Ищу тебя
— Спасибо, что ты искала меня. Что ты дала ответы на все вопросы, которые преследовали меня. За то, что в тебе есть все, что я желала бы видеть в своей матери. Ты тоже делаешь этот день необыкновенным для меня.
Мириам глубоко вздохнула, затем улыбнулась сквозь слезы, и в этой улыбке отразились искренняя радость и глубокое облегчение.
— Я не должна больше удерживать тебя. Пора. Иди к Джиму.
— Да, — согласилась Лейла, и сердце ее наполнилось счастьем при мысли о мужчине, ждущем ее, мужчине, любовь которого открывала перед ней новую жизнь.
Приемный отец взял ее за руку, чтобы свести вниз по боковому приделу, специально сооруженному для такого случая. Лейлу посетила мимолетная мысль о ее родном отце, и она пожелала, чтобы его дух покоился в мире. Затем заиграла музыка, и все повернулись к ней с улыбками на лицах.
Адель шла впереди в роли девочки-цветочницы и со счастливым видом разбрасывала по лужайке лепестки роз из корзины, украшенной лентами. Лейла не могла не отметить, какой многонациональной выглядела ее приемная семья сегодня, как индивидуален был каждый из них в своем выборе одежды.
Возникла небольшая заминка в свадебном шествии, когда Адель забыла, что должна делать дальше, и недоуменно уставилась на американского брата Лейлы, Ли Вильсона. Это был настоящий человек-медведь, ростом намного больше шести футов, с массивными плечами и огромной грудной клеткой. Роскошная шевелюра каштанового цвета обрамляла его лицо, внушавшее веем доверие. Какое-то врожденное свойство его натуры неизменно притягивало к нему как магнитом детей. Он наклонился к девочке и в своей мягкой, дружеской манере напомнил ей, как продолжить церемонию.
Все остальные члены семейства Вильсонов понимающе заулыбались. Ли всегда был Большим Братом для всех, и когда он посмотрел, улыбаясь, на Лейлу, она поблагодарила судьбу, которая привела ее, потерявшуюся девочку, неведомо какими путями к Ли Вильсону.
Но теперь она уже не чувствовала себя потерянной, ведь рядом с ней Джим. Лейла обратила свой взор к человеку, которого любила больше всех на свете, и откровенное обожание в его глазах заставило ее сердце забиться чаще. Джим протянул ей руку, и, когда их ладони соединились, ей показалось, что они стали единым целым.
Церемония бракосочетания была простой, но очень трогательной. Джим и Лейла поклялись друг другу в любви словами, выражавшими глубокую преданность. Когда ее китайский брат Дэн Сяо стал выводить своим великолепным голосом «Оду к радости» Бетховена, Лейле почудилось, будто ангелы запели внутри нее, и по выражению глаз Джима она поняла, что он чувствовал то же самое. Этот день был их солнечным днем, началом их совместной жизни как мужа и жены.
Когда Джим и Лейла повернулись, чтобы принять поздравления от семей, Лейла перехватила взгляд Тома, и они обменялись улыбкой, полной тайного смысла. В ее памяти продолжал звучать его голос, и теперь она знала: то, что он сказал, было правдой.
— Для Джима Фарли его страсть — это ты. Невозможно ошибиться, видя сияние такой любви.
И они с Джимом всегда будут нести в себе это сияние.