Ромео и Джульетта
ДжульеттаНу, что еще?КормилицаТебя зовет мамаша.ДжульеттаЯ здесь. Что, матушка, угодно вам?Леди КапулеттиСейчас. Кормилица, выйди на минуту, мы поговорим. Впрочем, постой, не уходи, тебе лучше послушать. Моя дочь порядком подросла.КормилицаПомилуйте, я ее лета сочту до часочка.Леди КапулеттиЕй нет четырнадцати лет.КормилицаЯ прозакладую своих четырнадцать зубов, даром что их только четыре, что нету. Сколько до Петрова дня?
Леди КапулеттиДве недели с лишним.
КормилицаС лишним или без лишнего, не об этом спор, а четырнадцать ей минет на Петров день, я вам верно говорю. Она и Сусанна, упокой ее Господи, были ровесницы. Но я ее не стоила, и ее Господь прибрал. А четырнадцать ей минет на Петров день, это вы не сомневайтесь, я хорошо помню. Этому трясенью земли, вы теперь сосчитайте, полных одиннадцать годов. А в самое трясенье, как сейчас помню, я ее отлучила. Натерла я себе соски полынью и села у голубятни на солнечный припек. Вы с их милостью были в Мантуе, ну скажите, какова память! Хватила она, родимая, с соска полыни и закатилась – не приведи Бог. В это самое время голубятня передо мною кувырк, и я, само собой, оттуда давай бог ноги. А этому делу теперь полных одиннадцать годов. Она уже тогда на ножки становилась, да что я, на ножки, бегала уже и ходила, ей-богу, правда, истинный Господь! Теперь я вам скажу, расшибла она себе в то время лобик. И вот мой муж… царствие ему небесное, ужасный был шутник!.. взял он ребенка на руки и говорит: «Лицом, – говорит, – Джулинька, падать не годится. Вырастешь, будешь, – говорит, – норовить упасть на спину? Будешь?» – говорит. И что же вы думаете? Утерла моя крошка слезы и отвечает ему: «Да». Вы подумайте, что за смехота! Тысячу лет проживу и никогда не забуду. «Будешь, – говорит, – на спину, Джулинька?» И она, как ни в чем не бывало, отвечает ему: «Да».
Леди КапулеттиДовольно болтать. Замолчи, пожалуйста.
КормилицаСлушаю, сударыня. Но, скажите, разве не умора? Угомонилась в минуту и, не задумываясь, отвечает ему «да», а ведь шишка-то была здоровенная, с голубиное яйцо, и плакала она горючими слезами. «Лицом, – говорит, – падать не годится. Вырастешь, будешь, – говорит, – на спину? Будешь?» – говорит. И эта крошка отвечает ему «да» и разом угомонилась.
ДжульеттаУгомонись, кормилица, и ты.
КормилицаСлушаюсь, больше не буду. Из моих питомиц ты была самая хорошенькая. Дожить бы мне до твоей свадьбы, то-то была бы радость!
Леди КапулеттиДожить до свадьбы? А о ней и речь.Затем пришла. Скажи-ка мне, Джульетта,Как ты к замужеству бы отнеслась?ДжульеттаОб этой чести я не помышляла.КормилицаОб этой чести? Вы подумайте! Жаль, я твоя кормилица, а то можно было бы сказать, что ты ум с молоком всосала.
Леди КапулеттиТак вот подумай. Меньших лет, чем ты,Становятся в Вероне матерями,А я тебя и раньше родила.Итак, покуда второпях и вкратце:К нам за тебя посватался Парис.КормилицаНу, это, барышня моя, мужчина на славу! Такой мужчина, что объедешь целый свет – лучшего не сыщешь. Не человек, а картинка.
Леди КапулеттиЦветок, каких Верона не видала.КормилицаЦветок, нет слова. Слова нет, цветок.Леди КапулеттиЧто скажешь? По сердцу ли он тебе?Сегодня на балу его изучишь.Прочти, как в книге, на его лицеНамеки ласки и очарованья.Сличи его черты, как письмена.Измерь, какая в каждой глубина,А если что останется в тумане,Ищи всему в глазах истолкованья.Вот где тебе блаженства полный свод,И переплета лишь недостает.Как рыбе – глуби, с той же силой самойКартина требует красивой рамы,И золотое содержанье книгНуждается в застежках золотых.Вот так и ты, подумавши о муже,Не сделаешься меньше или хуже.КормилицаНе сделаешься меньше! Больше, сударыня, больше! От мужчин женщины полнеют.
Леди КапулеттиНу как, займешься ль ты его особой?ДжульеттаЕще не знаю. Надо сделать пробу.Но это лишь единственно для вас.Я только исполняю ваш приказ.Входит слуга.СлугаСударыня, гости пришли, кушать подано, вас кличут не докличутся, каждый спрашивает барышню, в кладовой на чем свет стоит ругают кормилицу, и все вверх дном. Побегу к гостям. Сделайте милость, пожалуйте безотлагательно.
Леди КапулеттиИдем.
Слугауходит.Скорей, Джульетта! Граф уж там.
КормилицаБлагих ночей в придачу к добрым дням!
Уходят.Сцена четвертая
Улица.Входят Ромео, Меркуцио и Бенволио с пятью или шестью ряжеными, факельщики и мальчик с барабаном.РомеоПрочесть ли нам приветствие в стихахИли войти без лишних предисловий?БенволиоНет, в наше время это не в ходу.Мы сможем обойтись без КупидонаС татарским луком, ужасом девиц,Которым он страшней вороньих пугал.Нам не придется никого томитьЭкспромтами при помощи суфлера.Под дудку их не будем мы плясать,А спляшем под свою и удалимся.