Охота на лис

Дракон тем временем, задумчиво склоняя голову то так, то эдак, рассматривал живописное нагромождение бревен и каменных глыб, ранее бывших цельной конструкцией. Судя по всему, это зрелище не слишком его порадовало, потому что он вдруг сплюнул, как раздосадованный человек (сгусток сине-зеленого пламени выбил в земле глубокую воронку), и направился к месту нашего бывшего ночлега. Видимо, по его мнению, руины требовали более детального изучения.
— Кто я такая, в сущности, чтобы мешать хорошему человеку… э-э-э… дракону удовлетворять свое любопытство, — пробормотала я, пятясь, спустилась с горки и бегом присоединилась к Нашке, которая, высунув нос из ущелья, жмурилась на раннее солнце.
— Где ты там ходишь? — поинтересовалась она. — Смотри, я тропинку нашла.
— Скорее всего, это водосток… А я дракона видела!
— Ты его и сейчас видишь, — фыркнула Нашка.
— Болыио-о-ого дракона, — уточнила я, — размах крыльев — метров двадцать, не меньше. И мне почему-то кажется, что перед тем, как он отправится в обратный путь, нам лучше отсидеться под деревьями, если они здесь найдутся, конечно. Считай, что мне так будет спокойнее…
— Уф, надеюсь, это мы не его гнездо разнесли! — пробормотала Нашка, внезапно проникаясь трагизмом ситуации. — Что-то мне это не нравится.
— Мне тоже, — согласилась я, закидывая на плечо сумку, — но мы ничего не разносили, оно само рассыпалось. На этом и будем стоять до конца, что бы ни случилось!
Видимо, я переборщила с решимостью в голосе, потому что Наташу явно не порадовала перспектива.
— Лучше бы ничего не случилось, — отрезала она и потрусила по тропинке-водостоку.
При помощи магии вполне можно было расчистить завал и пройти в глубь обрушившейся пещеры, но Зеон не стал этого делать. Смотреть там теперь явно было не на что. Разве что на кристаллы силы, в изобилии покрывавшие близкие к статуе участки коридоров. Еще в последний свой визит в храм Зеон подумал, что эти камешки — потенциальные артефакты, но поленился отдирать их от стен. Сейчас же, как хранителю, ему оставалось только одно: сделать так, чтобы до кристаллов не добрались ничьи загребущие ручонки, которых в любом мире с избытком.
Как там говорил Нидхег по поводу пророчества: «Только Наследник сможет взять силу, и ему не помешают никакие преграды. Наша же задача — оградить силу от дурака и властолюбца». Силу-то он взял, но зачем защиту разрушать было? Трехсотлетняя октограмма, способная дематериализовать целую армию, выгорела дотла, а ее бы вполне хватило, чтобы прикрыть доступ всем желающим. Зеон заковыристо ругнулся и со вздохом принял свой человеческий облик: предстояло много работы.