Слепой охотник (СИ)
Ближе к пяти позвонил отец.
- Вы с матерью вчера ходили в театр, - полувопросительно констатировал он.
- Да. Кажется, мне лучше, - коротко сказал Женя. - Папа, я хотел спросить: не знаешь ли ты в городе семью, в которой есть некто Демьян? Имя довольно редкое. Может, вспомнишь. Мне кажется, он из состоятельной семьи.
Отец Жени владел объединённой банковской сетью и многих влиятельных людей в городе знал не понаслышке. После недолгого молчания он не совсем уверенно сказал:
- Демьян Изразверин - мой старейший клиент.
- Сколько ему?
- Ну, чтобы не соврать - годков за восемьдесят.
Женя быстро просчитал.
- Семья. Значит - внуки есть.
- Да, семья у него довольно обширная.
"А внуков часто называют именами дедов", - закончил Женя.
- Они какие, эти Изразверины? Ну, как семья?
Женя знал, что отец трепетно относится к вопросам рода и семьи, многими клиентами своими интересуется, поэтому не боялся спросить. Отец опять немного помолчал и нехотя сказал:
- Мало что о них знаю. Семья старая, из купцов вроде, с дореволюционными ещё корнями. Был слушок, что первый купец Изразверин не брезговал в начале карьеры и кистенём помахать, начиная свой капитал. Но такие слухи не редкость о людях с историческим прошлым. Древо семейное у них достаточно крепкое. Кредитов не берут. С финансовыми операциями крайне осторожны, но, бывает, играют на фондовых рынках. Женя, прости, но почему ты любопытствуешь?
- Вчера встретился с внуком Изразвериных, тоже Демьяном. Показалось - интересный тип.
- А можно узнать, как ты с ним встретился? - осторожно спросил отец.
- На узкой тропе, - задумчиво сказал Женя. - Вчера в театре. По-моему, я ему не понравился. Если честно, он мне не понравился больше.
- Могу поискать информацию по Демьяну-младшему, - тоже задумчиво сказал отец. - Общеизвестную, естественно. О вкладах, как понимаешь, не могу ни слова.
- Нет, спасибо, папа. Главное ты уже сказал.
Они распрощались.
Он по старой привычке уставился немигающе в окно, глядя, но не видя тёмно-синих туч, кажется предвещающих снег с дождём. Очнулся. Не выдержал. Схватил карандаш и быстро набросал основные линии лица Ирины. Так, как он обычно это делал на Арбате. Он не любил писать портреты, но считал, что должен совершенствоваться в тех областях живописи, которые ему подвластны. На Арбате он никогда не вдумывался в то, что появляется под его рукой. И сейчас проделал тот же фокус. Не впадая в транс автописьма, он быстро работал, скорее не рисуя, а запечатлевая черты девушки.
Когда он закончил и спросил себя, почему он решился, ответ был как на ладони: он хотел, чтобы Ирина была с ним рядом. Пусть и будучи портретом. "Как главный фигурант дела", - суперсерьёзно объяснил он себе - и расхохотался.
Успокоившись, он снова взялся за мобильный.
- Рыжая, привет! - сказал он. - Я срочно нуждаюсь в твоей потрясающей памяти и изумительном умении запоминать всё, что не надо.
Тонкий, почти девчоночий голосок звонко отозвался:
- Болтун ты, Женька! Погоди, я своё семейство успокою... - На заднем фоне эфира Рыжей послышался слаженный писклявый вопль.
- Рыжая! - удивился Женя. - И когда это ты далась окольцеваться?
- Как только нарисовался объект подходящий, - философски сказала Люда, однокурсница. - Ну, что тебе надо? Кто тебя интересует на этот раз?
- Фамилия девушки Ирины с первого курса, когда мы были на пятом. Она после первого ушла. Это всё, что я знаю.
- Мм... Подожди-ка... - Люда задумалась, явно вспоминая. - Не светлорусая она? Ходила ещё, как королева? Осанка такая, что боялись - на физру ходить не будет?
- Ходила? - с неожиданным любопытством спросил Женя, глядя на рисунок.
- Ходила. Не считая того, что ничего особенного в её способностях не было, она только этим и запомнилась, что держала себя королевой.
- А почему она ушла?
