Левиафан (СИ)

Тот, демонстрируя на лице крайнюю заинтересованность, развернулся и плечом к плечу с Легионом повёл Нас в лагерь. Я же, заняв место слева от никуда не торопящегося пришельца, решил воспользоваться ситуацией и задать ему пару вопросов:
–
Ты уже сражался с Отцами?
–
Да-а. – воин, осторожно шагая рядом со мной, вытянул левую руку вперёд. – Эти знаки. – он указал посохом на внутреннюю часть своего локтя, и я, к своему удивлению, обнаружил, что эта часть его руки по строению очень похожа на человеческую. – Один знак означает убитого моим кланом Отца. – забыв о сходствах, я всмотрелся в чёрную кожу чужака и узрел на ней два мелких, но очень чётко вырезанных символа, в виде треугольников с округлыми углами. – А этот. – пришелец сдвинул своё оружие, направив его острый конец на небольшой круг, перечёркнутый трёмя вертикальными линиями. – Означает, что я убил Отца своими руками.
Мы вошли в туннель, так что как следует рассмотреть символы я не успел, однако слова чужака меня сильно впечатлили:
–
Выходит, Отцы вполне смертны!?
–
Они очень непохожи. Все разные. Не так, как клан. – этот пришелец говорил гораздо лучше, чем его собратья, что делало общение на порядок проще.
–
То есть это не раса? – я пока ещё не знал, что означает для моего собеседника слово «клан», но мне казалось, что в данном случае я понял его правильно.
–
Не раса, не-ет.
Бледный, видимо, всё это время слушавший Наш разговор, на ходу повернул голову и покачал ею, показывая, что он уже даже не удивляется тому, что слышит.
Чужак тем временем продолжил:
–
Они не народ. Все из разных миров. Это союз.
–
Они же, вроде, все едят эсха!? – вставил комментарий Бледный.
–
Да, эсха! – пришелец недовольно зарычал. – Никто не знает, что они делают с собой. Но, когда новый становится Отцом, он начинает любить эсха. И он может вести их воинов.
Бледный снова повернулся к Нам, как бы спрашивая, связано первое со вторым или нет. Наш чужеродный собеседник это движение понял:
–
Да, эсха даёт контроль. Отец может не есть эсха, но воины не пойдут за ним. И воины должны поглощать эсха. Это связь. Без неё воины станут дикими, убьют друг друга и Отцов. Отцы знали и сделали воинов, что они не могут жить без эсха. Нет эсха – нет связи – без связи воин умирает, а Отец остаётся один.
Пришелец замолчал, и все задумались. Нужно было как-то использовать эту слабость Отцов, но каким образом? Мы не могли за семь часов уничтожить всю соль на планете. Мы, вообще, не могли этого сделать, в том числе потому, как сами в ней нуждались.
–
Высший, Мы можем модифицировать вирус… – стоило Легиону только начать фразу, как я и сам додумался до того, что он собирался озвучить. – Так, что он нейтрализует соль в крови пауков!?
–
Да.
–
Сколько это займёт? – я почувствовал душевный подъём, даже несмотря на то, что идея ещё не была реализована.
–
Около двух с половиной часов.
Времени было и без того мало, однако эта задержка могла Нам сильно помочь.
Усовершенствование вируса того стоит.
–
Ладно, рискнём! – объявил я.
–
Мы начнём работы прямо сейчас. – заканчивая своё сообщение, Легион открыл дверь Нашего, так сказать, штаба и первым вошёл внутрь. Последовав за ним в тёплое, по сравнению с улицей, помещение, Мы молча разошлись в разные углы стола с голографической картой. Как только места были заняты, все устремили глаза на чёрного гостя с посохом, который, немного покрутив головой, как бы осматривая карту со всех сторон, протянул когтистую руку вперёд и сдвинул схему так, что прибор изобразил перед Нами Аральское море.
Пока пришелец умело масштабировал карту, Бледный, сжав губы и приподняв брови выразительно посмотрел на меня, показывая, что он впечатлён тем, как легко гость из других миров обращается с человеческой электроникой.
–
Это здесь! – чёрный воин указал белым когтем на трёхмерную модель, демонстрирующую огромный каньон.
–
Пелалар? – советник облокотился руками на стол. – Это ведь Пелалар, да!? Искусственный каньон!? – он начал бегать взглядом по присутствующим в зале.
Я никогда не слышал об этом Пелалар, поэтому лишь неопределённо пожал плечами.
–
А, ну да. – Бледный задумчиво поднял глаза вверх. – Его начали строить уже после Вашего исчезновения. Ну дак и что с этим каньоном? – он повернулся обратно к чёрному гостю.
Пришелец медленно, словно оценивая тактические свойства местности, погладил свой кожный мешок, и спокойно проговорил:
–
Грядущий будет там!
Мы с Бледным непонимающе переглянулись, и, мне показалось, что даже бесчувственный Легион озадаченно, хоть и едва заметно, повёл головой. Повернувшись обратно к карте, советник уже с гораздо большим интересом окинул взглядом модель и, наклонившись к ней, с расстановкой спросил:
–
А почему Ты думаешь, что он будет там?
Пришелец поднял свои ярко-зелёные глаза и выпрямил спину:
–
Потому, что Левиафан будет там.
  
