Мафусаил, или Дар младшего бога (СИ)

Элиот молча смотрел на любовника, от пережитого шока он не мог пока что даже говорить. К тому же, снова кружилась голова. Тяжело дыша, едва отходя от пережитого ужаса, омега прислушивался к себе. Он вдруг явно сообразил, что с ним что-то происходит, что-то меняется. И когда Джорджуан попытался взять его, чтобы перенести на диван, Элиот как очнулся.
- Не трожь меня!
- Я не собираюсь тебе вредить, я не хочу чтобы ты лежал на полу. И надо еще руку перевязать…
- Ты обещал не обижать меня. - Прошептал Элиот.
- А ты обещал ребенка. - Не своим голосом произнес Джорджуан и отвернулся. В это время в дверь постучали, и в комнату вошел личный доктор, немолодой бета. Увидев лежащего на полу омегу, он тут же к нему кинулся.
- Что с мальчиком? Вы его били? Боже, какая рана на руке.
- Вы таблетки принесли? - Сухо поинтересовался Джорджуан. - Мальчик хочет сделать аборт. Потрудитесь это организовать ему, прямо сейчас.
- Да, конечно. - Доктор никогда не спорил с магнатом, уже не первый раз сталкиваясь с тем, что приходится оказывать помощь в том числе Элиоту, неоднократно битому. Посадив омегу на диван, врач взял стакан с водой, сунул в руку мальчишке, а в другую положил крупную таблетку фиолетового цвета. - Это хорошее лекарство. Надо выпить, плод выйдет через час, почти безболезненно.
Джорджуан стоял возле окна, мрачно поглядывая на сидящего на диване Элиота, который держал в руке таблетку. Омега не шевелился.
- Да в рот ему положи. Видимо, он не может опомниться от счастья, что аборт сделать разрешили. - С горькой усмешкой произнес альфа и отвернулся. Он не мог и не хотел видеть, как Элиот убивает его будущего ребенка.
Бета кивнул, снова взял в руки таблетку, сунул ее в рот мальчишке и прошептал.
- Глотай и запивай водой.
Элиот покосился на доктора и вдруг выплюнул лекарство на пол. Воцарилось молчание. Врач смотрел на бледного, едва сидящего на месте омегу, затем повернулся к стоящему без движения Джорджуану. Тот смотрел в окно, с каменным, непроницаемым лицом.
- Он, кажется, не хочет пить таблетку… Выплюнул.
Магнат вскинул брови и повернулся, не сводя глаз с любовника. На его лице отразилось удивление и какая-то болезненная усталость.
- Что опять не слава богу?
Омега молча поднялся и, покачиваясь, направился к двери.
- Ты куда? - Джорджуан подбежал к Элиоту и взял его за руку, на что тот сжался и опустил глаза. - Куда ты пошел?
- Мне плохо. - Прошептал мальчишка.
- Иди пей таблетку. - Мужчина с силой отодвинул Элиота от двери и усадил на диван. - Ты аборт хотел сделать.
Мальчишке снова протянули таблетку, вместо той, что теперь валялась на ковре. Но омега отвернулся и закрыл лицо руками.
- Если ты думаешь, что я приведу свою угрозу в исполнение… Не убью я тебя. - Джорджуан покачал головой. - Лучше, если ты сделаешь аборт сейчас, а не опомнишься, когда живот выпирать будет.
Элиот молчал. В голове стучало, его подташнивало, хотелось лечь на бок и лежать, не двигаясь.
- Я рожу тебе ребенка. Если ты так его хочешь, рожу.
- Но ты же не хочешь. - Джорджуан смотрел на любовника с тоской. - Ты лишен родительского инстинкта, а я сделал глупость, что настоял на зачатии. Это все не для тебя.
- Я не знаю, хочу я или нет. Я боюсь. - Элиот заплакал. - Ты однажды в порыве гнева изобьешь меня. А я с животом даже убежать не смогу. Ребенок не для меня. Но если бы его отцом был кто-то другой, мне было бы проще! Тот, кто не угрожает мне.
- То есть ты не хочешь от меня рожать? - Джорджуан сжал губы, с трудом сдерживая волны гнева.
