Заветное место

Сижу, с ужасом уставившись на дисплей. Интересно, может ли он проследить, где находится телефон, как полиция в телешоу?
Вскоре пришло еще одно сообщение. Вернись домой или получишь проблемы.
У меня пересохло во рту.
Потом еще одно. Я выслежу и притащу тебя обратно, сучка.
Наверное, он поедет искать нас на машине, но я сомневалась, что он обратится в полицию. В панике я выключила телефон, встала и выбросила его в ближайшее мусорное ведро.
 
Глава 5
 
В девять утра мы стояли у входа в «Центр помощи женщинам, подвергшимся насилию». В кафе задерживаться было нельзя: не хотелось тратить деньги на ненужный чай, и я чувствовала, что мы злоупотребляем гостеприимством хозяина.
Мы оказались не первыми, перед нами уже заняли очередь две девушки. У одной из них был подбит глаз, у другой – наложен гипс на запястье. У меня сердце оборвалось от сострадания, ведь мне приходилось бывать на их месте. Во время последнего избиения Суреш повредил мне ребра и челюсть. Обе девушки смотрели на тротуар, избегая разговоров, и я была с ними солидарна. Сабина по-прежнему терпеливо стояла рядом, что для восьмилетнего ребенка не совсем характерно. Пока удача была на моей стороне. Теплело, настал погожий для этого времени года день, и в пальто становилось жарко. В десять утра дверь открылась, и нас пригласили в маленькую прихожую. Мы снова присели, ожидая своей очереди.
Девушки зашли перед нами, и наконец нас с Сабиной позвали в маленький и довольно обшарпанный кабинет, где за заставленными стопками бумаг письменными столами сидели две сотрудницы. Нам предложили сесть на стул рядом с одной из них. Девушка отвлеклась от своих бумаг и улыбнулась.
– Добрый день, меня зовут Рут, – представилась она. Еще очень рано, но она, похоже, уже торопилась и тараторила, как по написанному. – Итак, чем мы можем вам помочь?
В двух словах я описала ей положение дел, что Сабина получила тяжелую психологическую травму, лишилась дара речи и что меня регулярно избивает муж. Мы ушли из семьи и из дома, и я больше туда не вернусь.
Она нахмурилась и со вздохом ответила, что не может определить нас ни в один женский приют. Все занято.
– Мне очень жаль, – со вздохом продолжила Рут. – У нас есть несколько домов – временных убежищ, и обычно удается разместить всех желающих, иногда даже на несколько ночей. К сожалению, девушки, которые стояли в очереди перед вами, заняли последние места.
У меня не было никакого плана на такой случай. Я думала, эта девушка, Рут, нам поможет. Похоже, я ошибалась. Ну что я за дура? Ведь мы могли бы оказаться тут гораздо раньше, если бы я знала, что помощь оказывается по принципу «кто первый пришел, того и пристроили».
Мы с Сабиной не сдвинулись с места. Нет, я была не в замешательстве. Я была абсолютно парализована страхом! Оказалось, что я тщательно спланировала только несколько шагов: продумала дорогу до службы спасения. Как я могла быть такой наивной? Если сейчас мы встанем и уйдем, то придется направиться в другое место, и я не представляла, куда именно. Это был удар под дых, который лишил меня почвы под ногами. Что делать?
– Знаете, всякое может случиться, – заверила Рут, заметив, что я не шелохнулась, – но в ближайшие две недели вроде бы никто не собирался покидать приюты. Даже не знаю, чем мы еще можем вам помочь.
Я сидела на стуле как влитая.
Наконец, Рут снова вздохнула, но по-доброму, без раздражения.
– Ну хорошо. Давайте вместе подумаем, как быть. Обзвоню всех, – предложила она. – Попробую для вас найти какой-нибудь вариант. Хотя бы на время. Это лучшее, что я могу сделать. Мы же не можем выставить вас с ребенком на улицу, верно?
«Верно, – думала я. – Не можете».
Она позвонила по нескольким номерам, пока мы с Сабиной терпеливо ждали. После каждого звонка Рут вздыхала все тяжелее, а мое беспокойство нарастало с каждой минутой.
Покачав головой, она объявила:
– Последняя попытка! Моя старая подруга, возможно, сможет помочь. Мы работали вместе много лет назад.
Рут снова застучала по клавишам, и я заметила, как крепко она сжала трубку. Похоже, она беспокоилась за нас сильнее, чем за остальных.
– Привет, Кристалл, – проворковала она. – Мне нужна твоя помощь, дорогая. Тут кое-кому очень нужно место, а у меня все занято. – Рут снова бросила на меня взволнованный взгляд. – Даже хостелы забиты, представляешь? А у нее ребенок… Ты сможешь их где-нибудь разместить? Хоть на несколько дней?
Я не слышала ответов ее собеседницы, но поймала себя на том, что задержала дыхание и молилась о помощи – не важно, каким богам или святым, родителям или предкам – да хоть кому-нибудь!
– Да-да, одна женщина с дочкой. Они обе очень, – еще один взгляд, – тихие.
Пауза. Через несколько мгновений она ответила:
– Спасибо, Кристалл. Ты – ангел! Я твоя должница навек.
Когда она положила трубку, в ее взгляде теплилось облегчение, и я поймала себя на том, что у меня, должно быть, такое же выражение лица. Я понимаю, что она нашла нам жилье. Безопасное место. Место, где нас не сможет отыскать муж.
– Мы посылаем беглянок в этот дом крайне редко, – предупредила Рут и улыбнулась. – Примите это как большое одолжение. Мы с Кристалл через многое прошли вместе. Прошу вас не беспокоить ее сильно, и, надеюсь, у нее с вами не будет проблем.
– Думаю, нет.
Рут погладила Сабину по голове, но та была, как всегда, бесстрастна. Рут записала нам адрес и передала его мне через стол.
– Прекрасный дом! Вам там понравится.
– Там безопасно?
– Да, – ответила она, – конечно.
Мне оставалось лишь уповать на удачу и молиться, чтобы слова Рут были правдой.
 
