В шаге от дома
Все это время Катя сидела в машине, волчонком поглядывая на прохожих. Игорь заверил девушку, что в городе ее никто не тронет. Вопрос с сутенером решен, а за преступления, и уж тем более за насилие, в Невьянске спрос строгий. Вот если бы она сбежала, тогда дело другое, Болотин имел полное право ее поймать или назначить за ее поимку награду. После чего примерно наказать. Н-да. Впрочем, про выверты княжеского законодательства уже говорилось.
С Интернетом и эсэмэс-оповещением в этом мире полный швах, а потому Игорь решил заехать в банк, чтобы проверить баланс. А то мало ли. Отдать распоряжение на заставы о беспрепятственном передвижении автотранспорта команды Шамана Котов позабыл. А ну как замотался и у него случайно вылетело из головы, что он должен внести на их счета энную сумму? Но опасения оказались напрасными. Вклад Бородина исправно увеличился на тысячу рублей. Никаких сомнений, что и товарищи получили все сполна.
Трофейное серебро на общем совете решили не вносить на счета. С одной стороны, в банке оно вроде как надежно. С другой – в их распоряжении окажутся только чековые книжки, обеспечиваемые все тем же банком. А ситуация такова, что правительство княжества может на них серьезно обидеться. И при таких раскладах доверяться банку попросту неразумно. Наоборот, надо бы понемногу начать опустошать счета.
– Ну здравствуй, блудный кот. – В глазах плещется радость, однако встретила его Алина очень даже сдержанно. – Бородин, только ты мог, отправившись на Дикие земли, вернуться в компании девушки. На этот раз одна? – склонила головку набок Михайлова.
Весть о его возвращении облетела большой дом в мгновение ока. Занятия в школе уже закончились, и вся детвора уже вернулась. Даже странно, потому как первый снег, и ребятня просто обязана оседлать все мало-мальские горки, катаясь с них на чем ни попадя. И Игорь эту картину наблюдал повсеместно. Детей в Невьянске хватает. Но нет. Вот они, все в наличии. Высыпали гурьбой и облепили его как родного, повиснув гроздьями. Эдак, глядишь, еще и повалят.
Трое, что постарше, стоят в сторонке. Лена, тринадцатилетняя девчушка, хлебнувшая лиха, что и не всякому взрослому достанется. Смотрит на него так, словно хочет сказать, что ни на мгновение не сомневалась, что он вернется целым и невредимым.
Артур, подросток четырнадцати лет. Тихий и неприметный, отдавший лидерство Лене, так как откровенно робел пред ней и испытывал к названой сестре явно не братские чувства. Этот смотрел на Шамана с восхищением и легким осуждением. Было дело, уже просился в команду. Жажда славы, приключений и все такое. Восторженная юность плюс желание покрасоваться перед первой своей любовью.
Ну и Хана. Старшая из воспитанников Алины. А еще невеста Антона, оставшегося в усадьбе. Смотрит на него с нескрываемой тревогой. Ведь не на гулянку уходили, вооружившись до зубов. Да еще и торопились так, словно за ними сто чертей гонятся.
– Он в порядке, – подмигнул девушке Игорь, ведя неравную борьбу с детворой. – Остался за старшего охранять трофеи.
– Значит, все хорошо? – отгоняя от Игоря детей, уточнила Михайлова.
– Не совсем, – вздохнул Игорь. – Штыка, Серегу Калачева, наповал.
– Царствие ему небесное, – набожно перекрестилась Алина.
– Земля пухом, – поддержал Игорь.
– А эту красавицу где прихватил? – Алина подошла к Кате.
– Проезжал мимо болотинского подворья.
– Ясно, – помрачнев, процедила Михайлова, но тут же взяла себя в руки. – Не бойся, милая, здесь тебе ничто не угрожает. Хана, отведи ее в ванную, помоги и подбери что-нибудь из одежды. Потом сходим в ателье и закажем на первое время.
– Хорошо, мама Алина, – отозвалась Хана, приглашая гостью следовать за ней.
– Заплатил? – проводив взглядом девушек и отослав остальных детей, спросила Алина.
– Нам проблемы с властями ни к чему, – пожал плечами Игорь.
– Ты эдак по миру пойдешь.
– Ничего. Легко пришло, легко ушло.
