Следы остаются (Роман)

Когда пришли в квартальный скверик, Пешо сразу заметил, что Кости и Юлии в секретном месте нет. В этом не было ничего удивительного — наверное То-романов вышел из дому и они пошли по его следам. Вся группа новопринятых расположилась под деревьями и нетерпеливо стала ждать. Пешо начал рассказ — сначала немного неловко, но потом сам заразился интересом, с которым его слушали, начал незаметно вкладывать в случившееся больше таинственности, чем было на самом деле.
Как раз в разгар рассказа пришел Костя. Его сухощавое, загоревшее на солнце лицо, выглядело на этот раз необычайно смущенным. Он неспокойно осмотрел всю группу.
— Можешь говорить перед всеми, — сказал Пешо, ошибочно истолковав его смущение. — Уже все приняты.
Костя пристально посмотрел, на своего товарища, потом глухо сказал:
— Случилось что-то плохое… Юлия исчезла…
Все вздрогнули.
— Как так исчезла? — поморщился Пешо. — Чего ты несешь!
— Исчезла! — вздохнул беспомощно Костя. — Юлия шла в двух-трех шагах от Тороманова, а я в двадцати-тридцати шагах от нее… Внезапно и Тороманов, и Юлия исчезли, словно сквозь землю провалились…
— Глупости говоришь! — сказал сердито Пешо. — Значит, не они исчезли, а просто-напросто ты их потерял.
Костя медленно покачал головой.
— Нет, я не потерял их, они исчезли, — сказал он с горечью. — Все это произошло на площади Славейкова. Мы шли по улице Графа Игнатьева, но не по самой улице, а через площадь. Когда мы подошли к улице Раковского, только на несколько секунд какая-то толстая женщина выросла передо мной. Пока я обошел ее, прошло не больше, ну не больше трех секунд. Сколько шагов можно сделать за несколько секунд? Скажем, пять. Если придете на площадь, увидите, что ближайший дом или подъезд находятся в двадцати-тридцати шагах. Они ни в коем случае не могли войти никуда… Хорошо, но когда я посмотрел снова — от них не было и следа, как будто провалились в какую-нибудь дыру!
— Этого не может быть! — сказал Пешо гневно. — Это бабушкины сказки!
— Может быть, они затерялись в толпе? — подсказал ему Веселин.
— Нет, — покачал головой Костя, явно отчаянный. — И этого не может быть! Верно, что на площади обычно много людей, но как раз в этот миг там не было никого, даю вам честное слово! Им некуда было войти, негде было затеряться, а несмотря на это, когда я посмотрел в их сторону — они оба исчезли!
Наступило тревожное молчание, мальчики смущенно переглянулись.
— Ты сам понимаешь, что это невозможно! — сказал Пешо, на этот раз более спокойно. — Они не могут испариться, не могут улететь, войти им некуда, и людей не было, чтобы они могли затеряться! Тогда, что же?
— Значит, вознеслись! — отозвался Чарли. — Точно как в евангелии…
Но на этот раз шутка не пришлась к месту, было не до шуток.
Мальчики так сердито посмотрели на него, что он сразу закрыл рот.
— А перед тем, как это случилось, Тороманов заходил куда-нибудь? — спросил Веселин.
— Да… — сказал тихо Костя. — Заходил в букинистический магазин…
Но это не могло ничего объяснить. Над всей компанией опять легло глухое непривычное молчание.
  
