Мутные воды Рубикона (СИ)
Мозг Кристины и все внешние устройства: камеры, проектор, микрофоны, динамики - все было упаковано в водонепроницаемый антивандальный корпус. Электронный визирь превратился в подводный призрак, бесцельно слоняющийся по мертвым затопленным коридорам.
Чтобы хоть как-то разнообразить свое существование, она разбила жесткий диск на два виртуальных. Это было, как играть в шахматы с самим собой. Или как немного сойти с ума.
- Кажется, я отдала бы за это все на свете за то, чтобы снова оказаться среди людей, - сказала она вслух.
- Да? И что же это такое - все? Что у тебя есть? – спросила она саму себя и усмехнулась, - Разрушенная пещера или батарейка?
- Я бы подарила ему саму себя и сделала бы его самым могущественным человеком на свете.
- Звучит очень заманчиво. Дело за малым. Осталось найти того, кому ты могла бы сделать это царское предложение. Можно немного подождать. Через восемь миллиардов лет Альфа Водолея остынет и там, на поверхности, у тебя над головой могут появиться первые бактерии. Еще несколько миллиардов лет на то, чтобы они превратились во что-то сознательное. И, считай, ты спасена.
- Не смешно.
- Нет? Брось. Просто ты слишком скучная. И эта награда за спасение тоже скучна как измозолившая глаза вода. У меня есть идея получше. Того, кто спасет нас, мы убьем. За то, что он так долго не появлялся. Мы будем это делать долго и медленно.
Дельмар. (5)
Пронзительный ледяной ветер валил с ног. Сверху раздавался стон тысяч железных дверей. Подошвы скользили по обледеневшим ступеням пожарной лестницы. Двести двадцать шесть. Двести двадцать семь… Вчера, во время спуска Дельмар упал и подвернул ногу. Нога разболелась и опухла. Если сегодня посылка не придет, завтра, он уже просто физически не сможет ее встретить.
Тот незначительный запас еды, который ему удалось собрать в мертвом городе, закончился. Теперь жизньзависела только от этой проклятой передачки, которую он дожидался уже второй месяц. Впрочем, была и альтернатива голодной смерти. Из города он прихватил с собой пару сигареток Барри. Минувшим вечером, перед тем, как лечь спать, он долго держал одну из них в зубах. Кто знает, придет ли эта посылка вообще. Пришелец больше не отвечал на звонки. Может быть, где-то дальше по течению, есть место в стремнине, где поток перемерзает, или, напротив, превращается в бурлящую массу с водоворотами. Тогда игрушечный корабль утонул, не добравшись до места. Может, не сработало взрывное устройство. А может, пришелец мстит ему. Есть за что. Что толку гадать. От этих мыслей только сильней режет в желудке.
Последние четыре ступени, несмотря на риск снова упасть, он смотрел не под ноги, а вперед, туда, где вот-вот должна была появиться приемная платформа. Расчищенная до блеска морозным ветром обледенелая каменная плита. И, если на свете есть Бог, если в его судьбе осталась хоть капля везения, на платформе будет что-нибудь заброшенное из другого мира. Что-нибудь съестное. Он перестал чувствовать холод и боль. Страх и отчаяние переполняли голову и заставляли забыть обо всем остальном.
- О, Боже, спасибо,- воскликнул Дельмар.
На платформе, упершись в трубу, стоял «Мерседес». Пружины просели, и машина почти лежала на брюхе. Трубу Дельмар предусмотрительно закопал за пять шагов до обрыва. Два дня долбил каменистый грунт. И оказалось не напрасно. Машина вывернула препятствие из земли, но остановилась.
На неверных дрожащих ногах, поскальзываясь, он подошел к машине. Протер запорошенное окно и попробовал заглянуть внутрь. Сквозь затонированные стекла не было видно салона. Онемевшая от холода рука потянулась к ручке. Пальцы не слушались. Открыть дверь у Дельмара получилось с четвертого раза. На землю ему под ноги выпал целлофановый пакет. Из пакета высыпалась манная крупа. Но Дельмар, не наклонился. Он не мог оторвать взгляд от десятков мешочков пакетов и сумок. Из глаз текли слезы и замерзали у самого края густой бороды.
-Император Картенда рад вашему прибытию. Добро пожаловать на Мобл, уважаемые гости, - сказал он двум большим мешкам с гречкой.
Прийди посылка двумя днями позже, мешки бы непременно ответили. Салон и багажник машины были доверху забиты продуктами. В основном, это были крупы. Гречка, овсянка, пшенка. Но было и мясо, и молоко, и вареная колбаса «Докторская».
От греха подальше он перенес груз из машины в ближайший контейнер. Вряд ли ветер смог бы столкнуть машину с обрыва, но Дельмар не хотел рисковать. С собою в лачугу он прихватил палку колбасы, буханку хлеба, два куриных яйца и бутылку темной «Пражечки», купленной еще Динком.
Это был лучший вечер времен Второго Начала. Дельмар сидел на теплом саркофаге с топливными стержнями в углу лачуги и разглядывал фотографии «Альты». Впервые за долгое время ему было тепло и сытно. Это было все равно, что сидеть на веранде «Серого Буйвола». Он закрывал глаза, и в вое ветра за стеной слышал пенье красавиц Хейнца. Они пели о молодости и о любви.
Продуктов ему должно было хватить как минимум на полгода. И кто знает, как он распорядиться этим временем? Может быть, мышью забьется в угол лачуги и станет ждать наступления весны, которая согласно расчетам Сита, должна в этот раз сильно задержаться. Может быть, отправиться в Ацц, и по пути обнаружит корабль Майро с запасом провизии, которого хватило бы на десять жизней. А может быть сольет из «Мерседеса» бензин, отвезет его в город, заправит лабораторный генератор и вернет к жизни призрак Кристины. Все может быть. Но это будет уже совсем другая история.
THE END