Отчизне не изменяют
Обама с грустным видом заметил:
- Высокоточное оружие убивает героев! И кого интересовал боевой дух противника?
Воительница-демиург с нажимов в голосе заметила:
- А это часто и есть самое главное... Вспомнить 300 спартанцев сражающихся с двух миллионной армией царя Дария. Пример, того как дух сильнее материи!
Американский президент почесал себе треуголку, что прикинул и скептически произнес:
- Это намек на возможную неудачу похода к Константинополю?
Арлекинада отрицательно мотнула головой:
- Нет! Просто я тебе покажу одно из параллельных мирозданий, где немного сместилась история и, к каким последствиям подобное могло привести.
И богиня-Создательница чиркнула пальчиком по воздуху. Теперь Обама мог наблюдать интересное зрелище. Не слишком, правда, приятное, для американца.
Командование знаменитым прорывом декабря 1944 года в Андеррах поручили Майнштейну. Гитлер решил вернуть и опалы своего самого талантливого и имеющего огромный опыт проведения наступательный операций фельдмаршала.
А Моделю поручили командование группой армий "Висла" в центре германской обороны на восточном фронте. Казалось, что это не будет иметь решающего значения, но...
Вот мнение американского журналиста Ральфа Иргенсолла. Как он описывает прорыв;
У немцев как будто было все - внезапность, быстрота, огневая мощь и высокое моральное состояние. Глядя на карту утром 17 декабря, казалось невозможным остановить их, - они прорвали нашу линию обороны на фронте в пятьдесят миль и хлынули в этот прорыв, как вода во взорванную плотину. А от них, по всем дорогам, ведущим на запад, бежали сломя голову американцы!
То есть видно, что вовсе не был предопределен провал, и нацисты имели все шансы на успех.
Майнштейн сумел, используя тактику концентрированных ударов захватить с ходу Бастонь. Успеху способствовал обман, уже не раз, опробованный Майнштейном на Восточном фронте. Немцы пошли в атаку под американскими флагами, а янки приняли гитлеровцев, за свои собственные отступающие войска. Немцы использовали небольшое количество трофейных машин западного образца, и тривиально закрасили свастики, нарисовав белые звезды.
Взятие Бастони которую прикрывала 101-воздушно-десантная дивизия привело к тому, что гитлеровцы смогли выйти к реке Маас, даже с опережением графика и занять не взорванные мосты. А далее, оказались захвачены не разрушенные склады в Льеж и Намюр. Там фашисты нашли для себя огромные запасы горючего и боеприпасов.
В боях отличились "Королевские тигры", а плохая погода способствовала тому, что авиация союзников вышла из игры. 23 декабря был захвачен Антверпен, крупные силы союзников оказались в окружении. А 25 декабря к Рождеству немцы захватили и столицу Бельгии - Брюссель. Впервые с 1941 года гитлеровцы могли похвастаться взятой столицей.
Беспрецедентное по своим масштабам наступление, его бешенный темп и обилие захваченных трофеев, а также многие десяти тысяч военнопленных, потрясли союзников до основания. Казалось, что твориться чудо. Немцы же ощутили себя окрыленным, а американцев с англичанами сдавалось все больше и больше.
В этих условиях Уилсон Черчилль предложил неожиданный ход: перемирие сроком на сто дней. Рузвельт уже был тяжело болен, и сообщил, что пускай этот вопрос, решают генералы. Единство в среде командиров отсутствовало.
Но угроза полной катастрофы, и огромных потерь, подтолкнула американский генералитет поддержать перемирие с 1 января 1945 года. Теперь же слово оставалось за Гитлером.
Фюрер после сообщения об крупнейших успехах на Западе ожил. Ему вернулось бодрость, и он буквально помолодел. И поначалу воспринял предложение в штыки.
- Как можно останавливать такое блистательное наступление, когда мы как никогда близки к полной победе!
Однако генерал вполне рационально объяснили фюреру, что американцы имеют население почти равное СССР, и тринадцатимиллионную армию, а Британия вместе с колониальными войсками и доминионами еще больше. Так, что даже с учетом морального состояния противника, союзники быстро отправятся, и перейдут в контрнаступление. Да и русские по последним данным готовят мощный удар в центре и Восточной Пруссии. Тогда фюрер предложил перемирие сроком на год, и с полным обменом военнопленными.
Учитывая сколько пленников, захватили фрицы, то вполне понятно, что Черчилль и американские олигархи спорить не стали. Тем более немецкие военнопленные пополнят Вермахт и не дадут Сталину захватить за год Европу.
А куда союзникам спешить? Америка скоро проведет испытание атомной бомбы, можно разбить Японию - развязав себе руки. И заодно еще больше обескровить и Третий Рейх и СССР. А потом взять их тепленькими...
Так что Черчилль принял решение сам, а Рузвельт, будучи больным и мягкотелым не стал возражать.
А гитлеровцы тут же решили перебросить на восточный фронт 6 танковую армию СС и шестнадцать самых полнокровных дивизий. Полностью скрыть концентрацию советских войск на плацдармах на Висле невозможно и Модель сумел усилить оборону. Кроме того этот лев защиты отвел резервы из-под артподготовки советских войск, и сильнее всего укрепил вторую и третью линию обороны.
Ему удалось также убедить Гитлера перебросить часть сил и Венгрии и Словакии. Фюрер решил, что если в Италии не предвидится наступления, то можно оттуда и снять часть войск.
Сталин оказался неожиданно один на один с Вермахтом, который все еще контролировал значительную часть Европы и... заколебался. Ситуация резко изменилась , Иосиф хотел сначала разобраться с этим.
Наступление в центре было запланировано на 20 января. В реальной истории она началось на 8 дней раньше, причем в не очень благоприятных погодных условиях.
Однако Черчилль теперь Сталина наступать не просил, и обычно осторожный советский глава ГКО ощутил некоторую растерянность. Конечно самым логичным решением, было начать наступление как можно быстрее, чтобы не дать немцам усилить оборону, за счет частей переброшенных с Запада. Но одним из недостатков Сталина была нерешительность при резкой смене ситуации и неясных положения.