Дети древнего леса. Новая надежда (СИ)

Воины притаились в густых кустах на возвышенности неподалеку, откуда было видно весь лагерь людей. 
– Кажется, она хочет привлечь наше внимание. 
– Я тоже так подумал. А зачем? Она хочет, чтобы мы вышли? 
– Вероятно, да. 
– Вот безумная девчонка… Что будем делать? 
– Идем. Я буду говорить, а ты стой сзади и делай грозный вид. 
– Совсем грозный? – Мик усмехнулся. – Тогда, боюсь, до разговоров дело не дойдет.
– Грозный по-человечески. – Нарис укоризненно посмотрел на друга.
Они спустились с холма и направились окольным путём к валуну, на котором семафорила Анжелика.
– Уф, если честно, я уже устала, – сказала девушка Михаилу. – Они не хотят выходить, что я могу поделать?
В этот момент на краю поляны показались двое воинов. Впереди шел важный Нарис в своём переливающемся на солнце золотом обруче, а сзади шествовал Мик, грозно держа наперевес расчехлённую чёрную нагинату. При виде такой солидности Анжелика не удержалась и тихонько прыснула от смеха, но тут же сделала серьёзный вид и сказала:
– Я пойду поговорю с ними и расскажу про сложившуюся ситуацию.
– Валяй, – ответил Михаил. – Только слишком близко к ним не подходи. Захват заложника нам не нужен.
Анжелика вышла примерно на середину между островитянами и воинами, оказавшись рядом с кучей заготовленных для постройки длинных палок, и громко заговорила:
– Я рассказала им всё, как договаривались, но они хотят обсуждать вопросы только с вами. 
Нарис внимательно посмотрел на девушку и кивнул. «Вот ведь любитель молчаливо покивать», – подумала Анжелика, потом обернулась к Михаилу и сказала ему:
– Наверное, это значит, что они готовы разговаривать.
Михаил подошел к Анжелике и обратился к Нарису:
– Ты, судя по виду, будешь главный?
Нарис снова кивнул головой, не произнося ни звука.
– Не больно ты разговорчивый, я посмотрю. Значит так: отдать вам складной нож и соблюдать молчание это мы ещё согласны. Но вот девушку отдать в заложники – это уже перебор. Она уйдёт вместе с нами.
Нарис перевел взгляд на Анжелику, и та с виноватым видом пожала плечами. 
– Нет, – сказал он, грозно глядя на Михаила.
– Вот уж сказал, как отрезал, – тихонько прошептала Анжелика под нос. – Просто мастер красноречия.
– Значит, нет… – ответил Михаил.
И тут он сделал то, чего не ожидал никто: ловким движением ноги подбросил вверх один из лежащих на земле толстых заточенных прутьев и метнул его в сторону Нариса как заправский копьеметатель. Нарис, разумеется, молниеносно уклонился в сторону от пролетающего «копья», сделав перекат по земле. Затем резко поднявшись выхватил из ножен сразу оба своих меча и сделав профессиональный разворот приставил один из них к горлу девушки, глядя при этом в глаза Михаилу. Анжелика от неожиданности даже ойкнуть не успела.
– Если её жизнь дорога, она должна идти с нами, – медленно сказал Нарис, ужасно коверкая звуки. 
– Тихо-тихо, – Михаил выставил ладони вперёд, – ну, погорячился немного, бывает. Давайте вернёмся к мирному разговору?
– Разговора не будет. Всё сказано.
Нарис отнял меч от горла Анжелики и спросил у неё:
– Предмет есть?
– Да. Это нож, и он у него. – Анжелика указала рукой на Михаила.
Нарис молча протянул руку в ожидании, когда ему отдадут складной нож. Михаил нехотя вытащил его из кармана и отдал Нарису. Тот снова спросил у Анжелики:
– Они не будут говорить… много?
– Думаю, им можно доверять. Я всё же жизнью за это отвечаю…
Девушка многозначительно посмотрела Михаилу в глаза, ожидая ответа, и тот подтвердил:
– Да, я обещаю, что никто из нас не расскажет, что вы здесь живёте.
– Передай радио.
– Спутниковую рацию, – поправила его девушка, вытащила переговорное устройство из своего кармана и передала его Михаилу.
– Иди, – сухо приказал Нарис девушке.
Анжелика оглядываясь пошла в сторону, откуда пришли Мик с Нарисом.
– Вы обещаете вернуть её домой в целости и сохранности? – крикнула из стоящей в отдалении группы людей Татьяна Владимировна.
– Она будет дома, – ответил Нарис, сделал пару шагов назад, потом обернулся, пошел следом за девушкой и ловким заученным движением синхронно загнал оба меча назад в ножны.
Мик напоследок рыкнул на Михаила и клацнул зубами, что получилось у него весьма угрожающе, несмотря на человеческий облик. А затем развернулся и пошел следом за остальными. Через несколько шагов Нарис снова ловко увернулся от брошенного ему вслед копья, даже не оглянувшись при этом на бросившего, а затем скрылся в густых зарослях.
– Вроде всё удачно получилось? – осторожно спросила Анжелика, пробираясь через кусты. – И нож получили, и люди про вас не расскажут.
– Не тот план, – ответил Нарис.
– Знаю я… Но в результате то?
– Нормально. Идем домой.
– Ага… «домой».
Они втроём вышли на открытое место, где не было высокой растительности, и остановились, убеждаясь, что за ними никто не следует. Нарис снял с шеи медальон со светящимся голубым камнем, и протянул его девушке, держа за цепочку.
– Держи.
– Это что?
Он взял её руку, вложил в неё камень и зажал пальцы. Потом поднял руку вверх и повторил:
– Держи.
– Ты с ума сошёл? Она ведь может не пойти за нами? – спросил Мик.
– Тогда мы будем знать, где её искать, чтобы вернуть. 
– Решил проверить? 
– Хочу знать, приняла ли она то, что ей уготовано. 
– Делаем ставки? Если она останется тут, то ты будешь должен мне бочонок свежего эля. 
– Тогда… Если она пройдет за нами, ты будешь целую неделю ходить по Элифису в коротких штанах. 
– Чего-о-о? Так нечестно! 
– Ты сам предложил, – ответил ему Нарис, пожав плечами, а Анжелике сказал: – Говори: «макиар». Громко. Потом отпусти камень.