- Девчонки говорили - сказала, что не видит смысла продолжать учёбу, если таланта нет. Вспомнила! Белославская! Помнила же, что фамилия странная! Ну да, всё правильно - Ирина Белославская!.. Женя, - уже вкрадчиво позвала Рыжая. - А зачем тебе это? Ну, узнать про неё? Встретился где-то? Она тебе нравится?
- Рыжая, - так же вкрадчиво сказал Женя, - я ведь ещё не закончил спрашивать. Вот тебе ещё одна задачка. Кто такой Демьян Изразверин?
- Сволочь хорошая, - неожиданно сказала Люда. - Слышать об этом гаде не хочу. Ты точно хочешь узнать о нём? Женька, скажу честно - не хочу о нём говорить. Не советую вообще знать этого человека. Общаться - тем более.
- Он тоже учился в нашем университете? - поразился он.
- Нет. Он учился в пед. Ещё далеко до нас. Просто ты такие вещи мимо ушей пропускал. Но все уже тогда знали, что он подонок. Бандит с большой дороги. Всё, Жень, не хочу говорить об этом. Ещё вопросы, кроме как о нём, есть?
- Нет, Люда. Спасибо за информацию.
- Ага. Звони, если что...
А через минуту мобильник звякнул, и Женя выслушал предложение Ирины через полчаса встретиться в сквере, остановкой ниже рынка. Ребята будут с нею и ответят на его вопросы сами. А ещё у них есть предложение к нему. Заинтригованный Женя оделся и вышел из дома. Огляделся, как заправский шпион, и понял, что шпионом придётся и в самом деле побыть: два парня торчали на детской площадке, лениво катаясь на круговой карусельке, похожей на громадную консервную банку, и поглядывая в сторону его подъезда. Он вышел - каруселька остановилась.
Прикинув обстоятельства, Женя направился в ближайший магазин. Тот был маленьким, но удобным для игр в прятки - то есть проходным, выводя во двор жилого дома. Женя очень надеялся, что поднявшиеся с карусельки парни этого не знают и будут честно ждать его на входе.
6
Ирина думала - будет хуже. Сначала пришёл Ярослав. В маленьком подсобном помещении она как раз мыла чашки и велела ему посидеть в комнате для гаданий. Он сказал, что подождёт Красимира рядом с фитоаптекой. Ирина пожала плечами.
Когда она закончила с работой, оба сидели в комнате, пили чай - бабуля расстаралась... Оба мрачные - со вчерашнего столкновения не прочухались, всё ещё переживают, причём Ярослав - на свой любимый манер: насупился, как будто собирается дать отпор её упрёкам, прекрасно притом понимая, что никаких придирок не дождётся.
Она сняла фартук, села рядом, за столик, и выложила как на духу:
- Утром звонил Женя. Пригласил позавтракать вместе и поговорить. Сидели в "Якоре", - уточнила она, покосившись на угрюмого Ярослава. - Он спрашивал про упырей, откуда они. Ещё спрашивал о вас. Я сказала, что не могу ему рассказывать, пока вы мне не разрешите.
Лица обоих сразу стали огорошенными. Кажется, они думали, что она и впрямь укорит их за вчерашнее, а тут - новость... Красимир поёжился и вздохнул.
- А кто он вообще?
- Художник. Предпочтение отдаёт акварели. Востребован. Этим зарабатывает.
- Это мы слышали, - пробурчал Ярослав и допил остатки чая. Скривился. Наверное, остыло. - И видели. Я по-другому спрошу. Зачем ему знать о нас? Чего он хочет?
- Скорее, не хочет. Мне кажется, он думает, как избавиться от упырей. Теперь мы знаем, что некоторое время он не мог даже на улицу выходить именно из-за них. Судя по всему, он собирается помочь нам. Понятно, что Женя хочет знать, с кем будет иметь дело.
- Он сильный, - заметил Красимир, между ладонями катая перед собой пустую чашку. - Если спокойно говорил с Демьяном. Почему же упыри пробивают его?
- Из-за автописьма, - сказала Ирина. - Он впадает в состояние, близкое к трансу, и не контролирует себя при этом. Но сейчас Женя, кажется, нашёл возможность не уходить в этот транс полностью.
- Нет, я о другом, - снова вздохнул Красимир. Снял крышку с чайника, заглянул, поднял брови. - Мы - не можем говорить с Демьяном. Он нас... запечатывает. Не даёт слова сказать. А этот художник... Да ещё сквозь зубы с ним...