Владыка башни

— Когда я пытался его убить, — закончил лорд-защитник. — Из арбалета.
Её смех далеко разнёсся над рекой, Илтис терпеливо ждал.
— Так вот, значит, каким образом вы оказались в тюрьме вместе с Фермином, — сказала она.
— Моё суждение о лорде Аль-Сорне было ошибочно. Уверяю вас, подобное больше не повторится. Моя приверженность Вере была страстна и беспрекословна. Я... А теперь у меня другая привязанность.
— Надеюсь.
И они отправились дальше. Прошли берегом реки, где в камышах ещё виднелись трупы, раздувшиеся и воняющие гнилым мясом. После дождя как-то сразу, не по сезону, похолодало: изо рта шёл парок от дыхания, а вокруг плавающих тел образовался тонкий ледок.
— Надо же, лёд, — заметила Лирна, присмотревшись. — Лето, конечно, на исходе, но все равно это странно.
— Никогда не видел ничего подобного, ваше высочество, — согласился Илтис, останавливаясь рядом. — Ни разу за всю свою жи...
В плечо ему впилась стрела. Илтис вскрикнул и упал на землю. Инстинкт, выработавшийся в последнее время, заставил Лирну рухнуть рядом. Следующая стрела просвистела над её головой и воткнулась в заледеневший берег. «Лучник где-то совсем близко», — поняла Лирна, прикинув расстояние по углу падения стрелы. Илтис в нескольких футах от неё нащупывал меч, стиснув зубы. Лирна отрицательно покачала головой и сделала знак не шевелиться, всматриваясь в заросли высокой травы. Илтис замер, прикусив воротник плаща, чтобы не стонать.
«Пусть он всегда будет при тебе». Вечером Лирна привязала кинжал к лодыжке — было бы странно, явись она на пир с оружием на виду. Вытащив клинок, она сунула его лезвием в рукав, чтобы их не выдал блеск, и стала ждать.
Из травы в двадцати шагах от них поднялись две фигуры, одна высокая, другая коренастая. Первый нёс натянутый лук, второй — топор. Они осторожно двинулись вперёд.
— Тебе стоит доверять мне больше, мой святой друг, — хохотнул коротышка. — Я же говорил, что Отец обязательно приведёт нас к ней.
Это был широкоплечий лысый бородач.
— Ваше высочество, а ваше высочество! Покажитесь! — весело скаля зубы, крикнул он. — Мы жаждем засвидетельствовать своё почтение.
«Давай, давай, подойди ближе». Лирна повернула руку, лезвие скользнуло в ладонь.
— Ну же, не надо упрямиться! — умолял бородач. — Мы очень хотим вам помочь. Неужели вы собираетесь прожить остаток жизни с такой рожей?
Илтис с рёвом вскочил на ноги и потащил из ножен меч. Лучник резко повернулся, прицеливаясь. Лирна увидела красивое узкое лицо, искажённое ненавистью.
Наверное, это был её лучший бросок. Кинжал, описав идеальную дугу, вонзился лучнику в горло, тетива щёлкнула, и стрела пропала в густой траве. Илтис бросился на коренастого, но сделал всего несколько шагов и рухнул на землю, крича от боли. Лирна кинулась к нему, но коренастый успел первым. Он вынул меч из обмякших рук лорда и взмахнул им. Зазвенела сталь, ударившись о лезвие топора. Что-то толкнуло Лирну в лицо, сбив её с ног.
— Какая же вы твердолобая, ваше высочество, — проговорил коренастый и, разминая пальцы, подошёл ближе. — Придётся набить чучело из вашей головы.
Усмехнувшись, он воздел над головой топор и вдруг выпучил глаза. Мелькнув у него над головой, шею обвила петля. Коренастый побелел, захрипел и повалился назад, топор выпал у него из рук, он вцепился в удавку. Лирна поднялась, выплюнула кровь и увидела кудрявого парня, который оттаскивал убийцу прочь, ловко перебирая верёвку мускулистыми руками. Ноги коренастого били по земле. Подтащив его к себе, юноша с безучастным, похожим на маску лицом поставил сапог ему на голову и дёрнул верёвку, затягивая петлю. Через короткое время судорожные подёргивания прекратились.
Лирна наклонилась к Илтису: тот был слаб от потери крови, но в сознании.
— Благодарю вас, солдат, — сказала она подходящему юноше. — Помогите мне, этому лорду требуется целитель... — и осеклась, потому что юноша все с тем же отсутствующим выражением лица молча приближался к ней. — Что такое?..
Он так быстро накинулся на неё, что не было никакой возможности увернуться. Сильные руки обхватили Лирну за плечи. Она глядела ему прямо в глаза, он же жадно смотрел на её шрамы.
— Боль, — произнёс он и обнял Лирну, прижимая к твёрдой груди.
И Лирна вспыхнула.