ТАИНСТВЕННЫЙ ЗУБНОЙ ВРАЧ
 
Тороманов вышел из дома ровно в половине одиннадцатого. Он был одет в свой обычный белый костюм, в руках держал обычную хозяйственную сумку, с которой всегда выходил в город. Однако, кажется, на этот раз в сумке что-то было — она была довольно раздута. Как и было уговорено предварительно, Юлия сразу же пошла за ним. Сначала она шла по противоположному тротуару; но когда они вышли на улицу Графа Игнатьева, где было много людей, Юлия пошла почти по его пятам. Несколько раз Тороманов оборачивался назад как будто случайно, но взгляд его был зорким и бдительным. Он мгновенно охватывал взглядом всю улицу — всех людей и все лица, но его взгляд, конечно, не останавливался на маленькой красивой девочке, которая шла по краю тротуара, беззаботно размахивая тоненькими ручками. Дети были вне его внимания, ему даже и присниться не могло, что он может иметь дело с детьми.
К большому удивлению Юлии, человек в белом костюме опять вошел в букинистический магазин, и она нерешительно остановилась у дверей. Костя быстро приблизился и тихо шепнул ей:
— Ты войди! Может быть, он меня запомнил!
Не долго думая, Юлия шмыгнула в магазин. На этот раз там было много людей, одни перелистывали книги, другие рассматривали книжные полки. Тороманов с сумкой в руках стоял около главного продавца и терпеливо ждал. Юлия взяла детскую книгу, и хотя иллюстрации были очень интересны, она ни на мгновение не выпускала из поля зрения человека в белом костюме.
Наконец продавец окончил разговор с клиентом и приятельски улыбнулся Тороманову.
— Есть кое-что для вас, — сказал он и сунул руку под прилавок.
— Что-нибудь интересное?
— Не очень… Сомерсета Моэма.
— Да, хорошо, — сказал небрежно Тороманов.
Продавец подал ему книгу, Тороманов взял ее и пошел к кассе. Чтобы заплатить, он поставил сумку на пол, и Юлия, не упуская случая, незаметно прошла за его спиной и еще более незаметно заглянула в сумку.
В ней были книги! Наверное, это были те романы, которые он купил вчера!
Заплатив, Тороманов сразу же вышел, даже не простившись со своим знакомым продавцом. Юлия оставила детскую книжку и незаметно вышла. Человек в белом костюме пошел в обратном направлении, к своему дому, и Юлия сразу же прилепилась к нему. «Действительно, чудной человек, — думала она. — Покупает книги и вместо того, чтобы держать их дома, носит по магазинам, а потом опять возвращает их обратно. Какой смысл в этом?» Идя за ним, она заметила, что Тороманов два-три раза оборачивался и быстро осматривал всю улицу.
Так они вышли на площадь Славейкова, на ту площадь, где, по мнению Кости, произошло чудо. В сущности, во всем происшедшем не было ничего чудного или необыкновенного — вся путаница произошла благодаря слабой наблюдательности мальчика. К остановке подошел трамвай и его-то не заметил Костя, потому что все время следил за пестрым платьицем девочки, боясь не потерять ее в толпе. В последний момент, когда трамвай должен был уже тронуться, Тороманов изменил свой маршрут и внезапно вскочил во второй вагон.
В первое мгновение Юлия растерялась — что сейчас делать? Трамвай прозвонил и тронулся. Юлия побежала и вскочила на подножку. Какой-то взрослый человек легко, как пушинку, подхватил ее за локоть, потом, к ее удивлению, довольно сильно подергал ее за ухо.
— Как тебе не стыдно, девочка! — сказал он сердито. — Когда-нибудь трамвай ноги тебе отрежет!
Именно эту сцену пропустил Костя в те несколько мгновений, когда Юлия исчезла из виду. Он искал ее пестрое платьице, а пропустил большой зеленый трамвай, который увозил Тороманова и Юлию.
Придя в себя от смущения, Юлия внимательно осмотрелась.
Тороманов прошел вперед и продолжал пробивать себе дорогу. Только она подумала последовать за ним, как внезапно увидела кондуктора. Ну, а сейчас?.. Что ей делать, если у нее в кармане даже пяти копеек нет? Чем она заплатит за билет? Юлия испуганно застыла на месте, потом отступила назад и скрылась между людьми. Сердце ее сильно колотилось — ой, какой позор, если ее поймают в трамвае без билета!
К несчастью, на этот раз кондуктор быстро раздал билеты и появился на задней платформе. Юлии показалось, что он сразу же устремил на нее свой строгий взгляд.
— У кого нет билета, прошу!
— У меня, дядя, нет билета, — сказала испуганно Юлия.
Кондуктор хотел оторвать билет, но она сразу же остановила его.
— Ой подождите, подождите, дядя, я потеряла деньги! — сказала она смущенно, и лицо ее покрылось румянцем. — Видите, какой у меня неглубокий карманчик!
— Ну, тогда слезешь на остановке! — сказал равнодушно кондуктор и оторвал билет какому-то другому гражданину.
Как хотелось Юлии, чтобы в этот момент кто-нибудь обернулся и заплатил ей за билет! Увы, никто этого не сделал! Занятые своими мыслями и заботами, люди даже не посмотрели на нее. Юлия горько вздохнула и пошла к передней площадке. Ничего не поделаешь, человек в белом костюме спасется от своего преследователя.