Дневник самоубийцы (СИ)
Уже засыпая, решил следующий день начать с поисков работы, но планам не суждено было сбыться. Утром на столике в прихожей, среди газет и квитанций, обнаружилась телеграмма месячной давности, где сообщалось о смерти мамы. Я где стоял, там и сел. Что это? Шутка пьяного подсознания или снова сон? Не мог же я пропустить такое событие.
Прогоняя наваждение, зажмурился что есть сил, а когда открыл глаза вместо телеграммы на коленях лежал дневник Истера. Я шарахнулся от него как от оголённого провода. Перевернул несколько коробок, опрокинул цветок в горшке и застыл с глупой физиономией. Дежавю?
Спеша проверить, выскочил в прихожую, но ни газет на столике, ни самого столика не обнаружил. Напряжение схлынуло, и я вернулся к дневнику — спрячу от греха подальше.
Но стоило его поднять, как руки по-старчески затряслись. После слов про алкоголь и страх шла запись, которой я ни разу не видел.
«Сегодня я проснулся совершенно другим. Человеком, не знающим страха! Почти три месяца он выжигал меня изнутри. Я не мог ни есть, ни спать, ни думать о чём-либо кроме её смерти. Но сегодня всё изменилось. Я понял, как очистить совесть.
А всё моя Илла. Она появилась как вспышка света во тьме, и в её глазах я нашёл ответ. Наказание, которое я так жду, в моих руках!
Больше ничего не боюсь. Во всём мире остались лишь я да кусок верёвки. Прощай, дружище. И спасибо, что всё время был рядом…»
Я в ужасе отбросил дневник и рванул ворот рубахи. Пуговица жалобно тренькнула, и лёгкие благодарно наполнились кислородом. Неужели я прочёл о своей участи? Чушь! Бред! Строчки на бумаге не заставят покончить с собой!!!
Я схватил мерзкую тетрадь и швырнул в камин. Подождал, пока огонь уверенно затрещит на раскрытых страницах и тяжело отвалился от очага. И тут в дверном проёме увидел её.
Одира смотрела с пониманием и сочувствием, прямо как перед смертью. Я отпрянул и инстинктивно закрылся руками.
— Не может быть! Тебя нет! Уходи! Ты мне снишься!!!
Нога запнулась о ковёр, я дёрнулся, ища равновесия, но гравитация оказалась сильней. Затылок встретился с чем-то твёрдым, искры из глаз и тишина…
* * *— И что, все сидят, пялятся в тетрадь и… привет?
— На самом деле, от начала эксперимента до летального исхода в мозге испытуемого протекает множество процессов. Но в целом да, вы правы. Хотя этот экземпляр продержался дольше всех. Тридцать восемь часов, если быть точным.
Двое вели неторопливую беседу. Один в строгом костюме и лакированных туфлях, другой в очках и белом халате. Между ними, у разобранной лестницы в позе эмбриона лежал человек. На лице застыла гримаса ужаса, а из ушей и носа тянулись бурые дорожки запёкшейся крови.
— Но разве смерть наступает от чтения? — «строгий костюм» наклонился, высвободил из оцепеневших пальцев тетрадь в кожаном переплёте и пролистал чистые страницы.
— Можно сказать и так, — усмехнулся «белый халат». — Мозг испытуемого получает колоссальную нагрузку, в результате чего как бы перегорает. Это как если на лампу накаливания подать более мощный поток электронов.
— Вижу, наши деньги потрачены не впустую. Это радует. Но как скоро можно ожидать массового производства?
— Кхм… массового? — человек в белом халате от удивления снял очки. — Но зачем?!
— Вам выделяют средства не на вопросы, а под конкретный результат! Итак?
— Думаю, через полгода сможем выпустить порядка тысячи единиц, но…
— Никаких «но»! — жёстко отрезал «костюм». — У вас три месяца…
Декабрь 2016