Кольцо судьбы. Том 1 (СИ)
- Ты и сейчас не сможешь! - рыкнула я. Снова вырвалось, со злости. От боли, что я чувствовала сейчас.
- Это мы ещё посмотрим! - отбросив моё кольцо в сторону, Томас ринулся на меня, оседлал. Мой паралич прошёл, но ноги дёргались как ватные, в замедленном режиме. Воздействие тока сказалось на моём организме, и я с трудом могла отпираться. Лоуренс грубо обнял моё лицо руками и пристально уставился мне в глаза. Он пытался проникнуть мне в голову, внушить мне какую-нибудь параноидальную мысль. Но ничего не вышло. Разумеется, это разозлило его: он чертыхнулся, отпряв от меня. А меня пробило на издевательский смех от лицезрения его тщетных стараний и полного отчаяния.
- Чёртов педик! - вырвалось у меня.
Лоуренс кинулся на меня взглядом.
- Что ты сказала?! - процедил он злостно.
- Ты жалкий пидорас! Вот что! - огрызнулась я. - Униженный, обиженный жизнью мальчишка! Слабак! Что твоя мамочка с тобой делала, что ты так женщин возненавидел? А может, папочка тебя потрахивал зимними вечерами? И что теперь? Чья ты подстилка, Лоуренс? Кому задницу подставляешь?! - Не знаю, что на меня нашло, но меня прорвало как трубу на водоканале! Я только разозлила его.... Но он, итак, был зол. Возможно, мне нужен был шанс на гордую погибель. Я не могла ползать у него в коленях и молить о пощаде. Пусть я сама нарвалась, но зато я никогда не стану одной из его многочисленных шавок! Он никогда не сломает меня! Никогда!
Лоуренс свирепо зарычал, схватил меня за шею и припечатал к земле. Горло сдавило тугой удавкой, я почувствовала, как кровь приливает к голове, и лицо краснеет, как воздух заканчивается в лёгких. Руки сами стали махать во все стороны - я заехала ему по рукам, лицу, но всё это меркло по сравнению с его тёмной вязкой силой подобно болоту, в котором я тонула. Глаза мужчины заискрились синим током и по мере его злости стали менять цвет к алому. Его сила возросла и выплеснулась на меня. Меня словно ударили электрошоком. Я выпала из реальности на некоторое время. Двоилось в глазах, тошнило, кружилась голова. В голове туман, в ушах заложило. Я понимаю, что Лоуренс расстёгивает мне куртку, рвёт майку.... Но ничерта сделать не могу! Не могу пошевелиться или делаю это слишком медленно, как после общего наркоза. Он что-то говорит, но я не понимаю - звуки такие, словно плёнку зажевало. Лоуренс расстёгивает мне штаны, вот-вот залезет в меня... Противно! От его прикосновений, от всего, что происходит, от самой себя - от собственной слабости! Чёрт тебя дери!!! Чёрт! Как же всё примитивно. Я просто женщина в мире мужчин, которым от меня нужно только одно. Я слабая... кем бы я ни пыталась стать, сколько бы ни тренировалась, мне никогда не стать достаточно сильной и независимой. Мне, как и любой женщине, нужна защита. Чёрт, Уилл... он думает, что я уже на базе? Он пошёл в другую сторону, наверно, уже добрался до дома. Когда он поймёт, что я не вернулась на базу? Завтра он узнает, что отпустил меня в темноту, и будет винить себя за то, что не проводил до конца. И он скажет потом, самому себе скорее, что я была права - мой День Рождения - странный день, проклятый, наверно.
