История одного пета. Часть 2 (СИ)

«Эй, Павел, смотреть же нужно, что делаешь!» – воскликнул я в ответ на его небрежное ко мне отношение.
А эта бесчувственная личность, даже не заметила моих движений, подошла к своей сумке и начала там копаться. Скоро в его руках оказалась ручная игровая приставка «Sony».
«Павел! Эй, ты чего? Прикалываешься, что ли? Давай заканчивай!!!» – я смотрел во все глаза на играющего Павла.
– Мам, а дай Кешке чего-нибудь поесть, а то он так жалостливо на меня смотрит, – оторвался «великий Корень» от своей игрушки.
– Да и я бы поесть не отказался, на кого мне жалостливо посмотреть? – Семен Алексеевич кокетливо подтолкнул жену в бочок.
– Ну что ж, Семен, достань тогда из сумки. Да не из этой, из зеленой, ага! Бегом мыть руки, а я пока накрою! – скомандовала Маргарита Павловна, и мужчины потопали по коридору в сторону уборной, а я остался смотреть за приготовлениями.
Когда же они вернулись, на столе лежали две упитанные курицы, вареные картошка и яйца, зелень и минералка – стандартный набор путешествующего поездом. Мне досталась куриная ножка с румяной корочкой и застывшими каплями жира. С ним я и спрыгнул на пол, а когда оторвал кусок и почувствовал, как по всему телу разливается волна неги и удовольствия, то мой взгляд упал под Пашкину полку.
Я чуть не подавился корочкой и закашлялся – у самой стенки лежал кинжал с рукояткой в виде змеи кусающей шар. Она наблюдала за мной полными ярости рубиновыми глазками, и ее взгляд не предвещал ничего хорошего.
Я зажмурился, и вновь открыл глаза – кинжала не было. Показалось, наверно. Мой взгляд перехватил Павел, улыбнулся и ободряюще подмигнул.
– Под такой обед неплохо бы и пропустить по маленькой? – закинул удочку Семен Алексеевич.
– Что-о? Опять? Вот сейчас... – кулак вознесся над взъерошенной головой.
– Мама, перестань! Насилие не метод воздействия, можно всегда договориться. Пап, побереги себя, алкоголь убивает мозг и разъедает печень, – спокойный Пашкин голос остановил взмах.
Родители застыли от удивления, даже у меня из пасти выпал кусок курицы.
– Паш, ты это серьезно? – спросила Маргарита Павловна, так и застыв с поднятым кулаком. – Матери указывать?
– Мам, я не указываю. Вы же любите друг друга, зачем же ссориться и ругаться? Папа, отдаю тебе выпавшую по дороге зажигалку. Сам клятвенно заверяю вас, что не буду никогда не пить и не курить. Однако прошу и вас тоже поклясться – никогда не ругаться, какие бы беды не навалились на нас! – Пашкины слова звучали в унисон стучащим колесам, впечатывая каждое слово в головы родителей.
Отец с матерью во все глаза смотрели на сына, который спокойно взял себе краюху хлеба. Таких слов они ожидали от него гораздо меньше, чем прилета танцующих «Цыганочку» инопланетян. Если бы я не прошел с ним такое долгое путешествие, то срочно бы вызвал «Скорую» и нескольких дюжих санитаров с немодной рубашкой.
– Ну, клянусь, хотя и слишком пафосно звучит, – протянул Семен Алексеевич.
– И я клянусь, Пашенька! Никогда больше не повышу голос на вас, родные, – У Маргариты Павловны прокатилась слезинка.
Даже я поклялся, правда, меня никто не понял, но главное что внес свою лепту. Павел взял на руки и подсел к родителям на полку. Семен Алексеевич обнял его с одной стороны, а Маргарита Павловна с другой. Так мы и сидели, слушали стук колес и смотрели за проплывающие за окном пейзажи.
  
Глава 22
 
– С этим получилось, ты молодец!
– В этот раз я старался, ох крепкий же орешек попался.
– Хорошо, не расслабляйся, делаем так и дальше.
– Ага, кто следующий?
– Видишь, девчоночка кидает камни в собаку?
– Девчонка? Думаешь, выдержит?
– Главное правильно подвести, забираем обоих.
– Хорошо! Итак – начали.
Старичок шаркающей походкой двинулся в сторону бросающей камни девочки.