Поворот в преимсподнюю
Но все равно голому телу казалось, что ты прикасаешься к слизи, особенно лицу по маской хитинового покрова. Артем философски заметил:
- Всегда ради свободы приходится влезать в чужую шкуру!!
Садам Хусейн добавил:
- И ради власти тоже!
Отвыкшие от обуви ноги Артема натирали эти большие ботфорты, хотя они предусмотрительно и подложили в них лопухи. Артем вдруг почему-то вспомнил книгу "Остров Сокровищ", вернее даже фильм. Вот подобно Маркосу, вели пираты на привязи Джима Хокинса. Причем хотя в фильме это не показано, наверняка мальчик топал босиком, так пираты прихватили его сапоги. И вообще пленных мальчишек как правило разувают.
В тропическую жару это несомненно удобнее, чем в колодках, но голая подошва чувствует все камешки, колючки джунглей. Это приятно и одновременно опасно. Впрочем гляди под ноги и наслаждайся свободой. В Москве как это естественно по природе не походишь.
А Джим ощущая как натягивается веревка и боль в шее, прибавлял шаг и камушки вонзались в подошву сильнее, может они были нагреты на солнце, и английский мальчишка из небедной семьи испытывал дискомфорт, не имея привычка. Как и у него Артема, когда ступни сбивались об дорогу. К счастью не слишком каменистую. Но очень быстро он тут привык.
А Джимми мучился, даже стал прихрамывать. Колко и больно, а впереди может даже и смерть: пиратам и Сильверу он больше не нужен. И кроме смерти возможны и пытки. Надо корсарам найти угнанный корабль. И тогда юнгу вздернут на дыбу вывернув руки, а затем как это обещано в фильме - поджарят пламенем костра пятки. И мальчишка не выдержав закричит от дикой боли. После чего Сильвер задаст ему последний вопрос: где корабль. И Джимми как истинный герой скажет - нет! И после очередного удара потеряет сознание.
Артем тут поправил себя:
- Не Джимми, а Джим. Это просто в черно-белой экранизации, вместо мальчика юнгой завербовалась девчонка!
Садам которому, тоже было неудобно, может даже в большей степени, чем Артему, как он уже не один год вкалывал босоногим, полуголым мальчишкой на каторге, и почти отвык от нормальной одежды. Так вот Хусейн спросил напарника:
- Ты что-то сказал об девчонках?
Артем после этого вопроса немного смутился:
- Да так, ну об одной девушке!
Садам понимающе кивнул:
- Я тоже часто вижу девчат во сне. Мое новое тело уже достаточно взрослое, чтобы мечтать об женском поле... Но нет возможности, жуткое одиночество. И лишь во сне появляются прекрасные девушки, и происходит разрядка...
Артем невольно покраснел. Видимо вспомнил собственные сновидения и не только. Хотя вот тут на каторге, как-то не слишком и хотелось. Видимо организм еще не сумел полностью адаптироваться к серьезной физической нагрузке. А может и питание сказывалось - что им могут добавлять в пищу.
Скованный Маркос заметил:
- А мне и не очень хочется, хотя... Очень редко накатывает. Но само тело, оно определят во многом сознание. Вот вроде бы ты вполне взрослый мужик, лет в пятьдесят покинувший мир живых людей. А тут довлеет физиология, и невольно начинаешь рассуждать по-детски, ловишь на мысли, что хоть память прежняя, но ты уже не такой как раньше.
Садам Хусейн заметил:
- Я тут немного подрос, поэтому ощущал не только изменения создания от возращение в детство, пусть даже и телесно, но и почувствовал перемены, когда маленький мальчик стал подростком. - Бывший диктатор и харизматический вождь с некоторым удовольствием добавил. - А мне когда я стал терять мужскую силу, очень хотел снова стать подростком. Ощутить тот жар во всех жилах и сексуальную ненасытность. Вот так бывает - был юн и хотел любви до бесконечности, а возможностей очень мало, особенно если учесть строгие нравы Ислама. А когда получил все и особенно без счета женщин - уже прежняя ненасытность и жажда удовольствий испарилась.
Маркос подпрыгивая на тонких, жилистых ножках, предположил:
- И ты наверное очень жалел, что не родился принцем!
Садам на это ответил искренне:
- И да и нет! С одной стороны потомки скажут - Он всего достиг сам, С другой, конечно в этом случае бездну удовольствия открывает сераль.
Мальчишка-диктатор двусмысленно усмехнулся. Артем же ощутил себя третьим лишним. Это даже слишком взрослые люди и между ними целая пропасть в восприятии мира и мироздания. Особенно Хусейн некогда управляющий целой страной, едва не ставший предводителем мусульманского мира. А он кто? Простой школьник, да еще далеко не отличник. А тут личности исторические.
Волна гордости вдруг накатила на Артемку - но ведь вместе с ними? Значит, причастен к великим в прошлом людям. Вот вернется назад в школе не поверят. Нужно, что-то с иного мира на Земли привести.
Например, оружие. У них есть какие-то автоматы, очень похожие на игрушечные, сделанные из пластика. Но судя по всему прочные, и стреляющие лучами.
Садам видя что Артем стал поглаживать захваченное у трутней оружие, предупредил:
- У них несколько режимов стрельбы, от минимального, до максимального. А так ты его не запустишь, пока оружие на предохранителе.
Артем с мальчишечьим любопытством спросил:
- А снять с предохранителя можно?
Садам с некоторой горечью заметил:
- Можно... Если ты пчела, то просто сунь туда свой пальчик. А вот людям нет!
Артем тут вспомнил фильм:
- Так можно палец у трутней отрезать!