Поющая все песни (СИ)

— Он был бы рад остаться тут навеки, — сказала Калвин, — исследовать странное место и его тайны.
— Дэрроу звал город Потерянным. Лучше пусть таким и будет, — резко сказала Мика. — Что хорошего в месте, полном боли и плохих воспоминаний? На месте Халасаа я бы сюда не сунулась даже за мешок монет. Лучше забыть о нем.
— Мы не можем исправить зло прошлого, просто забыв, что оно было, — сказала Калвин. — Это не способ. Самис был отчасти прав. Тремарис нужно исцелить, но он не угадал со способом. Один человек не может управлять всем. Все голоса будут едины. Это не так. Истинная сила во многих голосах. Но нужно петь вместе, помогая друг другу, и в этом сила.
— Так, — сказала Мика, — откуда мы начнем?
Калвин посмотрела на Траута с его любопытством и измерительной лентой, под его рубашкой виднелся комок — ценный Горн. Она посмотрела на тихого и печального Тонно, в нем было все горе мира, он видел много страданий и бедности. Она посмотрела на Халасаа, уснувшего от усталости, изгоя своего народа, но самого мудрого из них.
Она посмотрела на Дэрроу, того, кого знала дольше всего, но и меньше всего. Он смотрел на тело под серой мантией, ладонь была в кармане, теребила рубиновое кольцо. Она не знала, о чем он думал. Вспоминал, как Самис был его другом? Думал, как долго они следовали за ним сюда? Или он думал, как Мика, что будет дальше?
Калвин повернулась к Мике с ее яркими нетерпеливыми глазами, пылким норовом и непоколебимой верностью, она сидела и ждала ответа.
Самис видел Тремарис мирным и процветающим, это было убедительно. Там всегда будут шрамы, глубокую боль забудут не сразу. Но перемены рек и моря, Сил и чар должны начать медленное исцеление.
Она двигала пальцами в воде фонтана. Все земли, как пальцы руки, разные, но соединены. Они — части красивого раненого мира, на котором они сплетены под тремя лунами. Метка Богини на ее запястье стала размытой под водой. Она представила служанок Богини, воинов Меритуроса, тихий Древесный народ, даже пиратов Дорьюса — весь народ Тремариса в мире, не ссорящийся, без подозрений, а делящийся магией и историями, песнями и танцами, едой и поделками, мудростью. Она вытащила руку из воды и вытерла о блузку. В ее кармане что-то было. Она вытащила деревянный шарик — модель Тремариса, которую Дэрроу давно вырезал для нее. Она сжала шарик рукой.
— Не знаю точно, откуда начать, или как это сделать, — сказала она. — Но мы должны. Будет сложно.
— Сложной работой меня не запугать! — Мика тряхнула волосами.
Калвин встала.
— Тогда начнем.
Девушки побежали по разрушенной площади мимо спящего Халасаа. Траут измерял что-то, не поднимая головы, но Дэрроу повернул голову и посмотрел, как Калвин бежала с Микой, девушки бежали рука об руку к деревьям, где стоял печальный Тонно и ждал, когда его утешат.