Женушки из Бата

– 
Но няня? — спросила Элис без особого сочувствия. — Разве она не может помочь? Разве вы не можете пригласить ее назад недели на две, чтобы она вам все показала? Повторно?
— 
Э-э-э… она теперь работает в другом месте. Она уехала… э-э-э… довольно поспешно.
 
Она требовалась королевской семье или что-то в этом роде.
 
 
Несмотря на свое неодобрение, Элис рассмеялась.
 
– 
Королевской семье? — в неверии повторила она.
– 
Если честно, я думаю, что она была рада с нами расстаться.
 
Затем Хьюго рассказал Элис историю появления няни Харрис и бесконечные упоминания лорда Файрбурна. Когда она снова рассмеялась, Хьюго внезапно почувствовал, что сделает что угодно, только бы опять заставить ее улыбнуться.
 
– 
Судя по твоему рассказу, эта няня наводит ужас на окружающих, — фыркнула Элис, задумываясь, что за странное чувство она испытывает. Через секунду или две она поняла, что это непривычное ощущение удовольствия. Она получает удовольствие и наслаждается жизнью.
– 
Да, она была ужасна, — согласился Хьюго. — Но ты права. Я очень сглупил, ничему у нее не научившись.
 
Он вздохнул, вспоминая, как ожидал, что няня Харрис, а потом Аманда будут заниматься Тео, а он не станет принимать в этом участие или принимать очень малое. Теперь это казалось невероятным.
 
 
Но была ли в этом только его вина? Он снова вспомнил эмоциональные речи Аманды о том, что в мире нет большей радости, чем заниматься ребенком. Это продолжалось до тех пор, пока ей на самом деле не пришлось столкнуться с этим.
 
 
Хьюго нахмурился, понимая, что это невозможно объяснить. Получится, будто он оправдывается. Но поскольку Элис смотрела на него — и во взгляде одновременно читались упрек и желание забавляться дальше — ему требовалось что-то сказать в свое оправдание.
 
– 
Аманда заявляла, что хочет сидеть дома и заниматься ребенком, — начал он. — Она говорила, что это будет истинное удовольствие. Это самая важная в мире работа, и ничто из того, чем она занималась раньше, даже близко к этому не подходит… — он замолчал.
 
Элис приподняла брови.
 
– 
Продолжай, — попросила она.
 
И Хьюго продолжил. Когда пришлось столкнуться с реальностью, Аманда поняла, что дети просыпаются в любое время ночи, беспричинно кричат, а также кричат и обоснованно, что волнует еще больше. Их тошнит, они писают и какают, кусаются, царапаются, пукают. Это совсем не спокойные и очаровательные херувимчики. Они скорее напоминают диких зверюшек. И тогда она резко и полностью утратила интерес.
 
– 
Поэтому она согласилась на первую предложенную ей работу и теперь, если честно, ее часто не бывает дома, — закончил объяснения Хьюго.
 
Элис молчала. Она не представляла, почему удивляется, но это было так. Казалось невероятным, что Аманда Хардвик может оказаться такой же ненадежной и эгоистичной матерью, как и журналисткой. Неужели она на самом деле смогла бросить сына и его отца и даже не оглянуться назад?
 
 
Теперь до Элис дошло, что и она сама, и Хьюго, и это не упоминая Тео, стали жертвами поразительной эгоцентричности Аманды.
 
 
—Так что ты видишь, в каком я оказался положении, — подвел итог Хьюго. Он пытался, чтобы слова звучали не как жалобы на собственную судьбу. — Моей жены постоянно нет, и я внезапно оказался с ребенком, и если честно… — он сделал паузу и провел запачканной кофе рукой по путаным темным волосам, — если честно, я не представляю, что с ним делать. Он спит весь день и орет всю ночь и… — Хьюго потер глаза. — Все от купания до укладывания спать
 
кажется одним сплошным кошмаром. Я не хочу, чтобы ты подумала, будто я не люблю своего сына. Я его люблю или, по крайней мере, я предполагаю, что люблю…
 
 
— Ты только предполагаешь? — эхом повторила шокированная Элис. Ее рука непроизвольно потянулась погладить головку Розы.
 
 
Хьюго беспомощно пожал плечами.
 
