Бумажный цветочек (СИ)
За что и поплатился! Ребята сами взяли себе еду, сами заполнили графы таблицы в его блокноте и при этом оставили поздравления и пожелания новой паре! Ян позже не раз краснел, как помидор, когда брался перечитывать их пожелания! Эх, такой журнал наблюдений испортили! Теперь как его показать посторонним? Придется оставить в семейном архиве! Хотя не дай боги, дети увидят и прочитают, что именно им тут насоветовали!
***
Змей тяжело вздохнул и вернулся к бумагам. Он терпеть не мог заниматься всей этой писаниной, но больше некому было доверить эту работу. Ну, не сыну же! Вот ведь бестолочь! Змей в сердцах опять вздохнул. Он бы ему даже гантели не доверил! Если не потеряет, так сломает! Единственная надежда была, что приведет толкового зятя в семью, так, нет же! А ведь был уже! Такой славный, умный, честный и толковый! А, главное, послушный! Змей его натаскивал и «затачивал» под себя и под работу в цирке. И ведь все так хорошо шло! И мальчик - чудо, да и деньги у родителей были с излишком! М-да! Такой, казалось, кроткий был, а как шарик стальной вырвался из рук и только зубами лязгнул напоследок!
Змей пытался его искать, даже старых приятелей на ноги поднял, но мальчик будто в воздухе растаял. Его родители молчали, презрительно кривя свои умные рожи. И ведь не надавишь! После визита к родителям Яна в цирк заявились серьезные альфы с суровыми кирпичными мордами. Они доступно объяснили, чтобы те не вздумали не то что бы появиться рядом с почтенными бетами, но даже издали посмотреть в их сторону. Змей дураком не был и отступился. Хотя о зяте порой вспоминал. Эх, такой бриллиантик был в руках! Не рассмотрел под носом, позволил сыну дров наломать, да и сам, чего греха таить, пожадничал. Надо было нежнее с ним, душевнее! Эх, ну что сейчас вспоминать?
Змей посмотрел в окно. Там его сын в клоунском костюме развлекал чужих детей мелкими фокусами. Он заметно обрюзг за последние десять лет. И характер совсем испортился. Злобный стал, цепляется ко всем и по делу, и просто так, от скуки. Не был бы родным сыном, давно бы выставил из труппы. На нового умного зятя рассчитывать не приходится. Умный с таким не свяжется. Только что по молодости и по наивности он мог подцепить прошлого омежку. Змей опять тяжело вздохнул. И цифры не сходились, и в делах нет присмотра!
- Змей, ты не поверишь, кто к нам пришел! - в дверь вагончика заглянул старинный приятель и сразу же скрылся.
Усталый омега закрыл документы в ящике стола и вышел посмотреть, кто пришел, а заодно, и проверить, все ли в порядке. Старинный приятель ткнул в сторону платинового блондина и глупо подмигнул, чтобы Змей обратил на него внимания. Но Змей его и так сразу выделил из общей массы отдыхающих. Блондин выделялся из толпы, как белый лебедь в курятнике. Высокий и элегантный, стильно и дорого одетый он был явно птицей высокого полета. Такие, как правило, не забредали в их шапито, только если в поиске острых ощущений. Но этот омега был явно не из таких. Змей всегда разбирался в людях и редко ошибался.
Блондин, будто почувствовав его взгляд, обернулся и посмотрел на Змея. А потом улыбнулся ему, как старому знакомому, и пошел навстречу.
- Здравствуй, Змей, - омега снял темные очки и мягко улыбнулся.
Змей растерялся, пожалуй, впервые в жизни. Перед ним стоял Ян собственной персоной и улыбался нежными розовыми губами. Его белоснежная кожа светилась изнутри мягким, ровным светом, какой бывает только у очень любящих и любимых супругов. А глаза разного цвета просто сияли, как драгоценные камни. Он явно подрос с их последней встречи. А еще Ян «распустился», как роза, когда из маленького и зажатого бутона получается сияющее великолепие.
- Сердишься на нас? - тихо спросил Змей.
- Нет, - тихо качнул головой Ян. - Вот пришел сказать тебе спасибо. Это была хорошая жизненная школа и урок на всю жизнь.
- Как у тебя дела? - спросил Змей, виновато отводя глаза в сторону.
- У меня все хорошо, - ответил Ян. - Окончил институт, как и хотел. Работаю там же, где и родители. Корпорация открыла новую лабораторию и набрала молодых специалистов. Так сказать, «свежие мозги». Мужа поставили начальником отдела. Он не только талантливый ученый, но, как выяснилось, и хороший организатор. А я работаю под его началом, как говорит отец, генератором идей!
- Папочка, папочка!
В Яна с разбега впечатались два ребенка, явно погодки. Следом за ними подошел рослый мулат и подхватил детей на руки. Змей посмотрел пристально на него, по всей видимости, это и был тот альфа, который увез его зятя на арендованной машине. Присмотревшись, Змей заметил, что у него, как и у Яна, глаза были разного цвета. А вот у мальчиков глаза были одинаковые. У одного - карие, у другого - голубые. Дети, поцеловав отца, сразу попросились на землю. Им хотелось прыгать и бегать! Альфа подхватил их за ладошки и сделал грозные глаза, но малыши не испугались, и засмеявшись, прижались с двух сторон к ногам отца.
На шее у Яна и мулата висели одинаковые черно-белые подвески. Змей вспомнил, что такой символ, кажется, называют инь-янь. Да и сами альфа с омегой смотрелись вместе, как две половинки этого самого инь-янь, вдруг подумал Змей. Ян с улыбкой посмотрел на альфу и детей, но вдруг кого-то заметив, надел на нос очки. Альфа тоже настороженно посмотрел туда же. Змей обернулся. К ним шел грузной походкой Рой.
- Какие красивые дети! А что это у нас? - Рой заученным жестом достал из-за уха ребенка конфетку. Ребенок отказался брать конфету из чужих рук и только крепче схватился за отца.
- А разрешите подарить вашему омеге цветочек! - Рой отвесил шутовской поклон и протянул Яну бумажный цветок.
- Папочка терпеть не может бумажные цветы, - сказал один из детей.
- Да! - подтвердил второй. - Папочка говорит, что цветы, как и чувства, должны быть настоящими!
- У вас совсем нет чувства юмора! - проворчал недовольный клоун.
- Да, - подтвердил альфа низким, но мягким голосом. - У нас совсем нет чувства юмора! Вот ведь беда-то! Пришлось заменить его другим чувством, более сильным!