Первенец (СИ)

Амадей одной рукой подталкивал её к трапу, а другой пытался распустить завязки вещмешка. Куну дрожь не отпускала. Слишком хорошо все складывалось. Неправдоподобно.
- Ты обманываешь меня, - крикнула она с середины ступеней и, оступившись, чуть не упала. - Так не бывает. Я не верю. Лавру перевод целый месяц оформляли, а здесь другая армия и несколько часов. Даже генерал так не может!
- Он может, - тихо ответил Амадей и приложил палец к губам. - Тише. Это все по приказу Его Превосходства. Я сам не верил, чуть на скандал с начальником охраны не нарвался, но перевод настоящий. Посмотри на бумаги. Именной глиф «Наилий Орхитус Лар» и его подпись.
Ветер трепал бумажные листы и рядовой все-таки помял их, когда доставал из вещмешка. Куна не видела раньше подписи Наилия на документах. Её давно заменили кнопками согласований во всевозможных базах и системах документооборота. Решить раскопать такую древность, как бумагу, можно было лишь по особому случаю. Например, чтобы выгнать любовника своей бывшей женщины из сектора. Куна плохо разбиралась в тонкостях военной службы, но понимала, что после ареста Амадею обратно в особняк уже нельзя. Там служили только с безупречной репутацией. Наилий мог выслать бывшего охранника куда угодно, но выбрал летную группу девятого сектора. Марк помог, а может сам договорился. Вряд ли за шесть циклов в горах забыли майора Лара.
- Теперь вижу, - кивнула Куна, сгибая бумагу пополам. - Красивый подарок.
Жаль, Наилий не захочет услышать за него «спасибо». Отвернется и уйдет будто бы к подножию гор. Одному карабкаться на свои вершины. Как и положено генералу.
- Пойдем, - позвала Куна, протягивая Амадею руку. - Дарион ждет. Матушка, наверное, пирог в печь поставила. Прилетим, аромат на весь Нарт будет. Ты же останешься на ужин?
- Конечно, - улыбнулся он и снова обнял. - На все ужины, какие у нас будут.