Левиафан (СИ)
Время от времени эти движения сопровождались хрустом костей и повизгиванием небольшой циркулярной пилы… Мы попали в центр киборгизации. Это несколько не клеилось с понятием «нанотехнологии», но что-то мне подсказывало, что Мы, всё же, на верном пути.
Не успел я закончить мысль, как на глаза мне попался стол, похожий на операционный, с нависшим над ним длинным шприцем, заполненным серой металлически блестящей массой. Я несколько притормозил, желая посмотреть на него поближе – это уже было больше похоже на нанотехнологии – но обнаружил точно такой же стол по соседству, и ещё один, и ещё. Над некоторыми из них шприцы были пустыми и нависали у одного из краёв стола, прямо над отверстием в форме не совсем ровного овала. Пациент должен был лечь на стол, опустить лицо в этот проём и… Отведя взгляд от длинной окровавленной иглы, я наклонился и нашёл глазами пластиковые поручни для рук. Над ними располагались закрывающиеся металлические кольца, в которые продевались кисти пациента, пристёгиваемого к столу, а за сами горизонтальные рукоятки он мог схватиться, чтобы было проще перенести боль.
Выпустив карабин, я медленно взялся правой рукой за поручень и почувствовал, что скулы свело от того, как идеально я попал ногтями в выдавленные последним пациентом на нижней стороне ручки углубления… Последним пациентом был я.
Кот
-
Высший, сюда!
Громко шипящий голос напарника выдернул меня из комы. Медленно, словно во сне, я повернулся в сторону указанной управляющим двери и поплыл вперёд. В этом комплексе мне проводили внушение. За дверью стоял тёмный красноватый свет, в тусклых лучах которого я не сразу рассмотрел бородатого бойца. Осторожно шагнув внутрь, я почувствовал странный, совсем ни к месту запах, отдалённо напоминающий мокрое сено. Я так и не узнал, что должен был сделать под внушением. Ещё не до конца придя в себя, я начал внимательно осматривать тесное тёмное помещение, забитое едва виднеющимися во мраке проводами и микросхемами, как вдруг увидел на одной из плат на стене нечто округлое, светящее из-под нижней своей части мягким синим светом. Как я, вообще, оказался в плену у машин?
–
Наверно, это оно. – мой напарник подошёл поближе к загадочному объекту и, опустив окуляр, наклонился вперёд, рассматривая его. – Есть идеи, что Нам с ним сделать?
Я шагнул к собеседнику и тоже склонился над подозрительной штуковиной. Она была крупной, сантиметров пятнадцать в длину, гладкой, со странным горбом посредине, делавшим её похожей на какое-то панцирное существо, вроде черепахи. Стояла она прямо на квадратной схеме, с разных сторон замкнутой толстыми кабелями, поэтому вариант выстрелить в неё я отбросил сразу.
–
Нужно найти какой-нибудь инструмент, подцепить снизу и оторвать её от узла. – я услышал, что говорю абсолютно отрешённо: после всего того, что я узнал об этом месте, мысли никак не удавалось вернуть к реальности.
–
Да, я думаю, она не опасна. – мой спутник потянул было к ней руку, но я громко оборвал его:
–
Не трогай! Нужен инструмент. Кто знает, что это такое!
Немного постояв в раздумьях, я перевернул в руках карабин и, шагнув вперёд, несильно, чтобы не повредить схему, стукнул по выпуклой штуковине прикладом. Столкновение показалось мне мягким, я даже в темноте увидел, что на странном приборе осталась глубокая вмятина, однако звук был настолько звонким и металлическим, что я засомневался в правдивости того, что вижу – слишком уж громкая отдача от материала, близкого по свойствам к разогретому пластелину.
–
Она возвращает себе форму!
Я не сразу понял, что имеет в виду мой компаньон, но, присмотревшись, обнаружил, что оставленная мною вмятина становится меньше, а через несколько секунд от неё и вовсе следа не осталось!
–
Сдаётся мне, так просто Нам её не сломать. – задумчиво приговаривая, бородатый боец блеснул в темноте длинным узким ножом. – Будьте добры! – он протянул мне своё оружие.