– 
Я знаю, что это звучит ужасно, но Тео на самом деле не очень нравится быть только со мной и… — Он в отчаянии моргнул, не сводя взгляда с Элис. — Я думаю, что если бы я знал, что с ним делать, то у нас сложились бы гораздо лучшие отношения. Вот, например, этот ужас с яслями… — Хьюго объяснил, как Тео тяжело с ним расставаться.
 
 
Элис кивнула с пониманием.
 
– 
Но что они говорят, когда ты звонишь?
– 
Звоню? — округлились глаза у Хьюго. — Что ты имеешь в виду?
– 
Ну, в течение дня. Чтобы узнать, как он там.
 
Он не мог поверить ее деловитости. Позвонить Ротвейлеру? Элис понимает, что говорит?
 
– 
Я никогда не звонил, — содрогнулся он. — Не уверен, что осмелюсь это сделать.
– 
Но почему нет? Ты же родитель. Ты клиент, который платит деньги. У тебя есть право задавать вопросы.
– 
Наверное. — Эта революционная мысль никогда не приходила в голову Хьюго.
– 
Я думаю, что с Тео все в порядке, и он ведет себя по-другому с той минуты, как ты выходишь из детской. Он просто пытается тобой манипулировать. Так поступают все дети.
— 
Правда?
— 
Как он себя ведет, когда ты его забираешь? Плачет?
 
Хьюго покачал головой.
 
– 
Ну вот тебе и ответ, — по-деловому заявила Элис. — Я готова поставить деньги на то, что с ним все прекрасно, когда тебя там нет.
– 
Ты в самом деле так думаешь? — Хьюго почувствовал огромное облегчение. Элис увидела, что его глаза горят от переполняющих его эмоций. Ей стало его жалко.
– 
Почему бы тебе не спросить в яслях, когда ты пойдешь его забирать? — предложила она.
 
Теперь ее тоже начинали переполнять эмоции, и ее это радовало. Она поняла, что очень давно не чувствовала себя нужной, а теперь ее совет и мнение кому-то важны.
 
– 
Дерьмо! — внезапно воскликнула она.
 
Хьюго кивнул, смирившись со своей никчемностью.
 
– 
Я едва ли могу винить тебя за это слово. Я его заслужил.
– 
Я не тебя имела в виду. Ты на время посмотри! — Элис помахала у него перед носом наручными часами. — Мне пора. На автобусе очень долго добираться.
– 
На автобусе? — пораженно переспросил Хьюго. — О, конечно. Ты же ездишь только на общественном транспорте. — Он старался говорить без иронии. — Я помню с занятий по подготовке к родам. Но сейчас разумнее было бы иметь машину, не правда ли? У тебя ребенок, а живешь ты далеко от всего.
– 
Автомобили плохо влияют на экосистему, — пробормотала Элис.
– 
Да, но я видел автобус, который ходит в Бат через Комбе, — ответил Хьюго. — Выхлопные газы, которые он выпускает, долго висят над дорогой и тоже не полезны для экосистемы. А для твоего позвоночника определенно плохо носить все эти покупки и еще и ребенка в придачу.
 
Элис хотелось бы, чтобы он прекратил приводить эти аргументы. Ее мать придерживалась такой же точки зрения, и их логику было трудно оспаривать. Однако выражение лица Хьюго изменилось. Он в ужасе смотрел на нее.
 
– 
Подгузники, — заикаясь, произнес он. — Ты сказала, что покажешь мне, как их надевать.
– 
Подгузники. Да, — Элис прикусила губу. — Э-э-э… наверное, я смогу показать на Розе. Проблема только в том, что нет времени. Если я хочу успеть на автобус.
– 
Послушай, я тебя подвезу. Я в любом случае возвращаюсь в Бат. Я тебя подброшу до автобусного вокзала. Или до дома, если ты хочешь. В любое место, — умолял он, глаза выражали отчаяние.
– 
До автобусного вокзала будет отлично, — сказала Элис и успокаивающе улыбнулась Хьюго. — Тогда пошли.
 
Но выражение лица Хьюго опять изменилось. Оно снова выражало уныние.
 
– 
В чем дело? — спросила Элис.
– 
Я только что вспомнил, — угрюмо сказал Хьюго. — Последнюю встречу с Джейком, — он прилагал усилия, чтобы говорить нейтральным тоном. — Он говорил, что вы пользуетесь только махровыми подгузниками. С ними я точно не справлюсь. Даже одноразовые для меня — большая проблема.