Русский ниндзя
Тот покорно чмокнул в розовую, почти не запыленную подошву вечной девушки.
Рыжая красотка довольно проворковала:
- Это здорово! Теперь давай лижи мне пяточку...
Юноша принялся шевелить языком. На вкус кожа подошвы японки была приятной, и пахла цветами и полевыми травами. Вообще женщины-ниндзя очень красивые и спортивные. Азуми рыжая, и для японки высокая и крупная. Очень фигуристая, и мускулы у нее - словно у атлета. Но при этом весьма сексуальная девушка.
И кто может с такой сравниться?
Юноша целовал ее босые ноги, и был сильно возбужден. Азуми сама завелась. И ей хотелось все больше и больше, наслаждаться. Тогда японка раздвинула ноги и уселась прямо на лицо молодого пленника. Надо зарядить свои батарейки. И высосать из крепкого, смазливого юноши всю энергию.
. ГЛАВА ? 20.
Валентина что рисовал себе в воображении, Энрике была его подругой. Тоже нищая и белокурая девочка. Оба были не похожи на местных, черноволосых и смуглых детей и конечно дружили. Но встречались не слишком часто.
Валентина нищенствовала, или плясала за деньги. Ее личико было как у ангела, а волосы чудные, кудрявые, белые, чуть золотистые. Из-за красоты ее пытались изнасиловать, но Энрике спас девчонку. Чтобы иметь защиту, Валентина стала тусоваться с цыганами. Она еще совсем ребенок, на год старше Энрике.
Училась в Адвентисткой школе, где принимают всех и бесплатно. Там она и познакомилась с Энрике, и прочими ребятами.
Девочка была одета в старенькое платье, и ходила босая. Ее ножки огрубели, и почти не чувствовали остроты камней, и песков. Лишь в самый солнцепек, когда слишком уж жгучий асфальт и песок, она могла надеть шлепки.
Валентина часто танцевала за деньги. Она была очень красивая девочка, и двигалась легко и грациозно. Но деньги отдавала бедноте. Не ела мяса и рыбы, перейдя на овощи и фрукты. Как кстати и учили адвентисты - предпочитая вегетарианство. Но это не мешало ей оставаться выносливой и красивой.
Девочка узнав о аресте Энрике расплакалась. А потом решила отправиться в столицу Мехико, чтобы там найти правду. Хотя подобное путешествие и могло быть опасным для такого красивого ребенка.
Валентина направилась сразу. Взяла с собой только краюху хлеба и несколько фруктов, рассчитывая остальное добыть по дороге. Идти решила босиком, тем более, что пока зима, солнце не слишком раскаляет дорогу. А ее ножки привычны к колкостям. Ну и еще и взяла с собой самый дешевый сотовый телефон и газовый баллон для защиты.
Сложила это в холщевую сумку и пошла словно нищая. А до Мехико от побережья путь неблизкий. Видимо Валентина возомнила себя второй Гердой. И ей хотелось босиком пройти половину света. Девочка двигалась быстрым шагом, на запад. Она чувствовала себе героиней сериала.
Поначалу идти было легко. Относительно ровные дорожки города, и его пригородов. Но потом, асфальт на обочине кончился, и девочке пришлось идти по камушкам, дерну и песку. Мозолистые подошвы почти не чувствовали. Пока Валентина не накрутила несколько десятков миль, предпочитая идти и холодной ночью. Тут уже и ноги ныли от усталости, и даже огрубевшие подошвы запылали.
Но останавливаться Валентина боялась. Ночью холодно, а платье на ней летнее и легкое выше колен.
Валентина чтобы подбодрить себя, стала напевать поэму. Ту самую что сочинил юный поэт Энрике:
Я был простой мальчишка из деревни,
Ходил за плугом по родной земле...
И вспоминая заповедь древних,
Хотел служить своей родной стране!
Пошел я в город босиком далеко,
Путем и мерз и сильно голодал...
Мог даже сгинуть пацанок до срока,
Среди лесов и высочайших скал!
Но прибыл в порт, служить на вахте юнгой,
Чтоб настоящим мужем ратным стать...
Таскать пришлось мне якорем чугунным,
Попробовать и плеть, с остротой сталь!
Но вот я думал, сделаю карьеру,
Сейчас мальчишка - после капитан!
И стану детям я своим примером,
Увижу много разных, чудных стран!
Но абордаж случился и пираты,
Внезапно захватили штурмом бриг...
Настала для матросов всех расплата-
За борт швырнули в тот самый миг!
Меня спросил сам капитан брадатый,
Что скоро мне четырнадцать годков...
Убить мальчишку видно рановато,
Пусть будет из пиратских он сынов!
Ну что ж пришлось отведывать мне рому,
И юнгой у пиратов грязных стать...