Ратные труды святой Отчизны (СИ)
В ответ послышались недовольные возгласы на арабском:
- Покажи нам их лица! Что за дивы.
Стоящие по бокам евнухи скинули с девчат паранджу, и окрыли их пылающие от волнения физиономии. Магда невольно вздрогнула, мысль, что ее сейчас перед парой сотней похотливых мужчин разденут донага была, настолько отвратительной, что нежное, личико налилось алым цветом, а сапфировые глазки, запрыгали.
А публика завопила от восторга и понеслось:
- Семь тысяч пиастров.
- Восемь тысяч!
- Десять тысяч!
- Двенадцать тысяч! - крикнула мужчина с седой бородой в зеленой украшенной изумрудами чалме.
Кристина спросила евнуха:
- А сколько это двенадцать тысяч пиастров, если перевести на европейские деньги?
Евнух был, похоже, из числа бывалых и образованных:
- Это примерно сто двадцать тысяч долларов США. Ну так примерно такой курс если считать в золоте!
Магда округлила губы:
- Мама мия, это же три тяжелых танка М-16.
Кристина поправила:
- Да нет уже гораздо больше!
Действительно высокий суховатый человек, с орлиным носом и в алой чалме предложил, целых пятнадцать с половиной тысяч пиастров.
Главный евнух шепнул:
- Этот в алой чалме, сам Али-Топал, поставщик в гарем шаха Ирана. Он не привык проигрывать торги.
Богатей в зеленой с изумрудами чалме выдал:
- Семнадцать тысяч пиастров, за пару гурий...
Тут поднялся молодой человек без чалмы, но в европейском костюме и проорал:
- Восемнадцать тысяч пиастров! Эти женщины достойны меня, индийского раджу Малика.
Наступила временная пауза... мужчины подсуетились... Богатей в изумрудной чалме заметил принцу:
- И ты за двух кралей хочешь дать денег, на которые можно купить миноносец?
Принц зло ответил:
- А ты что хочешь переспать с железным кораблем?
Тем временем евнухи скинули с девчат покрывала прикрывавшие изящные шарообразные груди. Соски при этом сверкали подобно розовым бутончикам. Торг оживился. Один из шейхов высыпав из кошелька горсть алмазов, заявил:
- Я предлагаю за них двадцать тысяч пиастров! Они это стоят!
- Двадцать одна тысяча! - Предложил человек в зеленой чалме.
- Двадцать две тысячи! - Рыкнул принц.
- Двадцать пять тысяч! - Всадил поставщик шаха.
По рядам прошел гул, но торг не прекратился. Шейх подскочил к ювелиру и вытряхнул все содержимое кошелька и спросил:
- Оцени эти алмазы!
Тот выдавил из себя:
- Двадцать восемь пиастров!
Шейх рыкнул:
- Они мои, обе девчонки!
Принц из Индии возразил:
- Нет мои! Тридцать тысяч пиастров!
Снова возникла пауза. Считай триста тысяч долларов США, это огромная сумма, для тех времен. Многие начинают задумываться, а стоит ли столько выкладывать за девушек.
Евнухи по сигналу сбросили покрывала прикрывающие невольницам животы, а затем и сняли диадемы распустив чудесные волосы... Снова возобновились торги, у мужчин ехали крыши.
- Тридцать три!
- Тридцать пять!
- Тридцать девять!
- Сорок одна тысяча!
Пауза.... И Тут поставщик шаха выдал:
- Сорок пять тысяч пиастров. А остальных предупреждаю, что тот, что назовет сумму и не сможет её полностью оплатить будет публично выпорот и с позором изгнан из торгов.
Шейхи несколько приуныли... Тогда еще не было таких обильных потоков нефтедолларов, да и сам доллар еще не успел обесцениться, так что сумма была весьма велика. И отдавать её за рабынь...
Но Главный евнух еще не выложил все козыри и, с девчонок полетело последнее покрывало, прикрывающее бедра и ножки. А затем нажатие шпилек освободило и ноженьки. Последовала команда:
- Танцуйте!
Если женщина танцует, то это совсем не то когда она стоит неподвижно. Ведь это уже не статуя, пусть даже красивая, а живая трепещущая плоть. А девушки сильно возбужденные стыдом, и одновременно пикантностью ситуации плясали очень уж энергично.
- Пятьдесят тысяч! - Простонал человек в зеленой чалме.
- Пятьдесят пять тысяч! - Не сдавался поставщик гарема.
- Шестьдесят! - Выкрикнул один из шейхов.