Телохранитель её величества. Противостояние (СИ)

- Значит, да, - перевела она.
- Если знаешь, чего спрашиваешь?! – зло ответил я. Я бы вспылил, но на эмоции не хватало сил.
- Так надо, малыш. Так надо.
И не давая вставить ничего язвительного, продолжила:
- А теперь переключись на седьмой канал и включи защиту.
Недоумевая, зачем это, я последовал приказу.
– Теперь просто откинься назад и расслабься. – Ну, это меня и просить не надо! – Отключи все остальные каналы. Совсем. – Недоумевая, я сделал и это. – А теперь слушай.
То, что последовало дальше, трудно описать без эмоций. Однако придется, ибо невозможно передать с помощью текста на бумаге одновременное состояние удивления, растерянности, страха, ехидства, радости от осознания победы, и рвущегося наружу смеха, охвативших меня одновременно. Потому опишу обывательски: из наушников шлема на меня полилась музыка.
Это была та самая группа, которую я включал на вступительном испытании, только другая песня. И она так же вначале лилась медленно и лирично, а затем резко ушла в отрыв, набирая обороты и заводя меня, давая силы для рывка. Того единственного и последнего, который невозможен в обычном, естественном состоянии организма, но который только и поможет мне дойти до логического финиша. Где-то ведь здесь есть этот долбанный финиш!
Я все-таки рассмеялся. Но моя рука к этому моменту уже сжимала винтовку, а ноги подобрались, чтобы встать.
- Закрой забрало! – скомандовала моя куратор. Я вернул щиток на место. – Дальше ты знаешь, что делать, встретимся на финише, малыш…
Я на секунду прикрыл глаза, и когда открыл, почувствовал, что по телу разливается нечто, к которому можно подобрать лишь один эпитет – жидкий огонь. Этот огонь горел, и заставлял меня двигаться. Давал мне энергию, которую я не мог не воспринимать, которую тут же перерабатывал и пускал в ход, забывая о боли, об усталости. О том, что ещё минуту назад был готов к тому, чтоб меня расстреляли. И на сей раз я был более подкован и развит физически, чем на том испытании: сознание автоматически нырнуло в боевой режим, а тело, раскачанное непрерывными тренировками на износ, почти не почувствовало нагрузки, так давившей к земле десять минут назад.
Я слышал мотив, воспринимал речь вокалиста, подстраивался под её энергию и летел, пока работала эта магия - ведь магия тоже не вечна. Расплата придет, обязательно, но это будет там, на финише. Пока же в моей корке стучало, звенело и гудело, почти не касаясь сознания смыслом:
Your time will come! Your time will come!.. (1) 
- Привет!
Я поднял глаза. Катарина. Улыбалась. Принесла связку бананов. За её спиной люк гермозатвора опустился, отсекая палату медблока от внешнего мира.
- Ты понял?
Я кивнул.
- Почему?
- Потому, что это оружие, Хуан. Твое секретное оружие. Музыка – активатор. Я не знаю подробностей, мы как раз и хотим их выяснить, но это не просто так.
- Почему? – повторил я.
- Потому, что это не работает больше нигде и ни с кем. Пробовали. Не у нас, в армии. Да, музыка бодрит, концентрирует, и результаты боец выдает более… Хорошие, - нашла она слово. – Но это лишь ступень концентрации. В элитных частях такого добиваются тренингом. Человек сам активирует этот механизм, без всякой музыки. Ты же…
Она покачала головой, вздохнула.
- Что, я же? – усмехнулся я, рассматривая голограмму, показывающую очередной альпийский пейзаж релаксационной программы.
- У тебя всё иначе. Это активатор каких-то твоих способностей. Как, каких, каким образом это работает – как раз это мы и собирались выяснить.
- Нагрузив меня так, что захотелось повеситься?
- Это проявляется только на пределе, Хуан, - повысила она тональность для пресечения несущественных аргументов. – И я не виновата, что он у тебя такой высокий. Однако, теперь мы знаем, как его достичь, и что это безопасно. Относительно, конечно… - улыбнулась она, а мне захотелось сжать кулаки от досады. Медики, прогнав меня через свои приборы и анализаторы, заявили, что со мной всё в порядке. Вкололи дополнительную питательную инъекцию, вдобавок к тому, чем обкололи на финише, и разрешили идти домой, в каюту. Когда войду в норму, разумеется, ибо я всё ещё ощущал слабость. Нога моя так же была в порядке.
