Не хирургическое вмешательство (СИ)
— Ты же не хочешь сказать, что… — с мелкими паузами промямлила Мира.
— Да, именно это я и хочу сказать, а вернее, предложить. Терпеть не могу дурацких церемоний и всего прочего, — поднимаясь с колен, он вплотную приблизился к девушке. — Мир, я очень тебя люблю! Не знаю, когда именно это понял, да и не хочу гадать! Ты заставила мою жизнь кардинально поменяться, конечно же, в лучшую сторону, — она улыбнулась. — Я не знаю, что будет дальше, так как попросту не ясновидящий, но единственное, в чем я уверен — это то, что на миллиард процентов хочу видеть тебя рядом с собой все оставшиеся годы, — приложив ладонь ей к животу, он провел большим пальцем по нему. — Вот это тому подтверждение!
— Иии?.. Ты…
— Ты выйдешь за меня замуж? — быстро выпалил он. — Не обещаю, что будет легко, сама знаешь мой характер, но… — было последнее, что сказал Алексей перед тем, как Мира заткнула его нежным поцелуем, полным неожиданности, радости и безмерного счастья.
— Да, я согласна стать твоей женой, — прошептала она ему в губы, — но только…
— Но, только что? — немного отстранившись, Родс снова принял серьезный вид.
— Если пообещаешь больше не делать такое серьезное лицо, и никуда не сбегать!
— Никогда! — беря ее за руку, парень открыл коробочку, и аккуратно надел ей кольцо, сверкнувшее, отражая огни ночного города, на безымянный палец.
— Оно теперь мое?
— Ну, если разок разрешишь одеть, похвастаться подружкам, — хитро улыбаясь, — то и мое, конечно же, а так — носи на здоровье!
— Во дурак… — губами прошептала Мира.
— Дурак со стопроцентным слухом, госпожа Родс! Так что не надо мне тут!..
— Будущая госпожа Родс, — тактично поправила она его.
— С момента, как я надел тебе вот это вот кольцо на вот этот вот палец — ты, пускай еще не официально, но становишься именно Родс! И даже не думай оставить свою фамилию, — он вскинул бровями, — поняла?
— Это почему это? — вставив руки в боки, девушка приблизилась к столику, отщипывая виноградинку. — Мне моя — вполне нравится.
— Как и мне, но каждый по-своему «метит» территорию.
— То есть я теперь помечена?
— В каком-то плане — да!
— Вот вечно ты портишь такие невероятные моменты! Во все нужно вмешаться… Везде командовать… Лучше иди сюда, — раскрывая руки для объятий, — жених…
— Но ведь это совсем не хирургическое вмешательство, Мир! — приобнимая ее за талию. — Значит, вполне допускается кривой надрез, неровный шов, или же вечное раскаяние.
— Перед кем, чем?
— Перед своей холостяцкой жизнью, за то, что вот так мгновенно решил прервать ее!
— Неужели это настолько плохо? Ну, — придерживая его за шею, — что ты больше не холостяк?
— Это, — прижав Мирославу еще сильнее к себе, и, положив голову ей на правое плечо, Алексей прикрыл глаза, расплывшись, впрочем, как и она, в очаровательнешней улыбке, — настолько хорошо, что кажется идеальным сном!
— Не волнуйся, когда ты проснешься, я все еще буду рядом, мой любимый, остроумный хирург…