Замуж по принуждению (СИ)
Я выбираю комплект чёрного нижнего белья и такого же цвета платье. Направляюсь в ванную в надежде смыть с себя неприятный запах СИЗО, который, кажется, остался даже в моих волосах. Обильно наношу на кожу гель с запахом клубники, намыливаю тело, повторяю процедуру ещё и ещё. На секунду мне кажется, что я вновь оказалась дома, что моя жизнь совершенно не поменялась после того случая, но видение спадает, я вспоминаю беспристрастный взгляд Руслана и тело пробивает мелкий озноб.
Выбравшись из душевой кабинки, подхожу к зеркалу, критично осматривая себя. На худощавом распаренном теле остались красные пятна от того как сильно я терла себя мочалкой. На правом боку виднеется огромный синяк — следствие того, как больно я упала и ударилась в одиночной камере.
И я впервые думаю о том, как будет проходить наша с Куратовым близость. От одной только мысли об этом мне становится не по себе, а щёки вспыхивают от стыда. Меня ещё ни один мужчина в жизни не касался. Никогда бы не подумала, что всё это время я хранила себя для него.
* * *Спустившись по лестнице вниз нахожу гостиную, где накрыт стол. На ужин сегодня морепродукты и паста и я проглатываю еду за один приход, ощущая невероятное гастрономическое блаженство, словно вкуснее еды никогда в своей жизни не ела.
— Руслан Тимурович уже вернулся, — мягко сообщает Валя, когда я поглощаю в себя десерт. — Он просил, чтобы после ужина я провела Вас к нему в кабинет.
Еда больше не лезет в горло. Я откладываю столовые приборы, делаю несколько мелких глотков вина, ощущая легкое расслабление в теле и поднимаюсь с места.
Его кабинет находится на первом этаже особняка. Валя оставляет меня одну и по-дружески хлопает по плечу, словно подбадривая. Несколько раз стучу, вздрагиваю, когда слышу строгое: «Войдите» и толкаю дверь от себя.
О Руслане я знаю немного со слов отца. Лишь то, что он занимался не совсем законными вещами, проявлял себя как жестокий и беспощадный человек, если дело касалось денег. Но, тем не менее, мой отец зачем-то связался с ним и Куратов стал самым желанным гостем в нашем доме. До поры до времени.
Руслан сидит за темным дубовым столом. Широкие плечи, обтянутые белоснежной рубашкой мышцы рук. Смуглая кожа, угольные волосы и несколько грубые черты лица. А ещё хладнокровность и спокойствие во взгляде, которому я сильно завидую.
— Добрый вечер, Руслан, — делаю несколько шагов к нему на подгибающихся ногах.
Куратов откидывается на спинку кресла и без капли стеснения рассматривает меня. Его взгляд скользит по моим ногам, бедрам, груди. Так открыто и дерзко, что, кажется, он видит больше чем есть на самом деле.
— Добрый вечер, Ева, — кивает в ответ. — Присаживайся.
Я занимаю место напротив него. От волнения не знаю куда деть свои руки, поэтому складываю их на коленях, ощущая легкие покалывания в кончиках пальцев.
— Я хотела поговорить, Руслан. И заранее обозначить для себя некоторые моменты будучи на самом берегу.
Глава 4
— Я хотела поговорить, Руслан. И заранее обозначить для себя некоторые моменты будучи на самом берегу.
После того как произношу это вслух, чувствую, что меня бросает в жар. Господи, почему здесь так душно?
— Что ты хочешь узнать, Ева? — спрашивает Куратов, немного нахмурившись.
Он по-прежнему испытывающее смотрит мне в глаза. И наверняка чувствует, что загнанная в ловушку жертва его боится. А ещё презирает и ненавидит всей душой.
Отец всегда оберегал меня от невзгод. Говорил, что его младшенькая слишком чувствительна и ранима для некоторых вещей, которые происходят в этом бренном мире, поэтому выросла я тепличным домашним цветком, не способным принимать важные решения и делать выводы на основе собственных ошибок.