Молча приняв орудие убийства, я обернулся назад, чтобы убедиться в том, что Нам ничего не угрожает. Роботы в соседнем зале всё так же скрупулёзно работали над, как мне казалось, уже давно мёртвым телом, и, наверняка, даже не знали о том, что Мы здесь.
–
Странно…
Я повернулся на голос напарника. Он, снова надев свой окуляр, прижался лицом к стене, заглядывая под зацепленную ножом светящуюся «черепаху».
–
В ней нет электричества, и она не контактирует с платой физически. Здесь несколько каких-то… присосок, сложный двигающийся механизм внутри, но поля помех, электромагнитного излучения или чего-то такого нет даже и близко. Оно даже не греется.
–
Снять сможешь? – я перемялся с ноги на ногу, чувствуя, что Мы теряем драгоценное время.
–
Минутку. Здесь требуется… аккуратность. – агент медленно налёг на нож. – А то ведь можно и узел вырвать, если переусердствовать.
Загадочный прибор звонко щёлкнул под давлением и повернулся на месте, болтаясь на последней присоске.
–
Та-ак! – боец снова зацепил лезвием горбатый аппарат и потянул рукоять на себя.
Громко чмокнув, непонятный прибор оторвался от стены и, звонко упав на пол, тут же погас.
–
Твою-то мать! – мой спутник наклонился в упор к освобождённой плате. – Оторвал!.. А, нет. Всё в порядке. – он покрутил головой, осматривая узел со всех сторон. – Это был кусок рассеивающего тепло корпуса – ничего страшного.
–
Так, ну и куда Нам теперь? – я, не глядя, протянул оружие напарнику и, быстро выйдя из тесного, видимо, чисто технического помещения обратно в зал киборгизации и внушения, осмотрел стены и потолки. Ничего похожего на мониторы или динамики видно не было, и я всерьёз задумался о том, как Нам связаться с управляющим комплексом. Без его помощи Мы вряд ли доберёмся до цели, а это нужно сделать незамедлительно…
В этот момент я заметил интенсивное движение посреди зала. Направив туда взгляд, я к своему удовольствию, обнаружил, что Нам машет рукой один из работаюших здесь роботов – похоже, управляющий нашёл способ связаться с Нами через одну из местных платформ. Быстро обойдя столы для внушения, я, сбавив шаг при виде окровавленного тела, лежащего перед привлекавшим Наше внимание роботом, подошёл к последнему. Его искусственные коллеги уже успели куда-то деться, так что Нас в помещении осталось всего трое.
Став перед механическим хирургом, я быстро осмотрел его от колёс до головы и однозначно определил, что он не может ни слышать, ни говорить. Не зная, каким образом Нам получить от него необходимую информацию, я начал поворачиваться в поисках ручки и листка бумаги, что в комплексе, принадлежащем машинам, было заведомо бессмысленно.
Но тут стоящий передо мной робот резко поднял правую руку в воздух, показывая мне зажатый в ней скальпель. Пока ещё не понимая, что это значит, я заглянул в объектив камеры механического хирурга и недоумевающе поднял плечи. Робот на это повернулся к лежащему рядом телу и, указав левой рукой на правую, держащую скальпель, поднёс лезвие к бледной коже явно мёртвого пациента. С полушипением-полугудением быстро водя блестящей железкой, он начал делать мелкие неглубокие надрезы чуть ниже рёбер подопытного. Я не сразу понял, что происходит, но, когда сквозь тонкие полосы стала просачиваться не человечески тёмного цвета кровь, мелкие линии, оставленные скальпелем, сразу приобрели чёткую форму букв.
–
О-о, да он маньяк! – мой бородатый напарник брезгливо отвернулся и нервно отошёл в сторону.
Я бы с удовольствием последовал за ним, но опасность потерять столь необходимое Нам нанооружие не оставляла просторов для мягкости. Кровь быстро заливала надрезы, превращая ровные буквы в бесформенные тёмно-красные пятна, так что мне даже глаз отрывать было нельзя.
Лифт… в… углу… первая… дверь… слева… торопитесь!
–
Идём! – я быстрыми, даже торопливыми, шагами направился в ближайший угол, но ещё издалека увидел, что он занят каким-то крупным металлическим аппаратом. – Так, в другой!