Злодей не моего романа (СИ)
Он вдруг резко остановился.
— Что? — встревожилась я.
— Там такой же.
— Где? — я завертела головой.
— Молодой, — прошипел Рик. — Иди домой! Я приду.
Больше не произнеся ни слова, он исчез в толпе. Я растерянно потопталась на месте, потом медленно побрела по тротуару. Рик мог ошибиться? Откуда здесь возьмется… Меня передернуло. Да не дай Бог! Это же ужасно! Я бросала косые взгляды на многочисленные прилавки. На глаза попался ряд любовных романов. В голову пришла не очень разумная и очень опасная мысль. Я нашла прилавок с книгами Инферно, осторожно огляделась, подошла поближе и стала вытягивать книги одну за другой, ища знакомое имя на обороте обложки. Нужное мне нашлось в самой тоненькой книжечке и самой дорогой, надо отметить. Аннотация гласила:
"Первый роман Кэтрин Инферно, ранее не издавался…
Случай сводит юную и прекрасную Марианну с двумя бессмертными братьями, с двумя совершенными хищниками. Кого из них выберет девушка читайте в эксклюзивном издании…"
Я бегом расплатилась. Открыла книгу и начала ускоренно снабжать мозг информацией, проскакивая длинные описания природы, одежды и непосредственно сиятельной красоты "юной Марианны". Изредка поглядывая под ноги, я, как полоумная любительница книг, дошла до квартиры, разулась и, не раздеваясь, встала посреди коридора с открытой книгой.
По тексту юная и прекрасная и в самом деле не поддавалась гипнозу. На пути ее следования, на фоне никак не развивающегося сюжета, возник мелодраматичный Гриша, тут же влюбившийся в сию прелесть. Что удивительно, вся книга кишела личностями мужского пола безоговорочно и с первого взгляда влюбляющимися в невинную мадаму. Но меня интересовало совсем иное! И вот, наконец, начав окончательно кривиться и психовать от многочисленных взаимных слюней и соплей со сторон Марияна и Григорян, я встретила упоминание "мрачного" старшего брата Эрика, который, как и все в книге, не устоял перед прелестным созданием и решил увести ее (тоже мне машина девятка).
Нежная бледность вместо того, чтобы двинуть по столу кулаком (ну или в крайнем случае как Хрущев тапочком) и сказать однозначно "я хочу (имя по выбору)", принялась метаться меж двух мужиков и что-то там стенать…
— Что это?
Я подпрыгнула, спрятала книгу за спину и испуганно уставилась в серо-желтые глаза. Сердце готово было вылететь из груди. Я-то считала, он в дверь позвонит, даже придумала, куда запретный предмет спрячу, но лоджия… про лоджию моя дурная голова не вспомнила.
Рик в два шага подошел ко мне, выдернул из-за спины книгу, перевернул и прочел аннотацию. Глаза покрылись коркой льда, он скрипнул зубами. Глупое произведение Инферно ударилось об пол с такой силой, что обложка отлетела в сторону. Я прижалась к стене и зажмурилась.
16
Мгновения шли, ничего не происходило. Я не решалась взглянуть на него. Наконец щеки коснулось теплое дыхание.
— Зачем? — еле слышно прошептал он.
Я открыла глаза. Все еще было страшно. В почерневших глазах светилась боль.
— Хотела понять, что она с тобой сделала, — честно созналась я.
Губы коснулись моего уха.
— Больше так не делай.
Я кивнула. Голова работала на полную. И угораздило же меня из всех мужиков выбрать с самым неподъемным характером. Так и надорваться недолго. Мозг нашел только один выход — переключить.
— Выследил?
— Нет. Слишком далеко шел. Я не оставлю тебя так надолго одну.
Кивнула. Снова подняла взгляд. Он склонился, и я получила самый сладкий, тягучий, томительный поцелуй на свете. Коленки ослабли. Рик придержал меня за талию, оторвался и исчез на кухне. Я оперлась на стену головой, закрыла глаза, улыбнулась. Раздался писк потревоженного ноутбука. Тихо разделась, взяла полотенце, скользнула в душ, хотелось расслабиться, немного понежиться под горячими струями воды. Побыть одной и не думать ни о чем.