О том, что у отца финансовые проблемы я узнала самой последней. Об этом не трубили в прессе, не говорили у нас дома. Интуитивно я чувствовала, что с отцом что-то происходит, но не могла понять, что именно не так. Он поздно возвращался с работы, его настроение было унылым и безжизненным. А потом его не стало… Ровно десять дней назад. Кто-то выстрелил в него в упор, прямо в рабочем кабинете его фирмы. Человек, которого он наверняка не боялся и близко к себе подпускал. И мы с сестрой были уверены, что это дело рук Руслана Куратова.
— Хотелось бы немного знать о моих правах, — произношу, ощущая, как в горле становится сухо. — Например, смогу ли я продолжить учёбу?
— Не вижу проблем, — пожимает плечами Руслан. — Водитель будет отвозить и забирать тебя после занятий. Образование — это хорошо, Ева.
Я громко выдыхаю. Внутри радостно трепещет сердце оттого, что, кажется, всё не так страшно, как мне казалось. Руслан не собирается ограничивать меня в пространстве, а это уже прекрасно. Возможно, я смогу вести свою прежнюю жизнь, встречаться с подругами и заниматься учёбой. Главное для меня — свобода. Её после нескольких дней заточения я стала ценить значительно больше, чем раньше.
Спустя несколько секунд восторга понимаю, что я улыбаюсь. Глупо улыбаюсь, глядя на Руслана. Спешно отвожу взгляд и подавляю улыбку.
— Кредитную карту можешь обнаружить у себя в комнате, — продолжает сухим тоном Куратов. — Она безлимитная — пользуйся сколько нужно.
Слова благодарности здесь не уместны, поэтому я просто киваю ему.
— В целом, ты можешь вести прежнюю жизнь с одной небольшой поправкой — теперь ты моя невеста, — продолжает Руслан. — Завтра на благотворительном вечере, куда мы отправимся с тобой, я представлю тебя общественности.
Звучит так, словно я музейный экспонат, но я не в том положении, чтобы спорить. Буду делать ровно то, что он просит — не больше и не меньше, а потом Ира пообещала что-нибудь придумать. У неё должен быть выход. Всегда был.
— Это всё? — спрашивает Куратов
— Последний на сегодня вопрос, — произношу я. — Есть ли срок годности у наших… отношений?
Он усмехается. Я вижу, как ползут вверх уголки его рта, а взгляд из холодного становится насмешливым. Мне становится не по себе от этого.
— Нет, Ева, — произносит строгим тоном. — Это будет длится ровно столько, сколько мне того захочется.
Вздрагиваю, потому что мобильный телефон на его столе начинает вибрировать. Руслан поднимается с места, подходит к окну и снимает трубку о чем-то негромко разговаривая с собеседником.
Украдкой рассматриваю его. Скольжу взглядом по его мощной фигуре с выступающими под рубашкой мышцами, представляя то, как он будет выглядеть без одежды. Наверное, заниматься сексом с будущим мужем это нормально, но меня пугает одна только мысль об этом. Руслан красивый и видный мужчина, этого не отнять. Просто чувства, которые я испытываю по отношению к нему не имеют ничего общего с любовью.
Руслан Куратов всегда находился в окружении красивых женщин. Каждый раз они сменялись — брюнетки, блондинки, рыжие, азиатки, мулатки… Я видела, как они с обожанием смотрели на него. Но ни одна из них не задерживалась дольше, чем на один вечер.
Мне двадцать один, а он на целых пятнадцать лет старше. Я студентка экономического вуза, он — беспощадный криминальный авторитет. И, казалось бы, между нами нет ничего общего, но он почему-то выбрал своей женой именно меня. Это месть или прихоть, чтобы проучить за покушение на него? Надеюсь, что когда-нибудь я узнаю об этом.
Слышу, что Куратов заканчивает разговор. Медленно поднимаюсь с места, скрещиваю руки и снимаю с себя платье. Знаю, что наша с ним близость неизбежна — он чётко дал понять, что будет брать меня ровно столько, сколько захочет. Сидеть и бояться мне надоело, поэтому я хочу ускорить этот процесс, чтобы знать, чего мне ожидать от него дальше. Он будет грубым или нежным? Поймет, что для меня это в первый раз?
Когда Руслан поворачивается ко мне, я уже стою в одном нижнем белье, а моё платье аккуратно висит на спинке стула. Опускаю руки вдоль туловища, поднимаю на него свой взгляд, чувствуя, как пылают от стыда мои щеки.