Первое правило (СИ)
Вряд ли Игорь оценил бы букет красных роз, воздушный шарик-сердечко или надпись на асфальте. Пригласить его в ресторан было банальнее некуда, да и не любил он их, предпочитая избегать пафоса подобных заведений и проводить вечера дома, а если уж так захочется чего-нибудь по-ресторанному изысканного, заказать это в службе доставки.
Судный день приближался с угрожающей скоростью, Май, вовремя не заказавший столик в ресторане, пытался отыскать свободное место хоть где-нибудь, пока проницательная Вера тайком выспрашивала у меня: «Собрался этот придурок уже дарить кольцо или нет?», а я все так и не мог придумать, что мне сделать. Я, конечно, понимал, что Ковичу, скорее всего, понравится то, что я хочу ему сказать, в любом случае, но хотелось для него чего-то особенного, чего-то такого, чтобы он понял, что эти чувства у меня — всерьез и навсегда.
В конце концов, когда наступило четырнадцатое число, а я так и не придумал ничего особенного, решил подарить ему часы и сделать на них гравировку, и даже почти дошел до ювелирного, где продавалась нужная модель. На парковке около магазина возле одной из машин, прижавшись к колесу, сидел маленький пушистый котенок, шерстка была почти полностью черной, белыми были только кончики ушей и хвоста. Мне мигом вспомнился недавний разговор с Игорем, он рассказывал о своем детстве и обмолвился о том, что больше всего он мечтал о котенке, а родители подарили ему щенка, с которым тоже было весело, но совсем не то.
Маленький котейка сначала испуганно сжался, когда я взял его на руки, но отогрелся и, убедившись, что ему не только не причинят вреда, но и будут приятно чесать за ухом, коротко мявкнул и затарахтел, мурча.
… Кович готовил ужин с претензией на праздничность. На сковороде тушились овощи, а на разделочной доске ждало своей очереди нечто, в чем я не без удивления узнал куриные сердечки. Вполне себе валентинки.
— Пришел? — Стоящий ко мне спиной Игорь не спешил поворачиваться. — Иди мой руки и раздевайся.
— Что, совсем? — насмешливо фыркнул я. — Трусы-то хоть можно оставить?
— Можно, — согласно кивнул Игорь. — Только смысл? Я же все равно их с тебя потом сниму.
Я улыбнулся и почувствовал, что в кои-то веки со всей ответственностью могу не только заявить, что я люблю этого мужчину, но и объявить это ему.
— Игорь? — тихонько позвал я.
Он вздрогнул то ли из-за того, что я нечасто его так называл, привыкнув обращаться по фамилии, то ли от того, что проснувшийся котенок решил подать голос, медленно повернулся.
— Вот. — Я аккуратно протянул ему котенка. — Теперь у тебя будет кот, совсем как ты мечтал.
Игорь осторожно взял котейку на руки. Котенку незнакомые руки понравились, и он решил попробовать их на вкус, впившись острыми зубками в ладонь.
— С хар-а-а-ктером, — довольно протянул Кович. — Совсем как ты. Он чудесный. Спасибо тебе, Дань. — Он потянулся и чмокнул меня в щеку.
Я выдохнул, как перед прыжком в воду, отобрал у него кота и отпустил исследовать новую жилплощадь, схватил ладонь Игоря, потом ее отпустил, очень захотел убежать и, наконец, выдохнул:
— Игорь, я это…
— С курсовой помочь надо? — ухмыляясь, предположил он. Кович умный. Мудрый. И, кажется, давно уже догадался, что именно я собираюсь ему сказать. И в его сияющих глазах был ответ на все мои невысказанные вопросы и на все мои опасения. Мои чувства взаимны, можно даже в этом не сомневаться.
— Я тебя люблю.