Галантный прогрессор (СИ)
Сашка, честно говоря, растерялся: не ожидал такого поворота. Но тянуть с ответом было нельзя, и потому он ляпнул:
- Принимаю, Ваше Императорское Величество. Только я ведь не католик, я вообще атеист.
- Ерунда. "Париж стоит мессы" - сказал некогда Генрих 4-й и перекрестился из протестанта в католика. Вам будет значительно проще: не веря в бога, Вы формально можете стать хоть католиком, хоть мусульманином, хоть иудеем. Но эту формальность при браке с моей дочерью (как и предварительное обретение титула герцога Миланского) нужно соблюсти. Я вижу, Вы мнетесь? Вы что, успели жениться?
- Я не женат, но у меня есть дом в Турине, в котором живет любимая мной семья: женщина и двое детей.
- Алекс! Я прекрасно успела Вас изучить: Вы бабник. Со временем у Вас в большинстве столиц Европы образуются подобные семьи, и всех их Вы будете искренне любить. Я говорила об этой Вашей особенности моей дурочке, которая сказала: пусть! Он таков, но разлюбить его я не могу. И полюбить другого мужчину тоже. И знаете, что я подумала? Ее судьба будет похожа на мою: ведь и я беззаветно люблю Франсуа, который успевает кроме меня любить то одну, то другую фаворитку. Таковы, впрочем, и многие другие правители Европы. Видимо, это особенность нашего века....
Сашка вышел из малой гостиной с чувством, что только что побывал в шестеренках какой-то машины, чудом уцелел, но стать прежним ему больше не суждено. Прощай, беззаботная холостая жизнь, вольные перемещения без руля и ветрил, свобода! Даже флиртовать с милашками он будет теперь иначе: осознавая, что согрешил. В некотором унынии он шел по коридорам и лестницам Шенбрунна, как вдруг был остановлен чьей-то рукой. Он поднял голову и увидел перед собой полноватого остроносого господина, в котором через мгновенье узнал русского посланника Генриха Кайзерлинга.
- - Герр Чихачев! - воскликнул посланник. - Простите, граф фон Руссиц! А я именно Вас разыскиваю. У меня есть для Вас послание императрицы Елизаветы Петровны.
- В смысле графа Бестужева? - уточнил Сашка.
- Нет, именно императрицы. Адресовано Александру Чихачеву, графу Руссицу.
- Ну, давайте, - промямлил граф Руссиц.
В письме, написанном на гербовой бумаге ровным почерком (вероятно, переписано с оригинала или записано со слов), было следующее:
- Господинъ Александръ Чихачев, граф Римской империи фон Руссиц. Дошли до меня сведения о подвигах твоих егерей на службе короля Польши Августа Саксонскаго. Подобныя егеря хотела бы я заиметь в войске русскомъ. Потому велю тебе прибыть немедля к моему двору в Санктъ-Петербург да с пяток тех егерей прихватить с собой для показу. Божьей милостью императрица всея Руси Елисаветъ
Вот так, ни больше, ни меньше. "Здесь будет бал, там детский праздник, куда ж поскачет наш проказник?", - пробормотал Сашка по-русски.
- Вижу, Вы немедленного ответа мне не дадите, - сказал Кайзерлинг (по-немецки, естественно). - Дом мой Вы знаете, буду ждать Вас там завтра и лучше поутру.
- Яволь, герр Хайнрих. Завтра буду. Вероятно, мне потребуется Ваш совет.
- О, я люблю давать советы. Они ничего не стоят, а человеку делается приятно. Вам, впрочем, я постараюсь помочь всерьез - Вы того заслуживаете.
На этом позвольте мне, любезные читатели, проститься с вами. Понимаю, такая концовка книги очень раздражает нервы, но что поделать, я и сам не знаю, как поступит мой безбашенный герой: то ли пленится будущим под голубыми небесами Италии, то ли его загрызет ностальгия по среднерусским осинам и березам, среди которых вполне может появиться высокая всадница со строгим и милым лицом....
Красноярск, март, 2017 г.