Божественное вмешательство (СИ)

Без приключений доплыв до Генуи, прежде чем отправиться в Мельпум, я собрал капитанов и благословил их на военные действия в акватории Нового Карфагена, щедро предложив половину добычи при условии, что капитаны возьмут на себя текущий ремонт и содержание экипажей кораблей. 
Потом я встретился с Афросибом. Уверив его в том, что по-прежнему заинтересован в новых кораблях, официально передал персу в управление Геную и все морские дела. Мы все обсудили и пришли к соглашению по всем вопросам — от возведения городских укреплений до доли города в доходах от флота. 
Напоследок я вызвал декуриона Сервия Секста. Он вошел, не скрывая плохого расположения духа. Я не стал выяснять, чем он расстроен, и сразу перешел к делу. 
— Аве, Сервий, — декурион подтянулся. — Я прошу тебя об очень деликатном деле, — Сервий сразу же как-то оживился, демонстрируя всем своим видом полную заинтересованность. — Мои жена и сын сейчас, по всей вероятности, живут в поместье сенатора Спурина. Консулы Этрурии однажды воспользовались ими для того, чтобы склонить меня к угодному им решению, и я бы не хотел, чтобы это повторилось когда-нибудь. Ты понимаешь? 
— Да, бренн. Это плохо, когда близкие люди... — он замолчал, подбирая слова. 
Я же решаю облегчить ему эту задачу. 
— Ты правильно все понимаешь. Возьми у Афросиба все необходимое для того, чтобы привези Спуринию и сына в Геную. Когда передашь их на попечение Афросиба, скачи в Мельпум. Я буду ожидать тебя в столице. 
Его лицо уже не было хмурым. Сервий выглядит счастливым. 
— Я все сделаю, бренн. Скоро мы увидимся снова. 
Секст убегает, и я остаюсь довольным, что решил поручить это дело именно ему. Хотя если не его с умбрийцами, то и отправить с такой миссией в Этрурию мне больше некого. 
Оставшись один, предаюсь грезам. Чувствую, как сильно соскучился по Гвенвилл и дочке. Завтра уеду в Мельпум, и пусть мир подождет. До конца года я буду принадлежать только себе. 
  
Эпилог 
 
Справа и слева шумят дубы. Пахнет прелой листвой и грибами. Небо уже окрасилось заходящим Солнцем, но я не намерен останавливаться. Ночевать хочу дома с Гвенвилл. 
Слышу смешок над головой. Прислушиваюсь: "Неужто Боги вспомнили обо мне?" 
Так и есть. Звучит густой баритон: 
— Афо тебя простила. Доволен я. Но, Зевс решил... 
Длинный гудок взрывает мозг. Меня слепит свет. Закрываю глаза рукой и чувствую, как Чудо шарахается в сторону. Едва не вылетаю из седла, пока конь спускается с кручи. Спускается?.. Уперся ногами в землю и скользит вниз! Слава богам, не упали. 
Спешиваюсь. Ощупываю грудь и ноги Чуда. Конь всхрапывает, тычется мордой в плечо, но все с ним хорошо. Что за хрень! Вдруг понимаю, что мы едва не угодили под фуру! 
Я дома?.. 
Смотрю на небо и вижу Большую Медведицу. Выбираюсь из кювета на трассу. О, Боги! Может, я напился до беспамятства и мне снились странные сны?.. За черными полями сияют огни ночного города, и я понимаю, что точно не в Италии. Дома я... 
Позади меня проносится автомобиль, воздушная волна толкнула в спину. На глаза наворачиваются слезы. Понимаю, что Гвенвилл и детей уже никогда не увижу. А может... 
Бегом возвращаюсь к Чуду. Слава богам, он стоит там, где я его оставил. Глажу коня, проверяю сумку с трофеями. Все при мне! 
Кто-то из Богов решил подшутить надо мной?.. Хотя, о чем это я? Спасибо вам, боги, за случившееся! Надеюсь, что ночь позволит незаметно доскакать домой. Перевожу Чудо на другую сторону окружной и посадками еду, не спеша, между полями. 
Я вернулся!