемся с ним позже. Наверх. Сейчас же. В противном случае, мне придется попросить Ронана и Михаила отнести и тебя тоже.
Брия улыбнулась.
— Хорошо. Впрочем, и ты давай тоже. Думаю, нам всем нужно несколько часов отдыха.
— Идет, — сказала Клэр. — Теперь иди. Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится.
— Хорошо, — ответила Брия. Клэр действительно была необыкновенной женщиной. — Спасибо тебе.
К тому времени, как Брия поднялась наверх, Ронан с Михаилом ушли. Дженнер лежал на кровати, его рука, лицо и туловище были окрашены в малиновый цвет. Она могла только представить, как выглядела его спина. Его руки и ладони были липкими от засохшей крови. Живот Брии сжался, когда еще одна губительная волна страха ослабила колени и угрожала отправить ее на пол.
Усталость давила на нее. Рассвет был не за горами, но Брия не могла уснуть. Вместо этого, она пошла в ванную и включила горячую воду. Она схватила несколько мочалок из шкафа, смочила одну и отжала лишнюю воду. Грудь Дженнер поднялась и опустила, когда она уселась рядом с ним на пуфике. Нежными мазками она смыла кровь с его тела, а затем перешла к животу и очистила спину, стараясь избегать жуткой зияющей раны, которая еще не полностью затянулась.
Она нежно ухаживала за ним. С любовью. После нескольких походов в ванную, чтобы ополоснуть мочалку, Дженнер стал чистым, насколько было возможно. Она не потрудилась принять душ, просто вытерла кровь со своей кожи и разделась до нижнего белья и футболки. Солнце встанет через несколько минут. Ее конечности тяжелели, разум отключался. Брия легла на кровать рядом с Дженнером и прижалась к его телу. По крайней мере, несколько часов она могла притворяться, что он хочет ее. Что она принадлежала ему здесь и сейчас. Их тела переплелись.
Она могла притвориться до заката, что он любит ее.
***
Дженнер проснулся. Дыхание входило и выходило из легких, и он почесал грудь, а затем левое плечо, куда попала пуля. Самозащита включилась, когда его вторичные клыки вышли из десен, и он рванул из кровати, готовый защитить себя от невидимого врага. Путаница затуманила его мозг, пока детали комнаты и Брия не оказались в центре внимания. Он ударился о стену, и у него перехватило дыхание от попытки понять, как он попал сюда. Последнее, что он помнил, как заскочил в машину Ронана.
Боги.
Серый свет сумерек затенял очертания тела на матрасе. Дженнер оттолкнулся от стены, его конечности дрожали от неизрасходованного адреналина, когда он обнаружил Брию, мирно спящую рядом с пустым местом, оставшимся от его тела на кровати.
Красивая.
Он провел рукой по плечу и почувствовал пулевое ранение. Только свежий, воспаленный шрам остался от дыры, которую убийца оставил в его спине. Дженнера накрывала тяжесть, но не от солнечного света на теле, а от последствий отравления серебром. Он сказал Ронану привезти его сюда. Кто вытащил пулю из его спины?
Брия пошевелилась, и Дженнер потянулся, чтобы убрать локон темных волос с ее лица. Она отбросила одеяло, и у него перехватило дыхание от вида кремовой кожи. Его тело напряглось, член встал колом в джинсах. Он никогда ничего не хотел так сильно, как Брию. Разрушил ли он хоть какой-нибудь шанс сделать ее по-настоящему своей? Слишком поздно было брать то, что он хотел после того, как он отталкивал ее снова и снова? Соблазн ее тела был настолько велик, что Дженнер едва мог выдержать. Он все еще не был уверен, что сможет довериться ей. Он потянулся за простыней и укрыл ее, стараясь не разбудить.
— Почему ты прикрываешь меня? — прошептала Брия в слабом освещении. Она не двигалась, не открывала глаза. Ее неподвижность и твердость голоса вызвали волнение в теле Дженнера.
Она бы почувствовала запах лжи, если бы он сказал ей что еще, кроме правды.
— Потому что твой вид, — он сглотнул эмоции, которая забили ему горло, — скручивает меня в гребаный узел.
Брия открыла глаза и приподнялась на локтях. Аметистовые глубины вспыхнули сердитым серебром, хотя она сохранила свой тон.
— Поэтому у тебя вчера вечером в руках была еще одна женщина? Потому что я скручиваю тебя в узел? Возможно, если бы ты был со мной — там, где тебе место — ты бы не нашел себя с серебряной пулей убийцы в спине.
Презрение чиркнуло его по коже, как кусочки гравия. Он отвратил боль от ее обвинения своим вопросом:
— Почему ты была одна прошлой ночью? Я говорил тебе не выходить из дома без меня.
— А я говорила тебе, что я не то, что ты можешь просто разместить на полке, пока не решишь, что это понадобится.
— Ты принадлежишь мне, — зарычал Дженнер. Его гнев был необоснованным, еще раз доказывающим, что он был не более чем эгоистичным мудаком. Но это было намного проще, чем сказать Брии правду: что он держится от нее подальше, потому что не сможет вынести, если она узнает, что он недостоин их связи. — Твоя безопасность — моя единственная забота. Тебя могли убить прошлой ночью, Брия. Убийцы были прямо рядом с «Ультра».
— Ну да, моя безопасность, — согласилась она леденящим тоном. — Всегда моя безопасность. А что насчет твоей? Тебя не волнует, что тебя могли убить прошлой ночью? Мне надоело, что ты беспокоишься о моей безопасности и больше ни о чем. Не о моем счастье. Я задала тебе вопрос и заслуживаю ответа. Как я могу повлиять на тебя, когда ты, кажется, доволен, что отбросил меня в сторону в пользу чужой привязанности?
Если бы она только знала, как неотразимо выглядела, лежа на кровати с помятыми одеялами вокруг нее, с раскрасневшимися щеками, с волосами, что диким клубком разметались каскадом по голым плечам. Брия была грехом и невинностью, огнем и льдом. И слишком нетронутой для того, что он хотел с ней сделать.
— Ты понятия не имеешь, что я отбросил, — рявкнул Дженнер. Он потер остаточный ожог серебра, который болел в его плече, но боль была ничем по сравнению с его потребностью в Брие, которая медленно съедала его живьем.
— Это потому, что ты думаешь, что я неспособна на страсть? — Брия отвела взгляд. — Разве я не показала тебе, как сильно хочу тебя? Как о твое прикосновение распаляет меня?
— Стоп. — Дженнер не мог слышать от нее этих слов. Каждую минуту от ее присутствия рушилась его защита. Слышать, что она хотела его, жаждала его, было больше, чем он мог вынести. — Ты не представляешь, как мне трудно этого не делать… — Слова умерли на языке Дженнера, и он провел пальцами по волосам.
— Не делать чего? — Брия сменила позу на кровати, и Дженнер чуть не захлебнулся от ее вида в нижнем белье и с лямками топа, который был настолько тонким, что он мог видеть темный контур ее ареалов и соблазнительные пики сосков через ткань. — Что со мной не так, раз ты чувствуешь, что должен покидать меня каждый раз на восходе солнца? Единственный контакт, который у тебя может быть со мной, это когда ты учишь меня драться? Чтобы защитить себя от врага, которого я никогда не видела? Как ты можешь доставлять мне удовольствие, брать вену из горла, а в следующий момент отодвигать меня на расстояние вытянутой руки? Почему, Дженнер?