Бег

 
спринтер
 
на финише я был небрежен:
носком черканул по мелу.
и справа и слева орали:
я понял – что я пришел первым.
гудело в затылке. лоснились
виски ледяными ручьями.
все те кто дышал мне в затылок –
я знал – мне не станут друзьями.
я волосы мял в полотенце.
и жутко хотел текилы.
шампунь пах иллюзией груши.
я куртку на плечи накинул
и дернул оконную раму.
и прыгнул в траву. покатился.
когда побежал стало горько
что не с кем было проститься.
2006
 
на елке у ивановых
 
смерть наряжает елку в фотокарточки папы и мамы.
коленки скулят от йода. праздник – а хочется плакать.
и лишние вилки как ребра непойманной рыбы скелеты.
я в скатерти дырку сделал – меня отлупили за это.
и гости степенно на стулья за стол опускали спины.
и трепетно передавали друг другу салаты и вина.
и воздуха разом не стало в накуренном жарком доме.
я голову прятал от влажных духами пропахших ладоней.
меня целовали в щеки. в пунцовые мягкие уши.
ко лбу прижимались губами. виски царапали дужки.
жалели жалели и пили и пили и ватой хмелели.
и в дедушке плакала водка. он мне утыкался в колени.
и бабушка как изваянье крестилась привычно и споро.
и будто молитву шептала: мне скоро мне скоро мне скоро.
а в полночь часы прозвонили и били 12 ударов.
меня моментально забыли. меня моментально не стало.
а я стал дышать на узоры мороза в кухонной раме.
уверен – так будет теплее уснувшим папе и маме.
2006
 
финский
 
знаешь сегодня мне снилось
что я наконец вернулся
в твой город. и судя по снегу
был март. ветер рвался в уши.
мы шли вдоль залива и стыли
и целовались глазами.
ни с кем мне не было лучше
молчать и шагать часами.
мы передавали друг другу
одну на двоих сигарету.
во сне я так и не вспомнил
что бросил курить прошлым летом.
а снег умирая был липким.
забыв обо мне ты лепила
себя у меня в объятьях.
желанием таяли спины.
я в снег упал. и проснулся
и пил. и вода проливалась
текла по плечам коромысла.
ноябрь догорал. светало…
2006
 
немым
 
рыбу плашмя оглушили. съежился камень.
под сапогами скрипело.
тужусь руками.
в недрах карманов
под кулаками – заплаты.
мать любит шить
и дырам моим глупо рада.
она раздражает меня
суетой за обедом.
я скоро уйду
и я больше сюда не приеду.
еще ненавижу
когда она плачет над супом
как книги читает
прилежно склонившись
над лупой.
как льнет к моей куртке
как ноги мне кутает пледом.
уеду уеду уеду уеду уеду
пешком вертолетом телегой
в товарных сортирах
скрываясь в постелях у шлюх
на казенных квартирах.
так будет честней
чем блевать и давиться
заботой.
я мама не понял
зачем я родился
и кто ты.
2006
 
ххl
 
мы возвращаемся друг к другу. зима без снега.
щитом из спирта маскируем тоску и негу.
мне страшно думать о тебе. томлюсь ночами.
я тряпкой терла по столу когда прощались.
я свечи ставила. рублев глаза баюкал.
когда я пела – дождь пошел. сменился вьюгой.
я растворялась. я текла по доскам сцены.
я знала что люблю тебя так сильно первой.
и отпустила. возжелав тебе всех лучших.
и на секунду умерла. вернулась ждущей
и верной сердцу. мы давно ему родные.
так с нами стало. так мы есть. и так поныне.
2006
 
немым
 
я опускаю ружье: охота закончена.
сердце впаяно в лед. пулей прострочено.
порви моим сердцем манжет.
воткни будто запонку.
не жалей со мной ни о чем
пожалуйста!
я что стрелял – сжал в кулак
гильзы горячие
прячу в нагрудный карман
как новобрачные
прячут в комод простыню
цвета пожарного.
не жалей со мной ни о ком
пожалуйста!
если бы лес мог скулить –
травы запели бы.
пытка китайцев смешна:
озеро в темени
под ледорубом хрипит
корчится жабрами.
не жалей со мной обо мне
пожалуйста!
вот тебе трасса – беги!
волки беспомощны
перед капканом. мороз.
струпьями волосы.
всех генералов твоих
я казнил и разжаловал.
не жалей ни о ком из них
пожалуйста!
2007
 
at last
 
в нашем воздухе трудно дышать.
все случилось внезапно. без повода.
ты остыл. я запомню тебя
по лопаткам до нежного ворота.
я тебя наблюдала таким –
я была тебе другом в то лето.
ты тогда точно так же остыл
раздраженный курил сигареты.
оставался у нас допоздна
панацеей мосты разводили.
мы смотрели кино до утра
мы тогда никого не любили.
мне не важно что было потом –
шлюха в платье от dolce&gabbana.
в казино ты проигрывал все
и смеялся влюбленный и пьяный.
и смотрел на ладони свои –
изучал географию линий.
и прощал ей измены. молил:
«что угодно. но пусть не покинет!»
спал в машине виском на руле.
просыпался от каждого звука.
миллиарды шагов во дворе
изучил по пергаменту стука.
на рассвете буравил озноб.
ты мотор заводил. пели птицы.
она кошкой вползала во двор.
и лениво бросала – «не спится?»
ты любил танцевать. но она
не любила когда ты танцуешь.
ревновала что ты – не она –
всех кто с ней несусветно волнуешь.
ты все понял. и ради нее
перестал танцевать. Бог с ним – c танцем
ты молил как тогда в казино –
«что угодно! но чтоб не расстаться!»
и летела зима. и февраль
был без ветра но падали гнезда.
были: рига подъезды вранье
и в подушку казенную слезы.
трупик розы в июле. не в счет
поезд в питер. кольцо в рельсы-шпалы
ты отчаянно им дорожил
но плевать что так странно пропало.
пытка ночью: не сметь закричать
кулаком затыкать рот по гланды.
и молчать и молчать и молчать –
ты немой. раз так надо для правды.
все закончилось быстро как ртуть.
как французский пилот без рубашки
ты ушел от нее. ты ушел.
ей впервые тогда стало страшно.
2007