Сердцу не прикажешь (СИ)
— А мы сможем? — недоверчиво я смотрела в родное лицо и понимала, как тает весь холод внутри. Как бы я ни старалась, в моём сердце всегда был лишь Арнир.
— Конечно, — мужчина бережно поднес наши руки к своей груди. — Провидец уже ждёт нас в храме для обряда Слияния, — видя мою улыбку, но целуя меня в висок, добавил: — И я пообещал твоему брату назвать нашего сына в его честь.
— Какого ещё сына? — удивлённо спросила я, он что, думает, что я в положении? Поэтому так расстарался?
— Будущего! Если ты захочешь этого. Я бы хотел, — таким мягким муж никогда не был, он боялся потерять меня, боялся надавить, сказать что-то не то. Я для него была словно неизвестная полоса препятствий, где на каждом шагу подстерегают ловушки. Мне не требовалось благословение Тьмы или обряд Слияния, чтобы понять мужа.
— А если родится дочь? — прижимаясь к нему, тихо спросила я, слушая его сердцебиение.
— Я буду счастлив всем дочерям, которые у нас появятся, пока не родится сын, — уверенно ответил муж, смотря мне в глаза. Вот оно — простое женское счастье, а как непросто мне было его обрести.
Смеясь в объятиях мужа, бывшего, нет, будущего, я была счастлива как никогда. Наконец-то я услышала признание, стала единственной для своего мужа.
Преодолев так много, я обрела своё счастье лишь тогда, когда решила стать счастливой сама. Кто бы мог подумать, что я выиграю лишь тогда, когда перестану воевать?
* * *Держа букет роз, каль Орин смотрел, как Эснира и Арнир, держась за руки, выходят из беседки. Прижимаясь к боку мужчины, её лицо озаряла улыбка. Она не замечала ничего вокруг, глядя в глаза его соперника. Хотя какой он ему соперник? У Орина не было шансов с самого начала, он понимал это, кружа в танце прекрасную демонессу. Её глаза были так печальны, и ему так захотелось помочь ей обрести счастье. Он почти поверил, что сможет сделать её счастливой. Там, на крыше, когда она прижималась к нему, когда просила поцеловать её, он так хотел поверить, что всё возможно, но нет, это был мираж, иллюзия.
Поворачивая к дворцу, он увидел яркую брюнетку, гуляющую в саду, она шла ему навстречу в лёгком невесомом сарафане с голыми плечами. Букет в его руках теперь стал ненужным, но выбрасывать цветы было жаль, поэтому он протянул их девушке:
— Спасите этот букет, он нуждается в прекрасной даме.
Приняв цветы, она вдохнула их аромат, а затем, сделав шаг к нему, ответила, не опуская глаз:
— Я умею спасать цветы, а ещё разбитые сердца.
Так открыто никто никогда ему себя не предлагал. Возможно, он неправильно понял демонессу? Видя его замешательство, женщина очертила своим пальцем вырез сарафана, её грудь была великолепной, и демон прикоснулся к ней поверх платья. С улыбкой демоница сделала ещё один шаг, сокращая расстояние между ними. Под рукой Орина уже чувствовался острый сосок красавицы, и мужчина, подхватив демонессу, перенёсся с ней в свои покои. Кем бы ни была прекрасная незнакомка, он жаждал её тела.
Конец.