Королевский контракт, или Битва за Золушку (СИ)

"Я ТЕБЯ УНИЧТОЖУ. Я ТЕБЯ УНИЧТОЖУ. Я ТЕБЯ УНИЧТОЖУ"…
Этого определенно не стоило делать. Абсолютно точно не стоило. И все же я, сделав несмелый шаг вперед, присела рядом с отвалившимся подоконником и потянулась к нему руками, чтобы как можно скорее поставить на место…
Словно вспышка, мрачная и алая. Этот самый подоконник — точно так же перевернутый. И стоящая рядом с ним женщина с осунувшимся лицом. Ее пышные рыжие волосы были растрепаны и вздымались с каждым резким движением, с которым она водила своим порезанным пальцем по внутренней стороне подоконника, выписывая всего три слова: "Я ТЕБЯ УНИЧТОЖУ". Раз за разом. Нервно, с безумной истеричной страстью повторяя их своими бледными, потрескавшимися и искусанными до крови губами.
Как вдруг она замерла, так и не дописав последнего слова. Лишь уставилась куда-то невидящим взглядом, прежде чем пробормотать:
— Да, конечно, я передам Калиостро. Рональд сделает все как нужно.
После чего резким движением поставила подоконник обратно, хорошенько его придавив — так, чтобы он плотно встал на прежнее место. А затем подолом собственного платья торопливо вытерла с него капли крови, капнувшие с пальца, и бросилась к книжным стеллажам. Где достав один из фолиантов, разложила его на рабочем столе. И сверяясь со страницами, принялась водить здоровым пальцем по строкам, как будто выискивая какие-то определенные слова. Время от времени она замирала, считая строки и слова в них, а после записывала какие-то цифры на листке бумаги.
Закончив, женщина поставила книгу на место, а лист поспешила спрятать в карманах одной из юбок…
Жадно вдыхая воздух, я стояла, словно застывшая статуя, и пялилась на стену впереди себя. Это… что это было, черт возьми?
Рональд. Имя несовершеннолетнего кронпринца, казненного вместе с матерью за государственную измену больше года назад. А эта женщина… теперь я четко рассмотрела ее лицо, и сомнений быть не могло. Раньше я видела его лишь в газетах, улыбчивым и благородным. Но без сомнений, это была она: Матильда Блейд, покойная королева Арчесара.
Сорвавшись с места, я подбежала к стеллажу и отыскала на нем книгу, как оказалось, стоявшую на прежнем месте. Ту самую, которую в жутком видении брала она. Вот только сколько я ни трясла ее, сколько ни всматривалась в страницы — это, казалось, был обычный приключенческо-любовный роман, не более.
И лишь поставив фолиант на место, я тяжко опустилась в кресло, пытаясь снова обрести способность дышать. Потому что… потому что…
Если эта женщина в самом деле раньше находилась здесь, в одиночестве, и чувствовала себя в этих стенах настолько беспечно, что занималась такими вот "письменами" на подоконниках… то значить это могло лишь одно. Что когда-то давно, еще до казни королевы Арчесара, эти покои принадлежали ей. И Эдвард Блейд, приведя во дворец в качестве фаворитки, поселил меня именно здесь.
  
