Партион (СИ)

 — Но ты мне это рассказывать не собираешься?
 — Я подумаю над этим, — ответил Гарт, улыбнулся в ответ на мой недовольный взгляд.
 — Я серьёзно. Нужно же мне знать к чему готовиться.
 — К плохому, — сразу став серьёзным, ответил Гарт. — За мной неприятности ходят. Поэтому танцевать мы теперь будем с тобой под их песни.
 — Опять один туман.
 — Почему туман? — удивился Гарт. — Я же правду говорю. Ну ты на моё лицо посмотри. Ведь понятно же.
 — Для тебя.
 — Ох, Арина. Как же с тобой тяжело, — проворчал он.
 — Что поделать? Вот такая я у тебя глупая. Не понимая простых вещей.
 — Я же предатель. Да, меня простили, за помощь в войне. Но всё равно, это не смыть. На всю жизнь. Понимаешь теперь? — он вытянул руки на столе и положил на них голову, хитро поглядывая на меня.
 — Ты про знак на щеке?
 — Да. Меня никто даже не подвёз. Пришлось пешком добираться. И работу я не найду здесь. Понимаешь теперь? Я могу шить. Могу стрелять. У меня две профессии. Я эти два дела делаю хорошо. Но кому это нужно? Одни стараются не замечать. Другие плюют вслед. И правильно делают.
 — Ясно, — ответила я. Это уже совсем тяжело. Мне казалось, что должны испытания закончиться, но похоже все только начинается. Не надо было так торопиться с замужеством. Хотя, всегда можно развестись. И никто мне слова не скажет. Жить с человеком, который сам порушил свою жизнь...
 Я не заметила, как он подошёл сзади. Прижал меня к себе. Подол юбки тут же пополз вверх, а ногу обожгли горячие пальцы.
 — Что ты делаешь? — еле удерживаясь на ногах, спросила я.
 — Выгоняю у тебя вредные мысли. Ты выбрала меня. Я тебя. Так было угодно ветру и солнцу. И ты думаешь я тебя просто так отпущу? Даже если впереди всё совсем плохо будет, то не отпущу. Вместе пройдём по дороге.
 — Гарт, мне готовить надо.
 — Надо, — в последний раз проведя пальцами по моему бедру, он отошёл к окну. Я поправила юбку. — Я думал над этим. Не только ты думать умеешь.
 — Я не считаю тебя глупым.
 — М... Я думал иначе. Всегда такое случается, когда кто-то проклятый, а кто-то нет. Тогда проклятые начинают носом крутить перед остальными, — Гарт присел на подоконник. Стал качать ногой, посматривая то в окно, то на меня.
 — Гарт, я здесь чужой человек. Мне многое непонятно. Может у меня и глаза стали голубого цвета, но я всё равно не знаю, как пользоваться знаниями. Они появляются спонтанно. Не думаю, что это признак ума. Скорее это большая энциклопедия, которыя хранит знания в голове и выдаёт информацию при правильном запросе. Ум же это не только книга в голове, а скорее умение применять знания на практике. И те знания, которые человек узнал самостоятельно.
 — Красиво говоришь. Я про другое. Мы могли бы с тобой расстаться. Да. Так получилось. У тебя род сильный. А я тебя как бы обманул. Но ты меня любишь. Я тебя. Сердце сильно корнями оплетено. Рвать их начнём — будем с тобой страдать. Зачем нам это? Не проще вместе пойти? Не всегда всё легко бывает в жизни. И неприятности приходят. Вместе справимся. Только не говори, что тебе надо подумать! — выпалил он, поднимая ладони. Я рассмеялась.
 — Не буду. Давай есть.
 — Надеюсь это не только вкусно пахнет, но и вкусно есть.
 — Попробуй, — пожала я плечами.
 — Вкусная еда, красавица жена, да я могу назвать себя счастливым человеком, — сказал он, поглядывая на меня.
 Я промолчала. Честно, не знала, что сказать. Гарт явно говорил, что думал. За патрионцами я не заметила хитрости и лжи. Они могли сказать неприятную правду в лицо, при этом не видели в этом ничего плохого. К этому сложно было привыкнуть.
 — Нам нужно посмотреть, что нужно купить в дорогу. Через два дня отправимся в путь.
 — Так скоро?
 — А зачем жить в городе, который нам с тобой не нравится? — в свою очередь спросил Гарт. Это было логично. Тут даже не поспорить.
 — У меня есть немного денег. Ещё остались со времён колонистов. Забавно звучит. Времена колонистов. А сейчас уже всё говорят послевоенное время.
 — Одно заканчивается. Другое начинается. Это логично.
 — Просто и я к этому времени принадлежала. Хотя и недолго. Время колонистов. Вроде всё не так давно было. Но тогда я могла ещё вернуться домой. Теперь же для меня дорога назад закрыта.
 — А ты хочешь вернуться?
 — Я сюда летела, понимая, что назад дороги нет.
 — Тогда о чём разговор? О несбыточном? О том, что могло бы быть, но не случилось? В нём нет смысла, — ответил Гарт.
 — Cогласна. В нём смысла нет. Не обращай внимания. Я в последнее время какая-то дурная. Надо меньше думать. Или беременность виновата. Хотя я почти её не чувствую. Нана говорит, что последствия стресса. Тоже возможно и такое, — я собрала тарелки со стола и убрала их в раковину.
 — Тебя кто-то напугал? — спросил он. Я видела, как он напрягся. Себя же отругала, за то, что придержала язык за зубами.
 — Так война же была. Я за тебя боялась.
 — А ведь врёшь. Ещё и так нагло. Мне в лицо. Не ожидал, — он откинулся на спинку стула.
 — Как понял? — спросила я, выдавая себя. Гарт рассмеялся.