- Да мне плевать от кого, чья это сперма. Ты меня сейчас едва не убил. А потом тебя переклинит, и ты меня забьешь до смерти, вместе с ребенком. А если не ты, то кто-то еще, кому я перебежал дорогу. - Омега громко всхлипывал. - Фокс захочет отомстить, Ален, которого мы сделали бесплодным, да кто угодно! Кто угодно… Когда я один, я не боюсь. Я живу для себя. А что мне делать, когда у меня появится ребенок, да еще и в животе? Когда он станет заметен, всем?
- Я тебе приставлю личную охрану. - Джорджуан с удивлением слушал рассуждения Элиота.
- А от себя ты меня как защитишь? Тебе придет в голову, что я тебе изменяю…
- Пока у тебя беременность, я тебя пальцем не трону! Даже если ты переспишь с футбольной командой! Сейчас же я тебя не бил.
- Ты меня напугал до истерики. Странно, что я не выкинул после такого. И без таблеток. - С презрением произнес Элиот, глядя в лицо Джорджуану. Омега теперь ненавидел своего любовника, любое покушение на свою жизнь мальчишка считал самым страшным оскорблением, которое возможно ему нанести. Но, ситуация была безысходна. Деться от альфы было некуда.
- Я очень хочу наследника. Если ты его родишь, то я тебе прощу все.
- Я тебе его рожу. - Вздохнул омега. - А теперь, можно мне принять душ и лечь поспать?
- Да, я тебя провожу в комнату, а доктор даст какое-нибудь успокоительное. - Джорджуан был и рад, и не рад решению Элиота. Мальчишка на любом этапе мог выкинуть абсолютно любой фокус. Но, не потому ли магнату он и нравился?
Когда Джорджуан вернулся обратно к себе в кабинет, он был настолько вымотан, что налил себе полстакана коньяка и залпом выпил его, не закусывая. Только теперь он начал осознавать, какую ошибку он совершил, заставив любовника забеременеть. Но, при этом, внутри магната все торжествовало. Он получит наследника, и родит его Элиот.
========== Глава 49 ==========
Святая обитель при Ордене, построенная более четырехсот лет назад, со дня своего основания, наверно, не знала тех проблем, что устроил Ален. Делал он это, конечно, не для того, чтобы опозорить и обесчестить святые стены, но по факту получалось именно так. Что может быть хуже, чем самоубийство в монастыре? Самое страшное преступление в христианстве могло бросить тень на репутацию обители.
Омегу держали под постоянным контролем, разговаривали с ним, пытались утешать, но помогало это слабо: каждый день Ален устраивал все новые сюрпризы. Он упрямо не хотел жить и демонстрировал это при любом удобном случае: голодал, резал вены, пытался удавиться. Для мальчишки был даже вызван психиатр, который настоятельно порекомендовал отправить суицидника в какую-нибудь специализированную клинику. И монахи с огромным удовольствием так бы и поступили, если бы не боялись нарушить приказ Командора, то есть Дугласа. Но бета находился в больнице, с тяжелым ранением, и обращаться к нему по деловым вопросам запретил сам Магистр.
Поэтому, чтобы омега дожил до встречи с Дугласом, его стали пичкать таблетками и запирать в комнате без мебели, с одним матрасом, где он и проводил дни и ночи, глядя часами в одну точку и наотрез отказываясь от еды. Было очевидно, что он болен, но основная проблема лечения состояла в том, что Ален сам не хотел выздоравливать. Убедив себя, что он должен быть наказан и не достоин жить на белом свете, омега изводил себя любыми способами. Устав видеть это медленное угасание, монахи в лице аббата обратились напрямую к Магистру. Надо было что-то делать, причем срочно.
Когда Магистр узнал о том, что происходит с человеком, которого, ценой своего здоровья, защищал Дуглас, он был взбешен. Однако, понимая, что зачем-то бета это делал, глава Ордена решил, что пускай Командор сам и разбирается. Доктор уже вовсю шел на поправку, до выписки оставалось несколько дней, поэтому Магистр отправил к бете одного из своих помощников, молодого альфу Риана, который, как и Дуглас, не был монахом, однако занимал должность в структуре Ордена. Риану было двадцать семь лет, он работал в секретариате и занимался внешними сношениями Ордена - как переводчик. К тому же, альфа обладал удивительной прозорливостью, которая граничила с мистицизмом.