Древняя кровь
 
Разумеется, все понимали, что в настоящее время Мы не так уж важны для Грядущего, его первой целью будет Левиафан, но никто из Нас не подозревал, что последний предложит Нам план совместной атаки. Это было интересно.
–
Выходит, Ваш военачальник заманит Отца и его прихвостней в узкое место, и Мы общими усилиями всех их порешим, так получается!? – Бледный пошёл вокруг стола, продолжая внимательно рассматривать светящуюся модель каньона. – Да, но нужна хитрость. – пришелец многозначительно покосился на меня. – Нужна засада. Грядущ почувствует людей и не пойдёт туда.
–
Значит, Нам в каньон идти нельзя!? – я, стараясь не шуметь, чтобы не сбить общий неторопливый и вдумчивый поток мыслей, опустился на небольшой стул. – И что ж Нам, в таком случае, делать?
Чужак прищурил ярко-зелёные глаза и медленно осмотрел помещение, на несколько секунд останавливая взгляд на каждом из присутствующих. Наблюдая за ним, я никак не мог понять, размышляет он над ответом, или это жест недоверия.
–
Высший должен быть в бою. Мы пойдём с ним, и Вы. – пришелец перевёл свои блестящие глаза на Легиона и слегка наклонил голову. – Вас он не почувствует, а мой клан уже встречал этого Отца и знает, как спрятать от него. А Вы… – он посмотрел на меня и тоже почтительно кивнул. – Пойдёте в сон, чтобы он не увидел Вас.
На некоторое время в зале воцарилась тишина задумчивости. То, что предлагал чёрный чужак, звучало как-то странно, кроме того, я не мог понять, что именно я должен буду делать, когда окажусь на месте. Мы ведь не знаем даже, как выглядит Наш враг, не говоря уже о его способностях и слабых местах. Если, к примеру, он похож на Левиафана, то каким образом я, даже в компании пришельцев и роботов, остановлю его?
–
Нет-нет-нет, подождите! – Бледный с силой потёр лицо, как бы приводя себя в чувства. – Что это за план такой? Давайте просто забросаем их бомбами!
–
Вы видели малую часть армии врага. Когда сюда прибудут все, Вам не хватит оружия. И Отец силён. Нужна хитрость. – чёрный чужак повис на своём посохе.
–
А если Мы пожжём их красными куполами? – советник облокотился на стол и упёр взгляд в Легиона.
Киборг немного помолчал, пребывая в нерешительности, но поняв, что вопрос обращён к нему, тихо ответил:
–
Мы не знаем, что это.
–
Ну как, красные купола, которые появились перед тем, как Вы напали на людей. С этого началась Наша война. – пояснил советник.
–
Это технологии Левиафана. – Легион повернулся к пришельцу, и следом за ним Мы с Бледным.
–
Не сработает. – чужак снова потёр свой кожный мешок. – Отцы не глупы. Они знают в оружии. И их армии бесчисленные. Наш шанс – это засада, выскочить рядом с ним, найти слабое место и бить туда, пока Левиафан отвлекает его. Ваши пули для него незаметные, как пылинки, но если они принесут большую болезнь, Отец погибнет.