Глава 6
 
Суреш швырнул телефон на стол.
– Где она? – заорал он на родителей. В уголках перекошенного злобой рта появилась слюна. Мать с отцом, все еще в ночной одежде, съежились у кухонных шкафов. Он вытащил их из постели, когда, проснувшись, обнаружил, что Аиша и Сабина пропали. – Вы должны знать!
Первой заговорила мать. Ее голос дрожал, и он почувствовал отвращение.
– Сынок, мы не знаем.
– Как она могла уйти? Без документов? Без денег?
Его бумажник по-прежнему лежал на тумбочке, набитый банкнотами. Почему Аиша не взяла его? Ее паспорт Суреш хорошенько спрятал и был уверен: жена не решилась бы на напрасную попытку вернуться в Шри-Ланку самостоятельно.
– Вы давали ей деньги?
Они отрицательно покачали головами.
– Тогда как она отсюда выбралась? Куда могла податься? У нее были друзья, о которых я не знал? Мужчина?
– Нет, – ответила мать. – Ничего такого, Суреш. Я уверена. Аиша хорошая верная жена.
– Тогда почему она не здесь?
Он ощутил приступ жгучей ярости. Старики были такими слабыми, покладистыми, мягкотелыми, что хотелось их хорошенько встряхнуть или стукнуть.
– Она забрала Сабину, моего единственного ребенка, и вы ей это позволили.
– Но мы ничего не слышали, – запротестовала мать.
– Не лги! Не верю ни единому слову! Один из вас что-нибудь да знает, – он ткнул пальцем матери в лицо, – и когда я вернусь, выясню, кто именно.
Выскочив из дома, он запрыгнул в машину и завел мотор. Когда она ушла? Странно, что он так сильно вырубился. Почему он ничего не услышал? Закрывшуюся дверь, скрип половицы? Эта забитая идиотка будто растворилась в воздухе! Твою ж мать!
Бесцельно катаясь по улицам города, он размышлял, куда могла отправиться Аиша. Изо всех сил напрягал воображение, но так ничего и не придумал. Должно быть, у нее все-таки был хахаль, о котором он не знал. Что же, когда он ее найдет, она и за это заплатит. Аише не следовало иметь секретов от собственного мужа. Теперь он позаботится, чтобы она неделю встать не смогла, не то что уйти из дома. И дочери тоже пора бы рожки обломать. Девочка становится непослушной и своенравной, как мать.
В полицию обращаться не стоит, это точно. Чем меньше Суреш контактирует с парнями в синем, тем лучше. К тому же что они могут сделать? Дело-то семейное. Лучше решить его в частном порядке, и он знал, к кому обратиться.