Элл и бурный океан (СИ)

- Эй! Я так не играю! – возмутился Тан-Тан. – Я не хочу превратиться в джинна и исполнять чужие желания. У меня и своих предостаточно!
Элл подоспела как раз вовремя, чтобы захлопнуть шкатулку и спасти Тан-Тана от полного превращения в джинна.
- Уф, выручила, - стер со лба пот Тан-Тан. – Это ж надо, на какие опасные штуки можно наткнуться в доме Белого Странника! Эй, что… Что ты делаешь? – опешил он, когда Элл положила шкатулку в рюкзак.
- Беру эту опасную штуку с собой, - сказала Элл. – Никогда не знаешь, что может пригодиться в пути.
Друзья вернулись в комнату, где под столом сладко похрапывал эльф, и на цыпочках вышли на улицу. Но стоило двери закрыться за ними, как изнутри снова послышался бой курантов да фальшивый хор гномов, выскочивших из часов.
Элл, Никс и Тан-Тан уплыли, надеясь, что Белый Странник не заблудится в своих странствиях и вернется домой целым и невредимым.
 9. Человек-костёр 
- Мы не нашли твоих подруг, но, по крайней мере, теперь у нас есть летающий зонт и пара диковинок, - сказал Никс, поворачивая штурвал корабля.
- Да… - проговорила Элл, крутя в руках старинный ключ. Она всё еще жалела, что не удалось спасти маленькую Ненни, и боялась, как бы другие птицы на острове Сорок ее не заклевали. Память об острове Новогоднего Безумия потускнела и почти стерлась, едва ПоЛоПлоКаль отчалил от промерзлого берега. За его пределами власть зимы заканчивалась. Там господствовало веселое, яркое лето.
Бурный океан сегодня был само спокойствие. Ласково лучилось и припекало высокое солнце, кружили над мачтой и кричали белокрылые чайки. Ничто не предвещало беды. Тан-Тан забрался в бочку на центральной мачте и принялся отгонять чаек от полосатого флага, когда на горизонте показался корабль.
- Неизвестное судно прямо по курсу, капитан! – сообщил Тан-Тан в рупор. – Давайте поприветствуем их, когда они подплывут ближе!
- Ой, а вдруг это корабль-призрак? – забеспокоилась Элл.
- Или еще хуже, - подал голос из банки морской конек. – Что если на корабле мертвецы?
- Не думаю, - прищурившись в подзорную трубу, сказал Никс. – Вполне себе безобидная команда.
Ему с трудом верилось, что в такой замечательный солнечный день по океану могут плавать корабли с мертвецами или призраками.
Встречный корабль действительно выглядел безобидно. Но лишь до поры до времени. Никс долго рассматривал его в подзорную трубу, после чего сорвал с головы кепку, бросил ее на палубу и созвал друзей.
- Плохие новости, - сказал он. – На судне подняли пиратский флаг.
- Значит, нам крышка! – округлил глаза Тан-Тан.
- Без паники, - призвал к спокойствию Никс. – Мы же с вами настоящие моряки. А морякам никакие пираты не страшны.
Морской конек взбаламутил воду в банке.
- Настоящим моряком стать не так-то просто, - назидательно сказал он. – Ему нужно построить свой корабль или приручить чужой, проплыть сотню миль, выловить сетью медузу, пережить шторм и спасти друга.
- Что ж, посмотрим, - начал загибать пальцы Никс. – Я построил ПоЛоПлоКаль и уж наверняка проплыл на нем не меньше ста миль. Шторм мы пережили… Спасли и потеряли крошку Ненни.
- А еще мы выручили Юмлиса! – вставил Тан-Тан.
- Юмлис не считается, - сказала Элл. – Ведь он превратился в сороку.
- Так… а вот что касается медузы, - задумался Никс. – Никогда бы не подумал, что настоящим моряком считается тот, кто вылавливает морских обитателей ради забавы. На что нам медуза?
Пока Никс размышлял, вражеский корабль угрожающе быстро приближался к ПоЛоПлоКалю. Элл вскрикнула, когда увидала черные повязки на один глаз, деревянные ноги, хищные оскалы и блестящие кривые сабли, которыми размахивали пираты. Никс опомнился и велел ПоЛоПлоКалю стать подводной лодкой. Но было уже слишком поздно. Злодеи запустили в них раскаленным пушечным ядром – и подлодка с огромной пробоиной в боку с бульканьем пошла ко дну.
- Мы пропали! Теперь уж точно пропали! – обреченно воскликнул Тан-Тан.
А Элл бросилась в каюту за сорокой, схватила ее за хвост и посадила в водонепроницаемый пакет.
- Извини, - сказала она. – Придется потерпеть некоторое время. И пожалуйста, расходуй воздух экономно.
Сорока-Юмлис сразу утихомирился и перестал хлопать крыльями. Похоже, понял, что время шуток прошло.
Никс уже прощался с жизнью, как вдруг вспомнил, что прихватил в путешествие несколько скафандров. Несмотря на то, что пушечное ядро повредило большую часть подлодки, на скафандрах не оказалось ни единой царапины.
- Надевайте! – скомандовал Никс. – Так мы сможем некоторое время продержаться под водой.
Он схватил масляный фонарь и спички, а заодно завинтил крышкой банку с морским коньком. Никсу было невыносимо бросать собственное изобретение посреди океана, но ничего другого не оставалось. Или спасаться вместе с друзьями, или отважно и глупо погибать на борту подводной лодки.
«Какая жалость, что вымокли спички! – работая ластами, думал Никс. – Теперь я не смогу зажечь фонарь, и ничто не оградит нас от неприятностей. А неприятностям только дай повод – они так и посыплются на твою голову.
На дне мореплавателей ждало необычное зрелище. Среди запутанных черных водорослей и кораллов какой-то человек жег под водой костер. Тан-Тан сперва решил, что ему мерещится. Но, подплыв ближе, обнаружил, что человек живет под огромным прозрачным куполом из материала, напоминающего не то пластик, не то стекло.
Увидав путешественников, человек минуту-другую стоял, не шевелясь и не веря своим глазам. Но вот наконец он широко улыбнулся и побежал куда-то в сторону, указывая пострадавшим вход в свое убежище.
- Какое счастье! – радовался Тан-Тан, прыгая на зеленеющей под куполом траве. – Хоть и под водой, а всё же земля!
Элл вытряхнула из мешка сороку-Юмлиса. Тот вывалился черно-белым комком, но сразу же вспорхнул и, обиженно стрекоча, улетел в насаждения плодовых деревьев.
- Как же они растут у вас без света? – изумился Никс, указав на деревья.
Хозяин купола растерянно улыбнулся.
- Искусственное освещение. Жировые лампы, фонари, костры. Особенно костры. Они, конечно, съедают много кислорода. Но у меня имеется приспособление, позволяющее получать кислород из воды.
- Вот так новшество! – подивился Никс. – Если позволите, я бы хотел узнать об этом поподробнее.
- Без проблем, - кивнул хозяин. – Вот сядем вечерком у костра – и поговорим.
Так его и прозвали – человек-Костер. Он против прозвища не возражал. Ему было все равно. Лишь бы не отвергали, лишь бы только не отворачивались. За время своего отшельничества он страх как истосковался по живому общению.