ГЛАВА 6. Имя
 
Я больше не заходила в библиотеку. Просто не пересекала порог этой комнаты, а когда слышала долетавшие оттуда странные звуки посреди ночи — затыкала уши. Делала вид, будто ничего не слышу и не замечаю. Точно так же, как и в постели с королем Арчесара. Нужно просто привыкнуть и принимать все как должное.
Если забыть об этих незначительных мелочах, жизнь во дворце была какой-то странной сказкой, где со всех сторон меня окружала невиданная роскошь. И в то же время мне не удавалось избавиться от странного навязчивого чувства, будто за моей спиной постоянно шипят змеи. Тем не менее, ни одна из них не пыталась напасть и укусить, так что и на это можно было сделать вид, будто ничего не замечаю.
Да, все замечательно. Нужно лишь закрыть глаза. И тогда точно не останется сомнений в том, что никаких неприятностей нет. Мне вовсе не трудно жить в этой роли, и никаких мурашек по коже. Потому сегодня я пришла в святилище при дворце просто так. В конце концов, я и в своем-то мире никогда не была особо верующей. С чего бы мне просить помощи у неизвестных богов чужого, вознося им молитвы, оставшиеся в наследство из памяти Зельды? Так что… это лишь праздное любопытство. Желание своими глазами увидеть местный храм, да еще и дворцовый — по слухам, самый роскошный в королевстве.
Переступив порог, я бросила в чашу для пожертвований одно из бесчисленных золотых колец, подаренных мне Эдвардом. Конечно, хватило бы и просто звонкой монеты… но у меня, увы, не было ни гроша. Лишь горы драгоценностей, которыми король завалил свою любимую игрушку. Да и о том, что мне могут понадобиться деньги, даже речи быть не могло. Зачем? Еда, наряды, украшения… все, что только могло понадобиться, слуги приносили мне по первому требованию. В пределах дворца не было ничего, за что мне понадобилось бы платить деньгами. Ну а за его пределы, естественно, я не могла даже мечтать просто так взять и ступить. Лишь в сопровождении короля, владеющего контрактом на мою опеку, если он вдруг однажды решит прогуляться со мной где-нибудь, или взять меня в поездку на отдых, скажем, в загородной резиденции, или в каком-нибудь живописном курортном городке на южном побережье Арчесара.
Так что единственным, что я могла бросить в чашу для пожертвований придворного храма, было драгоценное кольцо. Самое простенькое из тех, что я нашла в своих шкатулках с украшениями.
Оказавшись внутри святилища, я замерла, пораженная его красотой. Слухи не врали, здесь в самом деле было волшебно. Инкрустированные янтарем стены, украшенные золотом и самоцветами шесть алтарей каждому из богов, серебряные статуи в золотых одеждах, искусно усыпанные драгоценными камнями… Восхищенная, я могла лишь смотреть на все это великолепие широко распахнутыми глазами. И не сразу обратила внимание на то, что кроме меня, в храме был еще кто-то.
Сердце сжалось и я едва не развернулась, чтобы сбежать подальше отсюда. Потому что человеком, пришедшим в храм этим утром, был никто иной, как Ричард Блейд. Стоя у алтаря одному из богов, он вел неторопливую беседу с каким-то мужчиной на порядок старше.
— Все будет сделано, ваше высочество, — учтиво поклонившись, проговорил человек, прежде чем развернуться и направиться к выходу из святилища.
Тогда-то принц и заметил меня. Я же отчаянно пыталась понять, почему вместо того, чтобы бежать, лишь подошла к нему поближе.
— Доброе утро, Зельда, — наконец проговорил он, поцеловав мою руку. Ощутив прикосновение его губ к нежной коже на тыльной стороне моей ладони, я поняла, что коленки снова предательски задрожали.
— Доброе утро, ваше высочество, — выдохнула я в ответ, понимая, что мне отчаянно не хватает воздуха.
— Не знал, что вы посещаете храм при дворце.
— Я здесь впервые, — поспешила сообщить я. — Очень захотелось посмотреть на местную обитель богов.
— Сомневаюсь, что боги в самом деле обитают здесь, — неожиданно хмыкнул Ричард. — Как мне кажется, им больше по нраву полуразвалившиеся храмы в отдаленных бедных провинциях, чем вся эта показушная роскошь в святом месте.
— Кто знает, возможно вы и правы, возможно нет, — пожала плечами я. — Воля, предпочтения и моральные принципы богов в действительности довольно странная и загадочная вещь.
— И боги на самом деле могут оказаться такими же мелочными, алчными и слепыми, как люди. Но при этом лишь изображают скромность перед толпой нищих, чтобы расположить их к себе и вызвать благоговейный трепет.
— Я никогда не исключала подобной вероятности, — кивнула я. — Но почему же тогда вы сами пришли сюда?
— Была необходимость, а это место отлично подходит для ее удовлетворения. В конце концов, придворные крайне редко молятся, обычно только по праздникам. Даже в настолько роскошном святилище. Потому если нужно уединенное место, где твой разговор никто не услышит, то в будний день лучшего места не сыскать.
— Трудно не согласиться, — протянула я, оглядывая пустой храм.
— Что поделать, боги слишком эфемерны. Придворные же предпочитают молиться чему-нибудь более материальному. Например, королю. Так что не тратят в храмах время почем зря чаще, чем это необходимо по этикету.