Эсперанса

Между тем Чарльзу нелегко было провести испуганную компанию вверх по крутому склону через кустарник. Правда, большая часть поклажи была уложена на мулов, но все-таки каждый нес в руках тоже довольно много, поэтому идти было трудно. Добравшись до наиболее опасного места, Чарльз влез на дерево и в подзорную трубу разглядел, что дикари заняты в лагере свежеванием убитых животных; очевидно, они готовились хорошо подкрепиться перед нападением, а это давало защитникам Эсперансы несколько лишних часов.
Наконец Чарльз благополучно довел своих спутников до пещеры; несмотря на невеселое душевное состояние, все невольно были поражены величественной тишиной и красотой этого мирного уголка.
Чарльз наскоро показал кузинам различные отделения пещеры, сказал, чтобы они не забыли накормить лошадей, затем, пообещав так или иначе дать знать о всем, что произойдет в Эсперансе, поспешил на помощь в дом.
Оставшиеся стали немедленно располагаться в пещере и разбирать корзины, откуда Нанни достала припасы и приготовила ужин. Однако есть почти никому не хотелось.
Ночью Мария и Мери взобрались на гору — поглядеть, что делается в лагере индейцев. Оказалось, те готовились к походу и были уже на лошадях. Впереди на белой лошади ехал кто-то в алом пончо, с головным убором из страусиных перьев. По длинным косам девушки поняли, что это женщина, должно быть, мать Павла.
С громкими пронзительными криками вся ватага с места перешла в галоп и быстро исчезла из виду.
Взволнованные девушки поспешили в пещеру.
— Ах, мама, мама! — воскликнула, бросаясь к матери, Мери. — Индейцы поехали в Эсперансу! Что будет с братьями!
— Успокойся, дитя мое, — проговорил мистер Мертон, — и братья твои, и все мы находимся под охраной Господа Бога! Будем лучше молиться Ему!
И, опустившись на колени, мистер Мертон горячо прочел вслух молитву об отсутствующих.