Жили-были два человека (СИ)

- Что нужно? - спросил Южин с какой-то новой интонацией, глядя на Поспелова. - Я знаю, что нужно. Мне нужен допуск на Ка-вмешательство. Как насчёт, Михалыч?
- Не думал, не гадал, что ты так быстро... - с расстановкой произнёс Поспелов. - Но вообще ты молодец. Ради этого я даже готов пойти на, так сказать, маленькое нарушение должностных инструкций. Держи.
На стол перед Южиным лёг маленький пластиковый прямоугольник с красной кнопкой в левом нижнем углу.
***
Странно. Я же никогда этим не занимался. Почему кажется, что мне всё знакомо до мельчайших деталей? Считыватель. Картоприёмник. Наушники и микрофон. Экран, пока что чёрный. Вставить карту допуска до упора. Так. Кнопку - большим пальцем, другим не удержишь. Мутно-зелёное свечение экрана. Металлический женский голос.
- Запрос?
- Коррекционное вмешательство первого уровня, полный профиль МНГ 115-95-КЭ, диапазон стандартный.
- Год?
- Прошлый.
- Месяц и дата?
- Ноябрь, пятнадцатое.
- Время суток?
- Последняя треть.
- Форма подачи исходного материала и вариант коррекции?
- Письменная, голосовой.
- Принято. Подготовка. Ожидайте.
Пауза. Рябь на экране. Тишина. Михалыч тоже молчит, только сопит громко. Оно и понятно: волнуется, готовится в любой момент кинуться на помощь, хоть и строит из себя строгого начальника. Не надо, дорогой. Не надо. Сейчас я должен справиться сам. Что там? Ага, началось. Это не нужно, отсюда рано, отсюда тоже рано... Вот оно!
- Человечище, иди сюда, а? Да размотай ты уже это своё одеяло!
- Солнышко моё дорогое, а...
- Стоп. Коррекция на старт!
- Есть коррекция на старт. Запись начата.
... - Спасибо. Запись закончена.
Выдохнуть. Теперь можно выдохнуть. Маша, Машенька, после визита к гинекологу за справкой мысли о приходе в кабинет 25а отпадут у тебя сами собой. Не удивляйся, что ничего не замечала - было не до того, согласись? Не кори себя, что не пошла к врачу раньше, и не думай, что Димка ничего не узнал. Он знал и именно поэтому ушёл с улыбкой на губах. Не бойся, что тебе навредили слёзы, истерики и лекарства - тот, кто пришёл, очень сильный, прямо как ты... Прямо как вы. Якорь в этом мире брошен, и якорь прочнейший. Теперь мне правда можно выдохнуть.
Повернуться к Поспелову...
И первый раз в жизни увидеть, как почти незаметно, молча, но с обезоруживающей искренностью, плачут генералы Хроноуправления.