Заговор
Марк явился около десяти. Он едва успел заскочить домой и сменить пиджак.
— Доброе утро!
— Доброе утро, Марк. Рад, что вы нашли для нас время.— Сказано это было чуть насмешливо, но не сердито.
Пресс-секретарь пригласила их к себе. Президент должен записать свое обращение к нации для вечернего выпуска, чтобы в одиннадцать пятнадцать он смог вылететь в Кемп-Дэвид.
— Я полагаю, что на встречу с Директором и с вами у него будет минут пятнадцать.
Она провела их в свой кабинет, огромное помещение в Западном крыле здания, откуда через эркеры открывался прекрасный вид на Розовый сад. Сюда принесли кофе.
Директор и Марк расположились в удобных креслах, откуда можно было смотреть телевизор. Передача велась из Овального кабинета, там сновали люди, кипела бурная жизнь.
Пока президенту пудрили нос, готовя его к съемке, вокруг суетились операторы.
— Марк! Я хочу, чтобы сегодня в полдень вы доложили Грент Нанне о своем возвращении.
— Слушаюсь, сэр.
— Затем я хотел бы, чтобы вы взяли отпуск. Я имею в виду настоящий отпуск... В конце мая мистер Эллиот оставляет нас, чтоб занять пост главы отделения в Колумбусе. Я хочу предложить вам его пост и вместе с тем должность моего специального помощника.
Марк был ошеломлен.
— Большое спасибо, сэр.— Полетели вверх тормашками все его планы на пятилетие.
— Вы что-то сказали, Марк?
— Нет, сэр.
— Если нам придется работать вместе, вне службы можете не называть меня «сэр», с меня хватит этого титулования и в рабочие часы. Зовите меня Халт или Хорацио — неважно.
Марк не мог удержаться от смеха.
— Вы считаете мое имя настолько забавным, Марк?
— Нет, сэр. Но я только что разбогател на 3516 долларов.
* * *— Проверка: один, два, три. Громко и чисто. Не можете ли вы сказать нам несколько слов для пробы голоса, сэр? — попросил режиссер, готовясь к записи.
— У Мэри была маленькая овечка,— отчетливо сказал президент.
— Благодарю вас, сэр. Прекрасно. Поехали.
Все камеры сосредоточились на президенте, который сидел за своим столом, собранный и печальный.
— Мы готовы, мистер президент.
Президент взглянул в объектив камеры номер один.
— Дорогие мои друзья, американцы...
* * *Через некоторое время в дверях кабинета показался старший распорядитель. Он обратился к Директору.
— Президент осведомляется, не будете ли вы с мистером Эндрью столь любезны присоединиться к нему в Овальном кабинете?
Поднявшись, они молча проследовали за провожатым длинными мраморными коридорами, на стенах которых висели портреты прошлых президентов рядом с их женами, а также картины, напоминающие самые славные моменты американской истории. Они миновали бронзовый бюст Линкольна. Войдя в пределы Восточного крыла, они остановились перед массивной полукруглой дверью Овального кабинета, над которой господствовало изображение президентского герба. В холле, рядом с дверью, сидел агент Секретной Службы. Он молча обменялся взглядом со старшим распорядителем. Марк видел, как рука агента Секретной Службы нырнула под стол, и раздался щелчок. Когда створки двери раздвинулись, герб разъехался на две половинки. Распорядитель остался у входа.
Кто-то откреплял маленький микрофончик, скрывавшийся под галстуком президента, а молодая женщина тщательно удаляла остатки пудры с его носа. Телевизионных камер в помещении уже не было. Распорядитель объявил:
— Мистер X. А. Л. Тайсон и мистер Марк Эндрью, мистер президент!
В дальнем углу комнаты президент поднялся с кресла, ожидая, пока приблизятся посетители. Они медленно пошли но направлению к хозяину кабинета.
— Марк, — еле слышно шепнул Директор.
— Да, сэр?
— Сказать ли президенту?