Ледяной дворец

Как темнеет быстро. Давно пора заново покрасить эти могильные камни, хотя после они будут выглядеть много хуже. Но надо, чтобы их было видно. 
Минуты бежали, тянулись, складывались в густой пучок дымных лучей, струящихся к бледно-желтому солнцу, и наконец она услышала резкий хруст, с которым треснул ее обретенный покой. 
В глаза ударило солнце, свет. Факел, много факелов, и голоса, голоса. Огонь выхватил живое лицо, сильные руки поднимают ее с земли, что-то делают с ее щекой, вся щека мокрая. Кто-то держит ее и растирает лицо снегом. Смешно - снегом! 
- Салли Кэррол! 
Это Грозный Дэн Макгрю и с ним двое незнакомых. 
- Детка! Мы ищем вас уже два часа! Гарри чуть с ума не сошел. 
Память быстро вернула на свои места пение, факелы, трубный клич марширующих клубов. Она забилась в руках Пэттона и испустила тихий, протяжный вопль. 
- Вытащите меня отсюда. Я хочу домой. Домой! - Ее голос сорвался в пронзительный крик, от которого у Гарри, бежавшего по соседней галерее, кровь застыла в жилах. - Завтра же! - ничего не сознавая и не сдерживаясь, кричала она. - Завтра! Завтра! 
6 
Том, томившийся у пыльного полотна дороги, вкушал золотую солнечную щедрость и млел от зноя. Две бестолково-суматошливые птахи искали холодок на дереве перед соседним домом; по улице; нараспев предлагая клубнику, брела негритянка. Был апрельский полдень. 
Вытянув на подоконнике руку и уткнувшись в нее подбородком, сверху сонными глазами смотрела Салли Кэррол, и в поле ее зрения попадали посверкивающие на солнце пылинки, колеблемые теплом, которое сегодня впервые стала отдавать прогревшаяся земля. Под ее взглядом старенький "форд" одолел рискованный поворот, дребезжа и стеная, домучил остаток пути и рывком остановился. Она ни звуком не отозвалась на происходящее, и минуту спустя знакомый пронзительный свист разорвал тишину. Салли Кэррол улыбнулась и сощурила глаза. 
- Доброе утро. 
Из-под крыши автомобиля вывернулась голова. 
- Утро ты уже проспала, Салли Кэррол. 
- Неужели? - с притворным удивлением сказала она. - А может, ты прав. 
- Что делаешь? 
- Ем зеленый персик. Приходи на похороны. 
И хотя дальше голове некуда был поворачиваться, Кларк все же постарался - и увидел ее лицо. 
- Вода как парное молоко, Салли Кэррол. Не хочешь искупаться? 
- Вставать неохота, - лениво вздохнула Салли Кэррол, - но ладно, попробую. 
1920