Понежиться мне не дал телефон, противно зазвеневший из глубины квартиры. Попробовала проигнорировать, но некто назойливый не желал сдаваться без боя. Я прерывисто вздохнула, выключила воду, выпрыгнула из ванной, обернулась в полотенце и осторожно, крадучись, прошла мимо прикрытой кухонной двери. Схватила трубку. На экране светился Катеринкин номер. Стоило догадаться. Кто еще мог быть таким настойчивым (не считая Рика, конечно)? Я с каким-то остервенелым удовольствием нажала отбой. Обойдется сестренка! У меня нынче выходной после продолжительной нервотрепки.
Потянулась убрать телефон на место. На талию легли теплые руки. Бес притянул меня к себе, по хозяйски дернул полотенце вниз. Ну, нет, милый, на этот раз без боя ты меня не получишь. Гормоны возмущенно зашипели на глупую хозяйку. Грозно шикнула на них и, вцепившись в полотенце пальцами, выскользнула из восхитительных объятий. Рик, не ожидавший подвоха, не стал удерживать. Я развернулась к нему лицом и отступила в другой конец зала. В обожаемых глазах блеснуло удивление.
Не ожидал? Так-то!
Он начал медленно приближаться, все больше становясь похожим на хищника. Я бегом обогнула его и скрылась на кухне. Рик неслышно преследовал. На губах играла опасная улыбка. Теперь мы стояли друг против друга, нас разделял круглый обеденный стол. Он стал приближаться мучительно-медленно, плавно, не сводя с меня глаз, ведя пальцами по полированной поверхности. Я отступила к двери, стараясь сохранить препятствие меж двух тел. Один рывок и скрылась в ванной, закрыв дверь на щеколду.
Вот о чем я думала? Явно не о несчастной щеколде, ибо она с треском вылетела наружу, а мой растравленный хищник снова приближался. Я отступила к стене, пригнулась и проскочила под его рукой в зал, где меня настигли, поймали за талию и прижали к себе сильнее, чем обычно. Полотенце полетело в сторону. Над ухом раздался рык. На краю сознания появилось предчувствие, что нежности не будет, не заслужила. От этого стало невыносимо жарко. Тело накрыла истома. На доли секунды мне подарили свободу и тут же отняли ее. Я догадалась, именно столько ему понадобилось, чтобы избавиться от одежды. Развернул к себе лицом, опрокинул на диван, завел руки над головой, удерживая их ладонью и не позволяя ими шевелить. Я заворожено смотрела в расширенные черные зрачки.
— Поймал, — прошептал он одно единственное слово, я вскрикнула и выгнулась дугой, соглашаясь с его утверждением и одновременным, подтверждающим этот факт, действием. Ногами обвила бедра, попыталась выдернуть руки. Бесполезно. Зарычал, не прекращая двигаться во мне. Я стонала и всхлипывала, отдаваясь во власть невероятных по силе эмоций.
На журнальном столике зажужжал мобильный. Я повернулась и уткнулась носом в плечо Рика, обняв его талию. Общаться ни с кем не хотелось. Хотелось просто вот так лежать и все. Он протянул руку и включил громкую связь.
— Ленуха! — очаровательно гавкнула сестренка на всю комнату. — Ты чего трубку не берешь? Вы чем там заняты? — она понизила голос. — Тобой обедают что ли?
— Нет, я пока сытый, — холодно отчеканил Рик.
— Твою ж мать!
— Не поминай мать всуе, — вступилась я.
— Как скажешь. Короче, чего звоню-то! Я к тебе вечером заскочу.
— Зачем? — искренне удивилась я. Не то, чтобы я не была рада встрече, просто Катеринка предпочитала тусоваться со своей компанией, а не со старшей сестрой.
— Ничего себе заявочки! В гости. Расскажешь мне то, что не рассказала за столом. Я нутром чую, умолчала ты как минимум половину. Ну все! — не дожидаясь согласия или возражений, она бросила трубку.
С тревогой взглянула на Рика. Он улыбнулся, расслабилась и снова уронила на него голову. Не знаю, сколько мы лежали вот так. Я наслаждалась каждым мгновением, проведенным в его объятиях, обводила указательным пальцем контуры рисунка на плече, чертила синие венки, подступающие близко к коже, осторожно гладила тонкие губы.
— У тебя борода начала расти, — флегматично изрекла я. Рик не ответил. — А в книжках написано…