Не смейся над любовью!
— Что ты имеешь в виду? — спросила Антея.
Он прижал жену к себе, его губы коснулись ее бархатистой кожи. Потом он сказал:
— Я говорю о нашей семье, моя обожаемая Антея. У меня не было Таис, Хлои и Фебы, не с кем было посмеяться.
Нежно касаясь ее губ, герцог спросил:
— Любовь моя, ты подаришь мне дочерей, таких же красивых, как ты?
Он почувствовал, как дрожь пробежала по ее телу, прежде чем она прошептала:
— Только если… ты подаришь мне… сыновей, похожих на тебя…
Тут герцог начал осыпать Антею такими горячими и страстными поцелуями, что она не смогла закончить фразу.
Антея почувствоваа, что в ней пробуждается не менее горячее желание. Она прильнула к мужу. У нее опять возникло чувство, что она одновременно пленница и победительница, — это чувство, как знала Антея, и есть признак истинной любви.
Все, что есть прекрасного и святого, все, что она слышала в музыке, видела в картинах и находила в поэзии, воплощало охватившее ее чувство.
Их союз предначертан судьбой, и она должна была отдаться этому чувству полностью.
Губы герцога становились все настойчивее.
Она чувствовала объятие его сильных рук, слышала совсем рядом биение его сердца.
И она со счастливым вздохом отдалась любви. Любви, которую благословляли небеса.