– Вообще-то деньги тебе достаются не так чтобы и легко.
– Ну не смог я проехать мимо. А что, если бы Смычок… – попытался было он припомнить момент из жизни самой Михайловой, но она перебила, положив руку ему на грудь:
– Игорь, я не сказала, что осуждаю твои действия. Наоборот, очень рада, что тот, кто мне дорог, не может пройти мимо такого безобразия. Просто хочу сказать, что этот метод нерационален.
– Понимаю, – кивнул он.
– Ладно, давай тоже иди мойся. От тебя несет, как от помойки.
Между прочим, он регулярно стирался, умывался и даже мылся. Конечно, в походных условиях – это не то что в домашних. Но не такой уж он и грязный. Кукловоды и не думали отказывать себе в комфорте. Поэтому у них на базе имелись все удобства. Даже теплый нужник и водопровод. Ветряк закачивал воду из колодца в бак с подогревом, располагавшийся на крыше. Оттуда вода самотеком шла к кранам.
Была и душевая. В результате пожара кое-что пришло в негодность. Воду из системы отопления пришлось сливать ввиду отсутствия окон и дверей. Но все это вполне возможно восстановить. И первое, что Игорь с товарищами привели в порядок, – это душевая. Да, все в гари, да, обстановка далека от комфортной, но помыться получалось во вполне приличных условиях.
Это Настя выела мозг Вороту и Рулю. Мол, что за ерунда, водогрейная колонка есть, требуется всего лишь починка, а она, девушка видная и добропорядочная, оттого что руку приложить некому, должна мучиться. Нет, ее походными условиями в тупик не поставить. Даром, что ли, в сталкерах бродила? Да и с командой Игоря успела хлебнуть лиха. Но если есть возможность избежать неудобств, то отчего этим не воспользоваться.
Алина же к походной жизни практически не приспособлена. Если, допустим, прокатиться от пункта «А» до пункта «Б», хоть по уши в грязи, – это ничего. Главное, что в конце этого свинства можно привести себя в порядок. А вот пробыть в поле несколько дней кряду – это уже совсем другое дело.
– Ну и что там новенькая? – выходя из душа, спросил Игорь.
Все же хорошо, когда есть какой-никакой водопровод и ванная комната. И пусть это только душевая кабина, главное – помыться с комфортом и почувствовать себя другим человеком.
– Обычная история, – махнула рукой Алина. – Двадцать лет. В этом году окончила медучилище и работала медсестрой в больнице. По дороге на работу какой-то очень вежливый мужчина спросил, который час. Очнулась уже здесь. Как и я, очутилась километрах в десяти к юго-востоку от Лесной заставы.
– Это на берегу Лебединого озера, получается? Неподалеку от логова тех тварей, что мы прибрали?
– Свято место пусто не бывает, – утвердительно кивнула она.
– То есть? – насторожился Игорь.
– А то и есть. Поймали, измывались, сдали Болотину.
– Не Руслан, часом?
– Замятин не садист. А эти покуражились. Хана с Леной до сих пор ее успокаивают.
– Твою мать. Тут что, за одного битого двух небитых дают? Что о них знает?
– Четверо. Живут в какой-то избушке в лесу. Продержали ее у себя два дня. Все время были в масках. Так что однозначно приезжают в Невьянск. Но не похоже, чтобы промышляли этим постоянно. Вероятнее всего, от случая к случаю. Те, у кого это дело поставлено на поток, все же делают ставку на аборигенок. Как тот же Руслан или убитые тобой.
– То, что она никого больше не видела, не значит, что они этим не промышляют.
– Сомнительно. Скорее уж охотники. Тут в лесах соболь расплодился, белка, лиса, бобр, крупные животные. Тех же коров бьют и сдают в мясной цех. Так что есть охотники-промысловики.
– Но их не может быть много, – прикидывая в уме порядок действий, задумался Игорь.
– Будешь их искать?
– Найду и бошки поотрываю. Раз уж пока не могу разобраться с Болотиным, потрясу его поставщиков. Ладно. Не суть важно. Есть и более важные вопросы. Готовься к переезду.
– Ого. Не объяснишь?
– Обязательно. Вот пообедаем, прогуляемся в парк, и там, в романтической, так сказать, обстановке, все тебе разложу по полочкам.