Единственная для бандита

девчонка в любом случае находится под подозрением. Она должна предстать перед судом Росси. Девчонка должна умереть, если окажется, что она причастна.
Убийственный холод ледяной лавиной пронесся вдоль позвоночника. Я перестал дышал. Жизнь пронеслась перед глазами.
— Прошу, Альберто, наши семьи дружат давно. Мы ведь можем решить ситуацию иначе? Вспомните, сколько раз Моретти выручали Росси из беды? Мы не можем отдать вам Лину! — берет слово дед. — Она… суррогатная мать. Она носит наследника семьи Моретти. Леон её осеменил. Она — слишком большая ценность для нас.
— Так значит она беременна? — Альберто хмурит густые брови, морщины на дряблом лбу чуть сглаживаются.
— Верно. Прошу, давайте решим проблему иначе! — дед почти умоляет сукин сына.
Неужели деду так сильно нужен наследник?
Сука!
Кровь за кровь.
Только не это!
Я знаю законы семей. И самый жестокий из них — отдать жизнь за жизнь. Иными словами, старый ублюдок Росси таким образом желает отомстить за смерть сына, которого убили в нашем доме, убив дорогого нашей семье человека.
— Прошу простить, мне нужно сделать звонок синьору Фабио. Я попробую с ним поговорить, расскажу о важных нюансах.
Альберто встаёт из-за стола, прижимая телефон к уху и отходит на расстояние, углубляясь в сад. Мы с дедом на несколько минут остаёмся наедине.
— Следи за своим пылким нравом, мальчишка! — рычит Алонзо. — Мы должны держать себя в руках и действовать благоразумно. Мы и так по уши в грязи! Только бойни и войны сейчас между семьями не хватало для пущей радости! — плюётся старик, откашливаясь от дыма. Алонзо выкуривает уже третью по счету табачную трубку — нервничает.
— Ты что, правда отдашь им Лину? — задыхаясь, одновременно зверя, спрашиваю я.
— Я не могу дать ответ сразу. Мне нужно подумать. А ты — молись, чтобы Фабио принял наши прошения.
— Ты унижаешься перед ним! Тебе это нравится, да?
— Мне это не нравится, Леон. Но я хочу жить в мире со своим другом. Росси — могущественная империя. Представь, что произойдет, если между двумя величественными кланами вспыхнет кровавая бойня? Из-за кого? Из-за русской шлюшки.
Пиздец!
Я едва держусь, чтобы не разнести всё и всех к херам собачьим!
— Лина мне нравится, но иногда приходится чем-то жертвовать, делать выбор в нашей нелегкой жизни… Понимаешь? Нужно быть предусмотрительным и находчивым, — учит старый хер меня. — Лишь тогда ты добьёшься успеха в деле. Будешь сыт и богат. До самой смерти.
— Она носит нашего наследника! О чём ты говоришь?! Ты не шутишь, дед?
— Я в отчаянье… Но что же делать. Если между нами вспыхнет война, то наследник не понадобится. Просто потому, что ему нечем будет владеть. Ты хоть понимаешь, насколько серьезны наши дела?
Я молчу. Я хрущу кулаками. Мне хочется кого-то убить. Порвать в клочья! Я не верю, что то, что сейчас происходит со мной, происходит на самом деле.
— Лина не одна девка на всём белом свете! Осеменишь кого-нибудь ещё! Или что… ты, что, Леон, влюбился? — старый пень бросает трубку на стол, отрывается от стула, наклоняясь ближе ко мне. Он сверлит меня своими мелкими глазками, как наждачкой по живому режет.
— Я…
— Мы можем продолжить разговор? — меня перебивает голос Альберто. Он вернулся на своё место после телефонных переговоров со своим боссом и удобно устроился за столом.
— Да, — киваю. Дед тоже кивает.
Мы мгновенно забываем о том, о чём говорили с Алонзо секундой ранее. Да, я начинаю молиться и скрещиваю пальцы на руках. Я ни за что не отдам им Лину! Собственными руками глотки перережу каждому отпрыску семейства Росси, если хоть один волос упадёт с головы моей девочки.
— Синьор Фабио принял во внимание некоторые, озвученные вами нюансы. Он решил сделать исключение и пойти на уступки. Синьор Росси готов дать вам время на расследование и поимку преступника.
Я выдыхаю, чувствуя громадное облегчение во всём теле. Но похоже, что я радуюсь слишком рано, потому что Альберто ещё не закончил. Он продолжает говорить:
— Мой синьор желает, чтобы его младший сын, Гвидо, пожил в вашем доме и проследил за ходом расследования. Дальше он примет решение. После того, когда все клубки будут распутаны и будет найден истинный убийца. Тогда синьор и вынесет своё решение в отношении Алины Поляковой. Если девушка окажется невиновной, а преступник будет пойман и отдаст свою кровь за кровь несчастного Марио, то проблема будет исчерпана, и русская подозреваемая останется с вами.
Мы с дедом почти одновременно выдыхаем. Альберто Фетучини убирается прочь, но напоследок говорит с холодной улыбкой:
— Скоро Гвидо Росси присоединится к вам. Надеюсь, вы покажете, насколько гостеприимным может быть семейство Моретти.
— Разумеется, друг мой. Я приму его, как собственного внука! — обещает дед.
Но едва за Альберто захлопывается дверь автомобиля, дед обращает свой взгляд на меня.
— Леон. Тебя это касается в первую очередь.
— С чего бы?
— Ты и сам прекрасно знаешь, что у Фабио Росси было два отпрыска. Достойный был отравлен в нашем доме, а второй… — дед усмехается. — Бледная копия Марио, Гвидо Росси, может навлечь на нас неприятности. Будь сдержан.
Глава 3. Алина
Я просыпаюсь от постороннего стука. Сажусь на кровати.
— Простите, сеньорита, что разбудила, — извиняется горничная Мария, прижимая к груди объёмную керамическую вазу.
Кажется, она напугана моим внезапным пробуждением не меньше, чем я её появлением. Успокаиваюсь, понимая, что опасность мне не грозит. Падаю обратно в ворох одеял. Улавливаю животный, терпкий мужской аромат и дерзкий запах мужского парфюма, которым пропиталась подушка и одеяло. Запах Леона. Запах моего мужчины…
Стоп. Перехватываю эти крамольные мысли. Откуда они взялись в моей голове? Да, вчера Моретти был необыкновенно нежен и заботлив со мной. На мгновение мне даже показалось, что я разглядела его душу за циничной оболочкой жёсткого бизнесмена и мафиози. Но не стоит дарить ему своё сердце.
Не стоит. Но о боже, как мне не хватает его сейчас. Я бы нежилась в его сильных руках и позволила забавляться со своим телом, впитывая каждое прикосновение, каждый поцелуй. Мне хочется быть к нему ближе и в то же время я одёргиваю себя. Напоминаю о кабальном договоре, о своей роли. О том, что я просто… игрушка в его постели. Игрушка при живой жене. Фелиция ненавидит меня всей душой. Положа руку на сердце, я не могу сказать, что была бы рада видеть любовницу своего мужа.
— Помочь вам привести себя в порядок? — вопрос Марии снова застигает меня врасплох.
Я ещё не привыкла к роскоши дома Моретти. Да, вчера Мария помогла справиться с нарядом и причёской. Но неужели