Назад дороги нет (СИ)
— Да, я и сам иногда удивляюсь, как такое вообще могло произойти.
Я начала листать альбом, попутно рассматривая снимки. Было много детских фотографий Тома: вот он на маленьком трехколесном велосипедике пытается объехать камень на дороге, вот он уже лежит в траве и надувает мыльные пузыри, а здесь — стоит сонный в дверном проёме с большим плюшевым медведем под мышкой. Всё это было так умилительно, что невозможно было не улыбнуться.
— Какой ты здесь прелестный, — произнесла я, указывая на фотокарточку, где маленький Том, одетый в костюм динозавра, задувает пять свечей на торте.
— Ты как будто произнесла реплику моей мамы, — рассмеялся любимый, а вслед за ним и я.
Вновь перевернув страницу, я начала изучать фотографии. Снова родители, родственники, все с радостными улыбками на лице. Это было прекрасно.
Тут мой взгляд остановился на одном снимке. Фотография была сравнительно новой, вероятно, сделана около пяти-шести лет назад. На ней стоял Том, его родители, бабушка с дедушкой и еще одна девушка. Это было Рождество — на заднем плане горел камин, и справа виднелся кусочек ёлки. Я вгляделась в снимок.
— Томми, а это кто? — спросила я у будущего мужа. Он посмотрел, куда я показываю, и его лицо вдруг изменилось. С него ушла улыбка, и взгляд стал каким-то отрешенным.
— Это… моя сестра, — произнес он. Было видно, что слова давались ему с трудом. — Она погибла пять лет назад. Разбилась в авиакатастрофе.
Я замерла. Затем вгляделась в белые короткие волосы, голубые джинсы, вязаный кардиган. Что-то зашевелилось в закоулках моей памяти. Я пыталась вспомнить, откуда могу её знать.
— А как её звали? — тихо спросила я.
— Клэри. Кларисса Оливия Монроуз.
Меня как молния ударила. Я наконец вспомнила, почему мне так знакома эта девушка. Но такого не могло быть. Просто не могло.
— Почему у неё другая фамилия?
— У нас разные отцы. Она была младше меня на четыре года. А что тебя вдруг так в ней заинтересовало? — повернулся ко мне Том, беря мои ладони в свои.
— Нет, ничего.
То, что произошло со мной тогда — выходящее за рамки людского понимания нечто, которое врачи пытаются объяснить, но не могут. Это моя большая тайна, которую я раскрыла лишь одному человеку. И сейчас мне ни к чему вновь вспоминать все события, произошедшие со мной за тот месяц. Всё это — не больше чем игра моего подсознания. Этого не было на самом деле.
— Ты встревожена, что случилось?
Я повернула голову к Тому и посмотрела на него. На секунду мне показалось, что передо мной сидит сам Шерлок, насмешливо наблюдая своими серо-синими глазами, в которых вновь плещется море. Я тряхнула головой, отгоняя наваждение. Передо мной вновь оказался мой будущий муж — пусть и похожий на Холмса, но всё же, это был не он.
Последняя плохая мысль ушла. Сейчас не время думать о прошлом. Впереди меня ждёт множество дней, каждый из которых я хотела бы провести со своим любимым человеком.
И не днем меньше.
— Нет, всё в порядке, — я улыбнулась и полностью развернулась к моему мужчине. Затем провела рукой по его чёрным кудрям, и, уткнувшись лбом в его лоб, прошептала: — Просто я только сейчас поняла, как сильно тебя люблю.