Ген бессмертия. Трилогия (СИ)
Тетя Света шлепнется в обморок, дядя Миша шлепнется на тетю Свету. Но я продолжала слушать с интересом. Чем еще огорошит меня моя «величайшая любовь»?
— На улицу без меня не выходи, необходимые продукты и вещи сможем покупать для тебя мы. С работы придется уволиться…
Я перебила:
— Эй, громила, притормози!
Он удивленно приподнял бровь, а я пояснила:
— Работу я бросать не буду.
На этом я решила настоять. Я не знала, чем закончится вся эта история, но сжигать последние мосты не собиралась. Думаю, я еще не до конца поверила во все, что со мной теперь происходило.
— Что за бред ты несешь? Там я не смогу постоянно быть рядом, – он говорил без раздражения.
— И что? Как я понимаю, вампиры не самые большие любители пощеголять на солнышке. То есть днем мне ничего не угрожает.
Вампиры не сгорали заживо от солнечных лучей, но в дневное время их силы становились существенно ниже. В любом случае, это время суток они предпочитали проводить в своих жилищах.
Он слабо улыбнулся, заметив:
— То есть ты так быстро забыла нашу первую встречу? Похитить тебя могут и днем, для этого не надо быть титаном реслинга.
Да, они с Теодором действительно похитили меня при свете дня. Но все же это произошло на улице, а не в помещении института, где постоянно присутствовало огромное количество людей. Ник может встречать меня прямо от дверей, если ему так будет спокойнее, что я ему и предложила.
— Я не хочу так рисковать… — но по его тону я поняла, что в этом раунде победила. Значит, мы все-таки иногда можем договориться. Это обнадеживало. Как и тот факт, что впервые за все время у нас состоялся адекватный диалог.
Весь день мы провели в заботах — сбор вещей, разговор с Бет, которая теперь была в курсе всех событий, переезд в ее загородный дом, который оказался очень внушительных размеров – двухэтажное здание, на первом ярусе которого располагались просторная гостиная, кухня, небольшая библиотека и огромная пустая комната, украшенная только зеркалами во всю стену, что-то вроде спортивного зала. На втором этаже находилось шесть спален, в одну из которых я и заселилась. На работу я тоже сходила, благо, сегодня по расписанию у меня стояла всего одна пара. А потом позвонила тете Свете и договорилась о вечернем визите с целью знакомства с «моим парнем». Она, конечно, удивилась, но с удовольствием пригласила нас к себе.
Ближе к вечеру я собиралась с духом, настраивая себя на предстоящий спектакль. Ник, постучав, вошел в мою новую комнату и сказал, что пора ехать. На нем были черные, довольно узкие брюки и черный же свитер из тончайшей шерсти, который облегал фигуру. И как, интересно, воспримет моя любимая тетушка такого красавчика в роли моего ухажера? Гришка, как ни крути, выглядел значительно проще. Про себя я отметила, что до сих пор ни разу не видела громилу в одежде других цветов.
Тетя Света открыла дверь сразу же после нашего звонка. Очевидно, она уже ждала нас. Памятуя о том, что вампирам требуется словесное подтверждение приглашения, я не спешила перешагивать через порог, дождавшись ее «Да проходите, проходите! Чего стесняетесь?». Мы зашли, и театр поднял занавес.
Ник пожал руку стоявшему в коридоре дяде Мише и представился:
— Николай.
Николай, значит. Ну что ж, Колян, начинай свой бенефис. Он галантно наклонился и поцеловал моей тете руку, вежливо добавив, что «очень рад знакомству». Ну, артист…
Нас усадили за накрытый стол. Ник ел все, что ему предлагали, уверяя тетушку в ее неоспоримых кулинарных талантах. Он с таким аппетитом поглощал еду, что я даже забыла о том, что большинство вампиров равнодушны к вкусу обычной пищи. Правда, и водку, которую предложил выпить дядя Миша, он потреблял с тем же самым восхищенным выражением лица, что и тетушкины равиоли, хорошо хоть не причмокивал от удовольствия. Коротко говоря, явно переигрывал.
Тетя Света не выдержала и наконец-то начала расспросы, ведь любопытство к тому времени уже разрывало ее изнутри:
— А кто Ваши родители, Николай?
Он отвечал, не задумываясь:
— Мама – домохозяйка, отец – декан биотехнологического факультета МГУ.
О как. А почему сразу не президент Зимбабве? Но родственники были явно довольны родословной моего нового ухажера, так уверенно оглашенной, что у них даже мысли не возникало о том, что эту информацию можно было бы и проверить.
— Но почему тогда вы живете тут, а не в Москве? – продолжала расспросы тетя.
— Из-за Ани!
Я даже вздрогнула от того, что он сказал чистую правду. Но дальше потекла несусветная чушь:
— Впервые я встретил Аню, когда приезжал с аттестационной комиссией в местный вуз. Она при первой же встрече поразила меня – красивая, уверенная в себе, одновременно скромная и язвительная, знающая себе цену, но без капли высокомерия. Уже тогда я понял, что таких девушек больше нет! И когда через пару месяцев к нам пришла разнарядка, я без колебаний согласился переехать сюда и работать в том самом вузе, где была моя Аня. Почти сразу после моего переезда, то есть год назад, мы с Аней начали встречаться.
Что он несет? Да еще и таким монотонным голосом, будто с листа читает. Неужели родственники не улавливают фальши?
— Но Аня никогда о вас не рассказывала… – смутилась от его «откровенности» тетя Света. – Да и на похоронах Риты я Вас, кажется, не видела.
Было бы странно, если бы она его там видела. Я судорожно соображала, чем можно было бы оправдать его отсутствие, но Ник среагировал первым и огорошил:
— Конечно, я там был! Неужели не помните? Маргарита Викторовна всегда была добра ко мне, хотя мы были знакомы с ней совсем недолго. Но тогда Ане и вам было слишком тяжело, а я не хотел докучать своим присутствием, ведь мы с вами даже не были знакомы. В такие моменты только родные могут оказать друг другу реальную поддержку, а я боялся оказаться лишним. А после Аня очень долго приходила в себя, я постоянно был рядом, но нам хотелось подождать с радостными новостями – сначала дать Ане пережить это горе, да и самим точно определиться, чего мы хотим.