Статьи из "Арабесок"

душевное явление
Он постигнул во всей силе эту мысль.
После «эту мысль»: верно, он истинный в душе художник и поэт
Он представил человека как можно прекраснее; его женщина дышит всем, что есть лучшего в мире.
женщина его, о как она создана для жизни, для наслажден<ия>, как она дышит
Он представил человека как можно прекраснее; его женщина дышит всем, что есть лучшего в мире.
прекрасного [в природе]
Ее глаза светлые как звезды, ее дышащая негою и силою грудь обещают роскошь блаженства.
Какую роскошь блаженства обещают ее светлые как звезды глаза, ее дышащая негою и силою грудь
И эта прекрасная, этот венец творения, идеал земли, должна погибнуть в общей гибели наряду с последним презренным творением, которое недостойно было и ползать у ног ее.
идеал земной красоты
И эта прекрасная, этот венец творения, идеал земли, должна погибнуть в общей гибели наряду с последним презренным творением, которое недостойно было и ползать у ног ее.
должна погибнуть безжалостно
И эта прекрасная, этот венец творения, идеал земли, должна погибнуть в общей гибели наряду с последним презренным творением, которое недостойно было и ползать у ног ее.
видеть это прекрасное творение
Слезы, испуг, рыдание — всё в ней прекрасно.
всё в нем прекрасно
В его картинах целое море блеска.
У него везде
Это его характер.
нет.
Тени его резки, сильны, но в общей массе тонут и исчезают в свете.
но однако же в общей массе
Кисть его можно назвать сверкающею, прозрачною.
Его кисть
Выпуклость прекрасного тела у него как будто просвечивает и кажется фарфоровою; свет, обливая его сиянием, вместе проникает его.
а. Его
б. Тело у него про<свечивает?>
в. Выпуклость прекрасного тела просвечивает у него [как]
Выпуклость прекрасного тела у него как будто просвечивает и кажется фарфоровою; свет, обливая его сиянием, вместе проникает его.
обливая, как будто [обливая] заливая своим сиянь<ем>
Выпуклость прекрасного тела у него как будто просвечивает и кажется фарфоровою; свет, обливая его сиянием, вместе проникает его.
вместе с тем как будто проникает его насквозь
Свет у него так нежен, что кажется фосфорическим.
нет.
Самая тень кажется у него как будто прозрачною и при всей крепости дышит какою-то чистою, тонкою нежностию и поэзией.
Самая тень у него как <будто>прозрачна
Самая тень кажется у него как будто прозрачною и при всей крепости дышит какою-то чистою, тонкою нежностию и поэзией.
тонкою, чистою нежностью
Его кисть остается навеки в памяти.
Кисть его надолго остается
Я прежде видел одну только его картину: семейство Витгенштейна.
только одну картину его
Она с первого раза, вдруг врезалась в мое воображение и осталась в нем вечно в своем ярком блеске.
а. Она оста<лась?>
б. Она с первого разу вдруг врезалась в воображение мое и осталась
Она с первого раза, вдруг врезалась в мое воображение и осталась в нем вечно в своем ярком блеске.
в сверкающем своем блеске
Когда я шел смотреть картину: Разрушение Помпеи, у меня прежняя вовсе вышла из головы.
я позабыл о ней [и]
Я приближался вместе с толпою к той комнате, где она стояла, и на минуту, как всегда бывает в подобных случаях, я позабыл вовсе о том, что иду смотреть картину Брюлова, я даже позабыл о том, есть ли на свете Брюлов.
Я шел
Я приближался вместе с толпою к той комнате, где она стояла, и на минуту, как всегда бывает в подобных случаях, я позабыл вовсе о том, что иду смотреть картину Брюлова, я даже позабыл о том, есть ли на свете Брюлов.
в этих случаях
Но когда я взглянул на нее, когда она блеснула передо мною, в мыслях моих, как молния, пролетело слово: Брюлов!
а. Ког<да>
б. Но когда она бле<снула?>
в. Но когда я глянул и далее как в тексте.
Кисть его вмещает в себе ту поэзию, которую чувства наши всегда знают и видят даже отличительные признаки, но слова их никогда не расскажут.
то море поэзии
Кисть его вмещает в себе ту поэзию, которую чувства наши всегда знают и видят даже отличительные признаки, но слова их никогда не расскажут.
только чувствуешь и можешь узнать, всегда чувства наши знают и видят
Колорит его так ярок, каким никогда почти не являлся прежде, его краски горят и мечутся в глаза.
Колорит у него
Они были бы нестерпимы, если бы явились у художника градусом ниже Брюлова, но у него они облечены в ту гармонию и дышат тою внутреннею музыкою, которой исполнены живые предметы природы.
в такую гармонию
Они были бы нестерпимы, если бы явились у художника градусом ниже Брюлова, но у него они облечены в ту гармонию и дышат тою внутреннею музыкою, которой исполнены живые предметы природы.
которою дышат
Но главный признак и что выше всего в Брюлове, так это необыкновенная многосторонность и обширность гения.
Наконец главный признак и общий, самый великий характер Брюлова
Но главный признак и что выше всего в Брюлове, так это необыкновенная многосторонность и обширность гения.
это есть необыкновенная
Он ничем не пренебрегает: всё у него, начиная от общей мысли и главных фигур до последнего камня на мостовой, живо и свежо.
всё у него до последнего камня на мостовой
Обыкновенно художник прежних времен всегда почти избирал себе какую-нибудь одну сторону и в нее погружал весь талант свой, развивавшийся оттого в необыкновенном и каком-то отвлеченном величии.
художники ~ избирали