Тридцать один Ученик

замурчал от удовольствия. Хотя иллюзия мгновенно рассеялась, когда она неожиданно шлепнула меня по голове. Аж в ушах зазвенело.
— Ничего себе простенькое заклинание, — вытаращился голем, крутя каменной башкой. — После такой ворожбы он под пытками слова не проронит.
— Точно, — улыбнулась в ответ Оксана, словно получила долгожданный комплимент.
Меня веселиться чего-то не тянуло. Сами по себе пытки уже не приводили в восторг. А если учесть, что как бы палач ни старался, он ничего не добьется и, скорее всего, запытает меня до смерти, вообще неясно, что так радует защитницу.
— Ведите нас, Люсьен. Расскажу по дороге.
Я кивнул. Брусчатка послушно выполняла приказы Оксаны, а я только успевал показывать дорогу. Мы понеслись прочь от порта, придерживаясь набережной с длинной изгибающейся волной мраморной балюстрадой и толстыми фонарными столбами, похожими на вынырнувших из воды пучеглазых рыб.
— Меня вправду зовут Оксана Росянка, — начала она. — Я на самом деле потомственная охотница на вампиров. Когда не стало родителей, дядя Антуан принял меня в Орден. Он заменил мне отца. Не знаю, где бы я была, и что бы делала, если бы не он. Дядя научил меня всему. Благодаря ему, я стала одной из лучших защитниц, и это не похвальба, — она улыбнулась. — Мне доверяют самые важные и секретные задания. А моя последняя миссия, сверхсекретная, поэтому я навела на вас печать молчания. О ней не должен знать никто в тридцати мирах! Даже защитники. Среди нас есть изменник!
Я громко охнул. Защитник — предатель. Это немыслимо. В Орден отбирали самых надёжных, самоотверженных и бескорыстных.
— Да. Я тоже чуть с ума не сошла, но доказательства безукоризненные. Дядя Антуан уже давно подозревал, что кто-то пытается раздобыть ключи. Около двух лет назад, на празднике урожая…
Я вздрогнул. Тогда я впервые переступил порог академии и увидел первого защитника. Он разговаривал с деканом Ветродуев, а закатанные рукава куртки открывали знак с перекрещенными мечами. Никогда не забуду его светлых глаз без зрачков.
— Люсьен? Что с вами? — спросила Оксана.
Я понял, что замер с глупым видом и перестал показывать дорогу магической брусчатке.
— Ничего особенного. Может, глупость, — задумчиво ответил я. — Два года назад в академии побывал защитник с пустыми глазами.
— Что значит — незаполненные приспособления для глядения? — поразился Евлампий.
Я осуждающе посмотрел на голема. Как брякнет что-нибудь, ни слова не поймешь.
— У него зрачков не видно, только туман клубится, — пояснил я.
На этот раз посреди дороги застряла Оксана. Магическая брусчатка остановилась, ведь она слушается только волшебников. Мраморная набережная, как раз заканчивалась, переходя в широкий мост над проливом.
— Опишите поподробнее.
Я постарался припомнить детали. Одежду, волосы, выправку. Всё, что смог. Не вчера ведь встречались. Два года прошло.
— Высокий, подтянутый, около пятидесяти лет. Лицо узкое. Седые волосы назад зачесаны.
— Это кардинал Динарий, один их верховных защитников. Дядя прав, случайных встреч не бывает, — выслушав меня, заволновалась Оксана.
— Я запутался, — отчаянно закричал голем. — В чём дядя прав? Что за Динарий?
— Я бы рассказала всё по порядку, — объяснила Оксана, — но у нас мало времени.
Она права, надо спешить. Мы промчались по мосту над устало, словно сонные левиафаны, плывущими гружёными баржами и рыболовными сейнерами. В пику им магическая брусчатка неслась галопом. Мы свернули на Горшечную улицу, и до площади кузнецов осталась пара кварталов. Утопающие в зелени кирпичные дома так и мелькали.
— Пожалуйста, — попросил голем. — Я не выношу беспорядка.
— Хорошо. Мой дядя Антуан Росянко — глава Ордена защитников. После войны прошло сто лет, но миры Бронепояса так сильно пострадали от поглотителей, что до сих пор теряют магию и разрушаются. Колдовать там сложнее, но по иронии судьбы там живут одни чародеи. В остальных мирах энергии намного больше, но там сплошь неосвещённые источником магии.
— Несправедливо, — возмутился Евлампий.
— Наш Император считает также, — надула губы защитница. — Он решил переселить колдунов из умирающих миров, а их города раздать блёклым… извините… не освещённым источником. Только не все с этим согласны! Появились изменники! Они заявляют, что миры гибнут из-за самих волшебников и поглотители тут совсем не причём. Дескать маги, тратят слишком много энергии! От того всё и рушится!
— Безумцы! — подхватил голем.
— Как их ни называй, но от пустых слов, они перешли к действиям. Два года назад загадочно исчез Оберег путей.
Мы с Евлампием переглянулись, мол, что ещё за штука.
— Это тайна тайн, — понизив голос, произнесла Оксана. — Оберег хранился в мире летающих городов в резиденции Ордена. После войны с поглотителями его оставили на хранение моему деду. Мы тщательно скрывали тайник. О нём знали всего несколько приближенных защитников. Кардинал Динарий был одним из них. Как раз перед его отлучкой на праздник урожая, оберег как сквозь землю и провалился. После этого из Отдельного мира к нам полезли поглотители магии.
— Чудовища свободно разгуливают по тридцати мирам, и никто не знает? — вскрикнул Евлампий.
— Они нигде не бродят, — строго сказала Оксана. — Защитники всех переловили, ни один не ушел.
— Всё равно, — не унимался голем. — Это же ужасная опасность! Мы должны всем рассказать!
— Зачем? Чтобы поднялась паника? Кому надо, тот и так знает.
— Волшебники должны знать правду! — не слишком уверенно проскандировал Евлампий.
— Помолчи, слуга, — отрезала Оксана.
— Ты ищешь Оберег путей, чтобы вернуть его на место и проход закрыть? — поинтересовался я.
— Да, — сказала Оксана. — Так и было, пока не пропал принц Благодатных земель. Король умер, и принц должен был занять трон, но его похитили. Это тоже секрет. Никто, кроме королевской семьи и приближенных не знает об исчезновении. Пока принц не вернётся в Благодатные земли, королевством будет править брат покойного короля.
— И что? — не понял я.
— Константин совершенно безумен! Он размахивает радужным скипетром, как мечом! А это тоже ключ. Он хранился в королевском дворце Благограда сто лет. Передавался от короля к королю вместе с регалиями Благодатных земель, только в тайне. А теперь Константин хочет с его помощью восстановить радужный мост.
— Кошмар, — снова подал голос Евлампий. — Радужный мост соединял Благодатные земли с Отдельным миром.