В кромешной темноте вижу проблеск. Что-то быстрое промелькнуло за спиной Лоуренса, а через мгновение Уилл хватает Тома за шею в болевом захвате и оттаскивает от меня. Я попыталась сдвинуться с места, но каждое движение давалось тяжело и с болью, кое-как смогла только отползти чуть в сторону и перевалиться на бок. Лоуренс хрипит, дёргает конечностями, но не может дать отпор - Уилл давил на ту точку, что тормозила рефлексы Лоуренса, не позволяя ему сориентироваться. Я вижу, как Руссо сдавливает его шею, и понимаю, что он готов его придушить. Прямо здесь сейчас, и плевать на последствия! Он настолько сильно ненавидел Лоуренса за то, что тот причинил мне столько боли, что был готов жертвовать своим статусом и жизнью лишь бы избавить меня от падлы. Я видела это в его глазах: он душил Лоуренса и смотрел на меня. Там была ярость, но не та тёмная и поглощающая, поселившаяся в душе Лоуренса, Уилл хотел лишь защитить меня. Во зле, которое он был готов причинить, заключались самые благородные намерения - это и отличало Уилла от Тома. Я с трудом уселась на землю, наблюдая за тем, как лицо Лоуренса меняет цвет - становится багровым. Я не чувствовала... не знаю, радости, что ли, за то, что кто-то способен убить моего обидчика. Но и останавливать Уилла я не стала. Он сам решал... Его глаза промокают. Он смотрит на меня и понимает, что если убьёт сейчас Тома, то избавит меня от твари, но и возможно сам меня потеряет. Плевать на статус, на карьеру и даже на собственную жизнь, но меня он потерять был не готов. Он не смог - его хватка ослабла; Лоуренс выдохнул, его тело обмякло и скатилось вниз. Уилл передёрнул желваками и отпустил парня, брезгливо оттолкнув его от себя. Лоуренс упал на землю тряпкой, даже кашляя с трудом. Подойдя ко мне, Уилл присел на корточки, нервно поправляя мою одежду и потирая по плечам. На этот раз он не сохранял спокойствия.
- Моя девочка... - с невыносимой болью произнёс он. В этих словах было всё: он просил прощения за то, что не верил мне; заставил топать через лес посреди ночи; за то, что не довёл до забора. За то, что не убил падлу и за то, что желал убить. Его душу разрывало на части. Он ничего этого не сказал, только лишь «Моя девочка», но я поняла. Я услышала. Это было в его глазах...
Я инертно замотала головой, собираясь заговорить - сказать, что не виню его ни за что. Но я улавливаю краем глаза движение за его спиной: с яростью в глазах Лоуренс лежит на животе и держит руку на земле, отдаёт последние силы оголённому проводу, движущемуся по земле к Уиллу. И за одну секунду в моих мыслях промелькнули события будущего. Я вижу, как ток сковывает тело Уилла, и он умирает. Я вижу его похороны. Я вижу родителей, друзей, руководящий состав Центра. И никому из них не могу показать, рассказать, что связывало нас с Уиллом. Так, чтобы они прочувствовали, поверили мне, не осудили! Я буду давить в себе слёзы, чувства, мысли, и слова. Я вижу, как умирают мечты. Мечты о совместном отпуске, о свадьбе, о будущем... Я убью Лоуренса. Неважно, как, когда, сегодня же или через годы, но убью. Попаду в тюрьму или нет - тоже не важно, ведь я всё равно буду страдать. Я вижу все эти сгубленные жизни. Раз за разом я буду прокручивать этот день в своей голове и знать, что всё могло быть иначе. Я могла бы не прийти к Уиллу; прийти, но уйти раньше; Уилл мог бы проводить меня до калитки; Уилл мог бы убить Лоуренса. Всё могло бы быть иначе. Одна секунда, но в мыслях вся жизнь... множество жизней.
Я нахожу в себе силы, чтобы оттолкнуть Уилла и свалиться на оголённый провод. Ток прошёл через всё тело, сковал кости, парализовал. Ток исчез - полностью вошёл в меня. Весь! Я поглотила всё электричество, которое смог извергнуть Лоуренс. Тело горит изнутри, и в воздухе воцарился запах жжёной кожи. Наверно, так приходит смерть... с невыносимой болью и вонью. Наверно, это испытывают люди на смертном одре... на том свете, в аду. Но, почему мне кажется, что я никогда не была ни в аду, ни в раю? И почему мне кажется, что умирая, я попадаю в странную комнату, где мне говорят, что моя жизнь бесконечна, и боль моя - вечная? Почему я сейчас чувствую, знаю, но не помню, как умирала прежде, много-много раз?
Я перестаю чувствовать своё тело, в глазах темнеет, и звуки растворяются. Я умираю, знаю. Погружаюсь в темноту небытия... и вдруг! В той темноте загорается белый свет. Я оказываюсь в белоснежной комнате без мебели. Здесь кто-то есть - мужчина в белом костюме, сливается с интерьером. Мутное пятно вместо лица - то, что я вижу. Клякса в деловом белоснежном костюме. Он что-то говорит, но я не слышу. Я не помню, но точно знаю, что в этой комнате я не впервые и не в последний раз. И этот человек уже много раз говорил мне то, чего я не помню сейчас. Когда что-то цветное, но не яркое, мельтешит за его спиной, я обращаю внимание. Томми идёт на меня, приближается и толкает в грудь. Я чувствую сильнейший удар, но не боль. Просто тот удар уносит меня назад, а потом я лечу вниз... километры. Лечу, лечу... и падаю!