Еще раз о голом короле (сборник)

Насреддин
Сто странных счастий есть у человека.
Боюсь, вы их не знаете, Эмир.
Но лишь на этих странностях от века
И держится сыпучий этот мир!..
Вот я стою у этого помоста,
Как говорят, у смерти на краю,
И вам понять, я думаю, непросто
Улыбку беззаботную мою.
Но счастлив я лишь тем – хвала Аллаху! —
И тем горжусь, улыбки не тая,
Что в миг, когда в крови свалюсь на плаху,
По мне заплачет женщина моя!
А вы, Эмир?.. Ваш голос много значит,
У ваших ног склонилась Бухара…
Но вы умрете – кто по вас заплачет?
Гарем?.. Визири?.. Слуги?.. Повара?..
Печалиться никто не станет шибко,
Когда и ваш верховный час пробьет…
Любимая в бассейне вашем рыбка —
И та по вас слезинки не прольет!
Так сверим же, Эмир, две жизни эти:
Чья веселей картинка бытия?..
И кто ж из нас счастливей был на свете —
Вы, всё имущий, или нищий я?
В это время к уху Эмира наклоняется давно уже нервничающий Начальник стражи.
Начальник стражи
(тихо)
Я не пойму, чего мы выжидаем,
Оттягивая казни сам процесс?..
Ведь мы же этим сильно возбуждаем
К казнимому народный интерес.
Эмир
(так же тихо)
Ты объясни чего-нибудь народу…
Начальник стражи
Что объяснить?
Эмир
Любую ерунду!
Начальник стражи
А Насреддин?
Эмир
В мешок его – и в воду!..
Топите – на окраине. В пруду.
Начальник стражи бросается было исполнять приказ, но Эмир возвращает его обратно, поманив пальцем.
Нести его в мешке необходимо
Дорогой, где не шастает народ.
Пронюхают, что топим Насреддина,
И дело примет скверный оборот!..
 
Эпизод девятнадцатый
 
Ночь в Бухаре. Окраина города. Дорога через старое кладбище. По дороге, отдуваясь и пыхтя, двое стражников тащат мешок с Насреддином. За ними важной командирской поступью следует Начальник стражи. Наконец притомившиеся стражники останавливаются и бросают мешок прямо на дорогу.
1-й стражник
(озираясь по сторонам)
Мы путь могли бы выбрать покороче!
Погони нет – прогнозам вопреки!
2-й стражник
К тому же в Бухаре такие ночи —
Таскай хоть с бриллиантами мешки!
1-й стражник
(Начальнику стражи)
Приказ Эмира нам предельно ясен,
Но вот что нам не ясно, господин!
2-й стражник
(подхватывает)
А чем он так уж, собственно, опасен,
Такой нестрашный с виду Насреддин?
Начальник стражи
Не страшен он ничем, но он причина
всемирной смуты, этот Насреддин!
Лишь истребив злодея Насреддина,
Мы насреддинство в мире истребим!
1-й стражник
Злодея?.. Не похож он на злодея!
2-й стражник
Скорее так… Обычный прохиндей!
Начальник стражи
(соглашаясь)
Он сам – лишь клоп!.. Страшна его идея.
Она – всего опасней для людей!..
Своим страстишкам низменным в угоду
Удрать готовый в случае чего,
Он всюду проповедует свободу…
1-й стражник
Свободу от чего?..
Начальник стражи
Да от всего!.. Свободу рассуждать бесцеремонно
Об алчности начальства всех мастей,
Свободу от морали и закона,
От церкви, от традиций, от властей!
В отдельных странах – кроме стран Востока! —
Идея прижилась и проросла,
И там вовсю цветут цветы порока
И буйно колосятся злаки зла!
1-й стражник
(с удивлением)
Живя на столь солидном расстоянии
От этих стран, как может Насреддин
Оказывать какое-то влияние
На жителей Парижа и Афин?!
2-й стражник
(подхватывает)
Выходит, если в Риме забастовка,
И здесь за всё в ответе он один —
Наш горемычный стрелочник с Востока,
Несчастный забулдыга Насреддин?..
Начальник стражи
(назидательно)
Есть и свои в Европе насреддины,
Они другие носят имена,
Но бунтари всех стран в одном едины:
Повсюду смуты сеют семена!
Я приведу такой пример хотя бы…—
Представлю – самого кидает в жар! —
Как там, у них в Европе, ходят бабы?!
1-й стражник
(боясь поверить в страшную догадку)
Неужто без чадры?!
Начальник стражи
(неумолимо)
И без шальвар!..
(чванливо)
Чтоб дух изжить бесстыдства и разврата,
Мы кой-кого казним, а там, глядишь,
Заставим по законам шариата
Жить и Москву, и Лондон, и Париж.
Я говорю не спьяну и не сдуру!..
Культура – вот начало всех начал!
Великую свою культур-мультуру
Мы донесем до диких англичан!..
Дойдем до Скандинавии, до Польши…
Да мало ли невежественных стран!..