В туннелях меня гоняли по кругу, центр которого был финишем. И после «активации» они открыли прямой выход к нему, почти по радиусу, так что в запредельном состоянии (согласно их классификации, раз оно наступило после предела) я пробыл недолго. И только потому со мной ничего не произошло.
Но окажись мой путь раза в три длиннеё… Не знаю, что бы было. Однако Катарина права, это работает, и я сам отдал бы душу, чтобы понять детали - не стоит брюзжать и обвинять её, как бы не хотелось этого делать
< i >«Свой выбор ты сделал, Шимановский!</ i > – вякнул вдруг внутренний голос, как всегда не в тему. – <i>Там, перед сеньорой на Совете. Теперь терпи!»</i>
< i >«Мне послать тебя, или как?»</ i > - не выдержал я.
- Что теперь будет? – спросил я вслух.
Катарина пожала плечами.
- Это противоречит всем уставам и инструкциям, музыка в режиме боя, однако, мы продолжим изучать её воздействие. Правда, не слишком часто – мало ли! – она окинула взглядом палату медблока. – Ты же не должен распространяться об этом – не хватало кому-то знать, что ты особенный и мы экспериментируем!
- Королева знает? – усмехнулся я, переходя к самому важному вопросу. Она кивнула.
- И королева, и все члены Совета, кто в тебе заинтересован. С их стороны утечки ждать не стоит, так что дело в тебе. Просто молчи, никому не говори. Ты не особенный, ты обычный, просто мы тебя «любим», и у королевы на тебя «свои планы». Понял?
Я закачал головой. В обществе не особо любят модов, и чем более их способности отличаются от усредненных показателей серой массы, тем «не любят» сильнеё. И местные обитатели, пусть они и сами не похожи на «серую массу», узнав о том, что рядом с ними подобный человек, скорее всего проявят агрессию, неприязнь. А на меня и так смотрят волком, я СЛИШКОМ ото всех отличаюсь.
- Рад, что ты понял. – Катарина улыбнулась.
- Своим можно сказать?
- Да. Я проведу с ними беседу. Чтоб если что, подстраховали тебя. Но им распространяться об этом запрещу. И предупрежу, что случись утечка – накажу тебя. За их болтливый язык.
Я про себя усмехнулся. Принцип коллективной ответственности во всей своей красе. Это они здесь умеют!
- Все, спи! На сегодня у тебя в графике только ужин, до завтрашнего развода ты свободен. Набирайся сил, – подытожила Катарина. Помахала мне ручкой и пошла к выходу. Но когда двери раскрылись, вдруг обернулась:
- Хуан, тебе придется самому подбирать себе музыку. Ты не представляешь, чего мне стоило перебрать эту скрипящую ересь и выбрать что-то стоящее. Я же не разбираюсь в этом!
- Но ты не ошиблась, твое «что-то стоящее» выстрелило. – Я улыбнулся. – Попало в точку.
- Где гарантия, что такое повторится? Вся база данных корпуса в твоем распоряжении, Мишель на днях скопировала в неё абсолютно все музыкальные архивы планеты, до которых смогла дотянуться. Изучай, подбирай.
Она снова улыбнулась и вышла. Я же взял принесенные ею бананы, в состоянии полного отупения, когда нет и проблеска мыследеятельности, съел несколько и завалился спать. Я устал, очень устал! И что ждет впереди – неизвестно. Не стоит пренебрегать таким подарком судьбы!
* * *
Перекат. Выстрел. Мимо, снова выстрел. Перекат. Есть, зеленая лампочка. Вскочить, бежать. Дальше, дальше, быстрее, быстрее…
Поворот. Вмазаться в стену, оттолкнуться, и на землю. Кувырок, приземление, оружие наизготовку. Есть, теперь цель. Гашетка, ещё гашетка. Вскочить. И бежать. Бежать, бежать, бежать!..