Под знаменем марксизма (СИ)

 Опыты в практической публицистике.
 Навальный о политике.
 Поскольку я являюсь ярым поборником нашего славного правительства и главным хулителем товарища Навального, то я и написал этот диалог, высмеивающий не только и не столько Навального, сколько вообще политический идеализм.
 Я:
 О мудрец, открой мне суть политической науки во всем великолепии таковой.
 Навальный:
 Это не столь просто, о ничтожнейший из буках, что ползают по земле, не имея возможности познать истину, воздвигая конечности и взоры к небу. Но я постараюсь открыть тебе мое политическое учение, что превзошло по сложности и невозможности умозрения все самые смелые и сложнейшие математические фантазии физиков. Начинай задавать свои вопросы, о жалкий...
 Я:
 Если так, то как ты можешь формулируя всю суть политического учения в одну фразу, равно как сжимая вселенную в точку, что размером с зерно, продекламировать определение политической науки, из коего последуют все исходящие из твоей головы суждения?
 Навальный:
 Это намного легче, нежели полагается, если только обладать умом, что моему по значению равен. Следует доподлинно веровать, что политическая наука есть не что иное, нежели наука о построении сложных административных систем из жизней людских, направленная на приумножение и увеличение всего нужного и полезного, что есть знание научное, знание мистических откровений и философское, что есть одно, а также, что лежит перед всеми вышеуказанными знаниями, капитал во всех его обнаружениях.
 Я:
 Скажи мне, о мудрец, если, разумеется такой существует, то что есть камень краеугольный, важнейшая вещь в науке о государстве?
 Навальный:
 Сие есть капитал, что красоту свою явил и присутствие во всем зримом и нет отражает, как есть он в кирпиче и алмазе, как присутствует он в золоте и свинце, как есть он во всяком деле, ибо куда бы ты не посмотрел, везде ты видишь один лишь капитал.
 Я:
 Каковы же имеют место виды капитала, если он имеет дуалистическую или плюралистическую природу, а также в чем главное свойство капитала, как если верно предыдущее, так и если он имеет свойства монизма?
 Навальный:
 Ты не столь уж и неумен, насколько то возможно, уродец, ибо капитал имеет и вправду природу дуалистическую, равно как и все в этом мире, подразделяясь на материальное и идеальное, свойства же его состоят в том, что он, не впадая ни в какую зависимость от внешних сред, может быть обменян на другой капитал, имеющий иные свойства, но равный ему по стоимости.
 Я:
 А в чем же состоят свойства первородного капитала, еще не материализованного в неких вещах?
 Навальный:
 В том свойство его и состоит, что он материализуется, ибо до того это есть лишь капитал в себе, это есть высшая материя что определяет все наше бытие и является никак не способной к осмыслению и обнаружению. Только тогда, когда эта непознаваемая субстанция материализуется, то она обретает смыслы и мы можем видеть ее в вещах. Из этого исходит то утверждение, что всякая вещь может быть обменена на любую другую, ибо все они состоят из первородной материи – капитала, однако же в красное дерево вложено более капитала, нежели в сосну, ибо он в красном дереве уложен плотнее.
 Я:
 Каким образом капитал действует в мирах идеальных, ибо в материальных его свойства мне ясны?
 Навальный:
 В реальности идеал и материал есть лишь абстракции, ложные утверждения, что возникают в нашем сознании, ибо в реальности нет разницы между материальным и идеальным, ибо в действительности все это есть одно – капитальное, то есть ценимое с точки зрения выгоды, а все, что выгодой не меряется, то не есть существующее вовсе, одинаковы по форме вещи и идеи, нет разницы меж мыслью и камнем, но в нашей голове возникает иллюзия ее, что есть исход нашей неполноценности.
 Я:
 Капитал сам по себе, находящийся в повсюду, есть субстанция лишенная всякого направления, то есть величина скалярная, но не векторная, ибо нет в капитале движения и направления, так что же таковое производит?