Настоящий волшебник (СИ)

 Я опустила взгляд на здоровенную пятерню, накрывшую мою хрупкую ладошку и (с удивительной для такой силы мягкостью) сжавшую тонкие пальчики. На выразительный рисунок вен, ветвящихся под смуглой кожей. На мощную структуру кисти и мускулистое запястье.
 И попыталась улыбнуться.
 Меня обняли в ответ.
 …Кажется, дядю убаюкал именно шум дождя. А может потрескивающий полешком огонь. Или бормотание дедушки, занявшегося своими снастями и позабывшего про чай. Или мягкий свет торшера, рассеивающим дремотный полумрак. Или я, коварно свернувшаяся под боком и обхватившая «любимую подушку» покрепче.
 «Подушка», конечно, попытался привстать, чтобы совершить рокировку на настоящее одеяло, примиряюще пророкотав что-то о том, что «ему надо идти» и все в таком духе, но… Не тут-то было: я обняла его так, что выбила хриплый смешок из легких и мрачно покачала головой. Только попробуй. Мартин! А ну – «фас», в смысле, «когти»! Независимая натура (пожалуй, впервые на моей памяти) решил проявить солидарность и с мряканьем окопался на могучей шее. Дядя посмотрел на нас по очереди, получил по улыбочке, покачал головой и смирился.
 В итоге мы его все-таки усыпили.
 (Общими усилиями. Даже дедушка подключился, монотонно забормотав что-то про «прикорм карася»).
 Нет, дядя честно посопротивлялся пол часика, приложив титанические усилия, чтобы не вырубиться мгновенно. Он кусал кулаки, мял веки, отшучивался чем-то невразумительным… В конце концов, сон (в лице шуршащих по подоконникам капель, пледа и умиротворяющего курлыканья «булочки») был вынужден пойти на крайние меры и применить тяжелую артиллерию, застав упрямца врасплох. И (для начала) разжал непожелавшие больше смыкаться челюсти и утроил рекорд на завоеванных территориях таким зевком, что ему бы точно драконы позавидовали. А потом – от души приложил по голове забвением.
 Дядя отрешенно мигнул, тряхнул вороными кудрями, силясь сфыркнуть коварную дрему, но… Грянул финальный аккорд! Наше убойное трио (из меня под мышкой, Мартина над ухом и «увлекательной» лекции дедушки). Так сказать, «суперкомбо» (прямо как у настоящих волшебников), разгромившее «оборону» противника в пух и прах.
 Я улыбнулась, украдкой наблюдая за тем, как ресницы дяди беспомощно затрепетали и смежились – раз, другой, третий… Как голова с кипой чернильно-черных волос безвольно клюнула носом богатырскую грудь… Не нашлось сил даже поднять руку и протереть глаза, а предательская усталость спутала мысли… Правда, он тут же постарался реабилитироваться: дернулся, как болванчик на ниточке, заподозрив недоброе, замигал вразнобой, но…
 Но все было напрасно.
 Зевота одолевала со страшной силой, подтачивала сопротивление, а мирный треск дровишек в камине навевал уют… Великан кое-как прикрыл ладонью искаженную судорогой пасть, мазнув по белоснежным зубам влажным бликом, зажмурился, каркнул что-то подозрительно похожее на «черт». Зачем-то попытался приподняться… Думаю, он уже отключился в тот момент, когда его голова мягко опала на спинку, а из горла вырвался рычащий всхрап.
 Я подавила смешок. Осторожно приподнялась на локте, изучив покоренную обнимашками «крепость»: рот приоткрыт, шапка сбилась на лоб, грудь ходит ходуном. И вид дурацкий, как у мальчишки.
 Сердце сжалось от нежности. 
 - Эй… - захихикала я, скользнув губами по черной брови. - Дя-я-ядь, ты спишь?..
 Он ответил мне бодрой руладой смертельно уставшего человека. Длинные ресницы даже не дрогнули.
 - Ну-с, - с хитрецой шепнул дедушка, - смотри-ка как ты беднягу кэпа ушатала. Никто в свое время так не мог! Теперь, если до вечера на лапках пропрыгаем, глядишь и до ужина проспит. А к соседу я сам схожу, объясню ситуацию.
 - Правильно, - беззвучно кивнула я и принялась аккуратно выпутываться из властных объятий. Мир затаил дыхание.
 - А ты - сторожи. – Наказал дедушка уткнувшемуся в сильную шею Мартину. – Разбудим – с тебя спрошу!
 «Булочка» независимо поиграл хвостиком.
 На том и порешили.
 Честно говоря, будущий гупергеройhhhHhh так старалась не думать о завтра, что день пролетел слишком быстро. Я не успела оглянуться, как на небе зажглись первые звезды, и дедушка заторопил всех в постель. Поднявшийся незадолго до полдника (в шестом часу) дядя - смущенный, взъерошенный и заспанный – растерянно потоптался у дивана, поскреб в затылке и со вздохом принялся складывать плед.
 - Приснилось что-то хорошее? – я запечатлела на его плече мимолетный поцелуй.
 - Эмма…
 - Ничего не знаю. – Независимо поиграла бровями «подручный». – Ты так вымотался, что организм тебя сам на перезарядку поставил. Мы с дедушкой даже поспорили, как будем тебя на ночь на матрас переправлять – своими силами или при помощи грузчиков.
 Великан отвернулся.
 - Дядь?..
 Он зачем-то принялся разбирать подушки. По второму кругу.
 - Эй, - я с заботой погладила окаменевшую лопатку, заглянула под ручищу, - ну ты чего?
 Он мрачно молчал. Темные кудри выбились из-под шапки, обвили высокие скулы. Широкие брови сошлись на переносице.
 - Дядь…